Научить любить тёмного. Ветер перемен в академии Морте - Диана Хант

– И ты молчишь?! – ахнула я, чувствуя, как внутри всё холодеет.

– Нннет…

Заложники… Пленники ведьмы… Что с ними?!

– Привратницкую взяли штурмом... – Продолжал Бонсайми. – Пленники почти все на свободе, вот только…

– Говори!

– Не все. Не все выжили.

– Отец… – различила я едва уловимое по мыслесвязи.

Больше Тиму никак себя не выдал.

Даже не спросил Бонсайми о ректоре.

– Что-то ещё, Бонсайми? – спросила я.

Привратник обречённо кивнул.

– Гулльвейг скрылась. Отследить её невозможно, она просто уходит через Источник и в следующий миг уже за тысячи миль... К тому же все силы сейчас брошены на изгнание демонов и упокой поднятой ведьмой нежити. Увы. Нам больше не подобраться к проклятой ведьме... Она слишком измотана и потому озлоблена. Ей не удалось заполучить силу твоего дракона, из-за которого, по сути, она рискнула всем. Ещё неизвестно, сколько бы отсиживалась в своей Привратницкой, не появись в Морте вы с Ломтиком. Но сейчас, когда она уже проиграла и когда прекрасно понимает, что живой ей не уйти она не остановится теперь, пока не осушит Источник полностью. А это значит, что она уничтожит Морте. Уничтожит Фьорды.

Привратник грустно покачал головой.

– Все магические Источники на континенте связаны. Погибнет один – коснётся остальных. Начнут исчезать один за другим... Гаснуть…

– Да помолчи ты нас хоронить! – рассердился Тим. – Разнылся, как старая баба!.. А если…

– Интересно, а через Источник Морте можно до неё добраться? – вырвалось у меня вслух.

– Порталом? – ухмыльнулся Привратник, мгновенно преображаясь в себя прежнего – глумливого, циничного, вечно кривляющегося. – Ты, козочка, может, выходила куда, не расслышала, что ведьма с Источником – неразделимы?! Или ты собираешься носиться за ней по Фьордам? Это даже не ветра в поле ловить, это ещё потешнее.

– Вот по Источнику Морте мы её и отследим, – фыркнула я, не обращая внимания на сарказм Привратника. – Она ж так старалась, бедненька, зазывала нас с Ломтиком через Фьорд, невежливо было бы пренебречь таким приглашением!

– Ты серьёзно? – Бонсайми поднял на меня вмиг просиявшее лицо.

Или, по отношению к Привратнику, уместнее всё же будет – рожу.

– Серьёзнее некуда.

– Ули… – Тим положил пальцы мне на плечо, легонько сжал. Я уловила едва ощутимую дрожь. – Гулльвейг очень хотела заполучить силу соула-дракона. Если бы ей это удалось, поверьте, герцогства бы уже не было.

– Вот именно! – сжала я кулаки. – Ключевое слово – если! Нет, Тим, погоди, послушай, пожалуйста – Бонсайми прав, и я это понимаю: Гулльвейг озлоблена и опасна. Но в то же время она измотана. И потому на этот раз ей не выстоять против нас.

– Ты… а ты молодец, козочка. – пробормотал Привратник потрясённо.

Тим же выругался сквозь зубы.

Но крыть ему было нечем – мы оба понимали: сейчас или никогда.

И, с одной стороны, ясно – Гулльвейг как бы и без нас не жилец.

Вот только для Тиму победа над ней – вопрос чести.

Петтери призвали ведьму в этот мир.

Благодаря Петтери она получила доступ к магии Академии Морте…

А значит, именно Петтери должен отправить её туда, откуда не возвращаются!

И если над выбором по поводу смены своей природы Тиму даже не раздумывал, и наша крепнущая связь подсказывала ненавязчиво, что мы с Ломтиком сыграли в этом не последнюю роль, то теперь мой черёд понять и поддержать любимого.

Уж я точно знаю – Тим не сможет быть счастливым, пока не исправит ошибку. Своих братьев и Яски.

И пока не искупит вину перед отцом.

Или… перед его памятью.

– Потрясён, козочка, потрясён! – приговаривал Привратник, приседая и потирая ладоши в предвкушении.

Вот только на этом его потрясения не закончились.

– Чтоб. Мне. В зядрика. Переродиться!.. – Вымолвил он, когда мы с Тиму встретились глазами и… принялись оборачиваться.

На этот раз медленно. Неспешно… Мистическое пространство Хаоса плыло и рябило вокруг, складывалось в магические вихри и потоки. И ткало вокруг нас очертания двух драконов – ледяного, искрящего и переливающегося под золотым небосводом и чёрного, с усеянной гребнями головой, с дышащими пламенем очами и ноздрями.

Я не могла толком рассмотреть себя, хоть и интересно было, жуть, видела лишь, что чешуйки на моих лапах переливаются всеми оттенками льда, а ещё… лапки у меня оказались мягкими и пушистыми, как у кошки. Ну или как у мантикоры, не суть…

Белоснежный искрящийся мех покрывал и бока, и брюхо.

Интересно, это игры Хаоса, или обретя вторую, как сказал Златомир, истинную ипостась, я стану таким вот няшно-пушистым драконом? Вспомнилась вдруг розовая зайка – мой результат действия зелья случайного перевоплощения и я хихикнула, радуясь, что хоть дракон мне достался не розовый.

Тиму… Тиму же был бесподобен.

Чёрный… Большой! Пылающий!

Магнетически-притягательное-благородно-смертоносное-нечто! Нечто, которое смотрело на меня так, как смотрят лишь на самое невероятное сокровище.

– Вот тебе и козочка… – расхохотался Бонсайми.

Но смех его не был глумливым при этом.

Он был растерянным1

И вот это вот выражение растерянности, какого-то детского восторга и ликования на совершенно звероподобной роже Привратника – оно того стоит!

Нервно дёрнув хвостом, я приблизилась к Тиму, заглянула в чёрные, как сама бездна, глаза в огненных искрах и… аж наземь села, разглядев своё отражение.

– Ты самый восхитительный и очаровательно-невероятный ледяной дракон из всех, что видел этот мир, Уль, – услышала я мысли Тиму.

И вот может стоило бы поспорить, ну, исключительно из скромности, но… Моська у меня в драконьей ипостаси оказалась до того няшная… Пугающая, немного, да, но это если широко улыбнусь и обнажу острые иглы зубов… А так… Какое-то немыслимое сочетание мягкого белого пуха и ледяной чешуи на щеках, огромные, оленьего разреза ярко-зелёные глаза с ресницами, будто специально подведённые синей звёздной подводкой… И ещё у меня был рог! Ледяной и прекрасный, как у единорога! Я каким-то внутренним чутьём поняла, что с возрастом их будет больше и они каким-то образом связаны с моей силой.

– Ты – чудо. – Произнёс Тиму уже вслух. – Ой! У тебя рог искрит!

– Точно, точно искрит, – подтвердил Бонсайми. – Вот тебе и козочка. – повторил он. – Однорогая. Хах-хах-хах-хах!

– Ещё не вечер, – пробормотала я.

Жаль было, что не привыкнешь, как следует, к новой форме, это кажется, что мы тут, стоило Златомиру нас оставить, кинулись перья чистить, ладно, чешую, не суть. А между прочим, нахождение на таком серьёзном Слое Хаоса, да ещё в драконьей ипостаси – настоящее сокровище для нашего магического становления.