Ледяная кровь - Элли Блейк

– Я снова опоздала? Никак не могла вспомнить, в какое время мы ужинаем.

Король холодно взглянул на нее полуприкрытыми глазами. Мужчина в темно-зеленом облачении слева от Мареллы, лорд Устатиус, принялся укорять ее.

– Возможно, если бы ты спала по ночам и вставала утром, как это делает большинство людей, – сказал он, – стрелки твоих часов двигались бы в унисон с остальным миром.

– Но тогда я бы не смогла созерцать звезды, отец! Ведь мы оба знаем, что благодаря звездам можно найти ответы на все наши вопросы.

– Если бы ты проводила хоть немного времени в обществе, а не в этой проклятой обсерватории, ты бы уже себе нашла мужа.

В ее глазах вспыхнуло раздражение.

– Но муж никогда не позволит мне утолить страсть к знаниям, как ты. Лучше уж я останусь незамужней.

– Мое терпение на исходе. Вот возьму и установлю тебе срок. Например, – он помахал рукой, – велю выйти замуж до зимнего солнцестояния, в противном случае отправлю тебя к Безмолвным сестрам на остров Нимбус.

Ее губы скривились, глаза на мгновение потемнели от ярости. – Безмолвные сестры – часть ордена Циррус, – сказала она тихим голосом. – Я скорее сброшусь с восточной скалы.

За столом воцарилась тишина. Я была благодарна Марелле, что она отвлекла от меня внимание.

Явно обеспокоенный, отец похлопал ее по руке.

– Я только шучу, дочь. Я уверен, ты найдешь себе мужа в Форсии.

Она откинулась на спинку стула и сделала глоток из своего бокала, явно пытаясь взять себя в руки.

– Я уверена, что ты прав. Я отдам свою руку только какому-нибудь старому маразматику, который спит до полудня, как и я. Или человеку, который любит азартные игры и бордели настолько, что его не будет волновать, как я провожу свое время.

Смех прервал затянувшееся молчание. Капитан наклонился вперед с лихой ухмылкой и окинул Мареллу пылким взглядом, задержавшимся на ее груди.

– Мне нравятся азартные игры и публичные дома.

Марелла улыбнулась в ответ, показав очаровательную ямочку.

– Разве вы не женаты, капитан Дрейк?

– Женат, – он почти подмигивал ей. – Но моя жена все понимает. – Его губы насмешливо скривились. – А вот дочь не дает мне покоя. Она считает, что лучше пусть меня повесят, чем я обижу ее мать.

– Так и должно быть, – сказала Марелла.

Я сжала руки так, что ногти впились в ладони. У него есть жена и дочь. Я подумала, что он почувствует, если увидит, как они умирают у него на глазах. Я изо всех сил старалась удержать ненависть внутри.

Капитан продолжал насмешливо смотреть на Мареллу.

– В последнее время она требует, чтобы я оставлял ей большую часть своих денег. Она слишком умна. Я скучаю по тем дням, когда все, что ей было нужно, это кукла, которую я привозил ей в подарок.

– Сколько ей лет? – спросила женщина, сидевшая напротив лорда Бландинга.

– Двенадцать. Но ведет себя так, будто ей пятьдесят, – достает меня своими придирками. Когда-нибудь она станет очень сильной женщиной. Боюсь только, что все будут недостаточно хороши для нее.

За столом, казалось, все расслабились, когда разговор зашел о детях и женщинах. Марелла смотрела с полунасмешливой улыбкой, лишь изредка вставляя короткие замечания. Я почувствовала на себе взгляд короля и повернулась, вновь поразившись тому, что он лишь немногим старше меня. Как такой молодой король может быть настолько бесчувственным? Аркус рассказывал мне, что Расмус не всегда был жестоким.

– Ты удивительно красива, Огнекровная, – сказал он низким голосом. – Несмотря на порезы и синяки.

Его рука поднялась, словно он хотел коснуться синяка на моей ключице. Я быстро отстранилась.

Я хотела сказать, что порезы и синяки – это ерунда. Он приказал своим солдатам совершить налет на мою деревню, мою мать убили, и теперь я была вынуждена сидеть за одним столом с ее убийцей. Он бросил меня к зверю, а затем выставил перед садистом, который хотел сломать мне пальцы. И после всего этого он отпускал мне комплименты.

Мой страх перед ним растворился в облаке гнева. Тепло, о котором я бы и не подумала в этом холодном пространстве, поднялось во мне, расходясь волнами вокруг. Капельки воды соскользнули с края стола.

Он провел рукой по краю стола, стряхивая на пол воду, мгновенно превратившуюся в лед под его рукой.

– Успокойся. Я позвал тебя сюда не для того, чтобы обсуждать твою красоту.

Я посмотрела на него спокойно, холодно и… безразлично.

– Тогда зачем? Чтобы я поела с твоими шакалами?

Он, казалось, не обратил внимания на оскорбление.

– Это традиция, праздник в честь моего нового чемпиона.

– Даже Огненной крови?

– Огнекровные никогда не выигрывали раньше. Ты победила великого воина. Как ты это сделала?

Шорох привлек мое внимание к другим гостям, которые, казалось, подслушивали наш разговор, наклонившись поближе. Особенно сильно напрягся отец Мареллы, взгляд его серых глаз в беспокойстве метался под густыми белыми бровями.

У меня в ушах стучал пульс.

– Я почти не помню. Все было как в тумане.

Улыбка тронула уголки его губ.

– Тогда нам придется повторить, и в следующий раз ты расскажешь мне, как ты выиграла. У меня большие планы на тебя, Огнекровная.

– Я думала, что ты собираешь убить меня, так или иначе.

Марелла рассмеялась.

– Ну, тогда у нас не было бы никакой возможности увидеть тебя на арене. Мы бы много потеряли, да, Рас?

Я обратила внимание на то, как дружески она назвала короля Расмуса. Король же не отводил взгляда от меня.

– Я не собираюсь убивать тебя. Теперь ты – мой чемпион и мой гость.

Вперед вышел лакей с графином и налил вина в кубок короля. Двери открылись, и вошли трое мужчин с подносами, заставленными тарелками с ветчиной, говядиной, жареной рыбой, картофелем с маслом и овощами.

Гости принялись за угощение, а я сидела, сложив руки на коленях.

– Ешь, – спокойно сказал король.

Я встретилась с ним взглядом. Что произойдет, если я откажусь?

Он наклонил голову, словно читал мои мысли.

– Я уже сказал, что не убью тебя, Руби.

– Не называй меня так. Не оскверняй своим языком имени, которое дала мне мать.

Он улыбнулся и сделал глоток вина.

– Полагаю, я могу говорить, как хочу.

Впервые взгляд его слегка потеплел. Я отвернулась, от дискомфорта у меня по коже бежали мурашки. Я сделала глоток из кубка, чтобы скрыть свое замешательство.

Он барабанил пальцами по кубку, заставляя его звенеть.