Черный проводник - Александр Конторович

— Руководство объяснило мне, — взял в руки бокал старший лейтенант, — что те из них, кто согласится продолжить свою работу, будут аттестованы в НКВД с присвоением соответствующего звания. На них распространяется особый порядок выслуги лет.

— Вот как? — Проводник задумчиво повертел в руках полупустой бокал. — Хотите совет?

— Хочу.

— Не говорите им про НКВД. Всё-таки отношение к данной организации несколько неоднозначное, скажем так. Скажите — в рядах Красной Армии. Поверьте мне, это — существенная разница.

— Я передам ваши пожелания руководству.

— Учтите, в подавляющем большинстве они — офицеры Генерального штаба. Это — элита армии.

— Так и передам.

— Не затягивайте. Первая встреча назначена на пятницу.

— Сегодня у нас что? Понедельник? Успею.

— В таком случае — за успех! — Проводник опрокинул свой бокал.

Собеседник поддержал тост.

— Скажите, герр фон Мекк, а вот вы, как я понимаю, всё это время рядом с ними находились?

Проводник оценивающе посмотрел на старшего лейтенанта:

— Откровенность за откровенность — что вам обо мне рассказывали?

— Офицер разведки царской армии, изъявил желание оказать помощь СССР, для чего готов передать нам на связь глубоко законспирированных сотрудников царской разведки. Назвали ваш псевдоним, предупредили, что человек сложный, опытный и непростой. Со связями и возможностями.

— Хм! В целом верно. А относительно меня какие инструкции вам даны? Только не надо придумывать. Не хотите говорить — не говорите. Не обижусь, тоже, чай, не институтка.

— Пожалуйста. На вас распространяется то же предложение, что и на всех прочих. Зачисление в штат НКВД, аттестация согласно имеющемуся званию… всё то же самое. Ничего особенного именно в этом случае не предусмотрено.

— Вот что, господин Огенброк, давайте внесём ясность и в этот вопрос.

— Согласен.

— В своё время мною был получен четкий и недвусмысленный приказ. Предельно ясный и не допускающий никаких толкований. Сохранить жизни определённых людей для того, чтобы они могли, по миновании опасности либо по получении мною иного приказа, продолжить свою работу. Для этой цели мне были переданы в управление некие финансовые средства и сообщены имена и адреса этих самых людей.

— Простите, что перебиваю вас, но кто должен был отдать вам такой приказ?

— Преемник генерала Сомова либо уполномоченное лично им лицо.

— Насколько мне известно, этот генерал погиб ещё в восемнадцатом году.

— Второй указанный мне человек тоже умер. В Москве, в девятнадцатом. Точнее, не умер, а погиб в результате нападения каких-то бандитов.

— Странное дело, но и Сомов погиб точно так же!

— Интересно… — Проводник прищурил глаза. — Я этого не знал…

— На квартиру генерала напали уголовники, переодетые матросами. Он оказал сопротивление, даже кого-то застрелил, но и сам погиб…

Собеседник старшего лейтенанта побарабанил пальцами по столу и сделал знак официанту, чтобы тот снова наполнил их бокалы.

— Помянем его. Великолепный был специалист, надолго вперед способен был операции рассчитывать. Мне до его уровня никогда не вырасти! Да и человек был… таких сейчас нет…

Некоторое время они сидели молча.

— Ладно… давайте к делам вернемся. — Проводник потер ладонями лицо. — Как вы понимаете, толпы восторженных приверженцев новой российской власти для меня подспорьем не являлись. Скорее уж наоборот. Ни секунды не сомневаюсь, что, предложи я тогда сотрудничество новой власти, в лучшем случае деньги были бы потрачены на затыкание многочисленных дыр. А людей бы попросту бросили.

— Не знаю… — покачал головою Костриков. — Думаю, что вы ошибаетесь. С самых первых дней у нас, да и в армии тоже, работало множество бывших офицеров.

— И где они сейчас? Молчите? Не знаете? А мне приходилось встречать многих из них. Догадываетесь, где?

— В эмиграции?

— Не только. Некоторым повезло — их сослали на поселение. После отсидки. А многим не досталось и этого. Так что, уважаемый, к вам я тогда не пошёл, о чём нисколько не сожалею. Зато люди уцелели. И возможность работы осталась.

— Ничего не могу сказать по этому вопросу. Просто не знаю, что говорить…

— Это хорошо, что вы мне сейчас агитки читать не стали. Стало быть, голова у вас и своя имеется. Так вот! Помощников у меня было мало. А работы хватало. Пришлось воспользоваться старыми связями среди уголовного мира. Волею судеб, имелись там у меня и некоторый авторитет, и известность. За прошедшие годы это положение только упрочилось. Хотя, не скрою, иногда я им оказывал помощь в их деяниях. У них там с головами не всегда хорошо, а уж со способностью что-то правильно спланировать — вообще беда!

— Так вы используете уголовников? Мы так и предполагали…

— А мне не сказали, однако! Да, использую. И не только местных, но и международных. Да и денег у меня было только лет на пять-шесть, на большее никто и не рассчитывал. Пришлось зарабатывать.

— Каким образом, если не секрет?

— Преступным в основном. Вас коробит? Напрасно. На территории СССР я ничего противозаконного не совершал! А подрыв благосостояния возможного противника преступлением не считается. Мирных граждан я не грабил, а вот государственным институтам от меня досталось! — ухмыльнулся Проводник. — А если выпадала возможность при этом больно пнуть наших заклятых друзей… это вообще святое дело!

— Как недавно с поляками?

— Англичанам тоже нехило прилетело. Только непосредственные убытки их разведки составили более пятидесяти тысяч фунтов! Ну и кадры ихние я проредил основательно.

— За что же так?

— От них вся гадость и пошла! Именно из-за них и пришлось консервировать разведсеть. А вы не знали?

— Откуда? — пожал плечами старший лейтенант. — Я связной, не более того.

— Ну, а Сомов это знал наверняка! И распоряжения отдал соответствующие… — Проводник надолго замолчал.

Некоторое время он сидел, задумавшись, вспоминая что-то своё. Потом поднял голову.

— Ладно. Вспоминать потом будем. Сейчас у нас с вами работы предстоит невпроворот. Я для чего вам всё это сказал? Готовьтесь — не все люди, с которыми вам отныне придется общаться, окажутся законопослушными гражданами и теми лицами, знакомство с которыми стоит афишировать…

Спецсообщение

Совершенно секретно.

Начальнику ИНО ГУГБ НКВД СССР

комиссару госбезопасности 2 ранга

А. А. Слуцкому.

Операция «Школьный звонок»

Докладываю вам, что в период с 03.03.1936 года по 30.05.1937 года мною совместно с источником «Учитель» были проведены мероприятия в рамках операции. Всего было осуществлено три конспиративные встречи с людьми, которых подготовил источник.