К чему приводят девицу… Путешествия с богами - Анна Рассохина

Ольяна и Иванна собрались пойти с парнями, и Ремиз с тревогой смотрел им вслед.

– Идите уже с ними! – крикнула я ему.

Рубиновый дракон строго посмотрел на меня:

– Шерра, у меня есть четкий приказ охранять вас.

Закатила глаза и ответила:

– Сударь, даю слово, что никуда не сбегу на сей раз.

Немного поколебавшись и обменявшись недолгим взором со своим собратом, Раон все же отправился сопровождать свою Истинную. Я заметила, что после поцелуя мир Шеррервиль уже не мог сдерживать своих чувств к Ольяне. В то время как она явно разрывалась между ним и Андером, ожидая приезда последнего.

После обеда осталась в зале одна, но едва я собралась подсчитать прибыль, как дверной колокольчик снова звякнул. В аптеку прошла пожилая женщина, я ее узнала сразу и радушно приветствовала:

– Солнечного дня, сударыня мир Мисар!

– Ой, девонька, ты меня узнала! А я добралась-таки до тебя…

– Рада вас снова увидеть! Но что-то вы долго ко мне собирались, – слегка пожурила я ее.

– Старость…

– Внучку бы отправили.

– Некогда ей. Лучше скажи, как тебе мой подарочек?

– Он чудесен, благодарю. – Я вспомнила злополучный парусник и пристально посмотрела на женщину. Ничего необычного не обнаружила и одернула себя: «Слишком я стала подозрительной!»

Мир Мисар протянула мне рецепты, и я обратила внимание, что в такую жару она носит перчатки. Подозрения охватили меня с новой силой.

– Рада, что застала тебя, девонька… Так ты одна? – поинтересовалась пожилая женщина.

– Нет, – я попыталась сосредоточиться на рецептах, – подруги мне помогают и дракон еще…

– Дракон? – Мне показалось или в ее голосе прорезались панические нотки?

– Да, дракон. – Я углубилась в рецепт.

– Ох, чудные дела творятся, – покачала головой мир Мисар. – Ты мне снадобья подбери, а я пока отдохну с дороги, совсем стара стала. – Она, кряхтя, присела на диванчик в зале.

Я мысленно отругала себя за нелепые подозрения, потому что в рецепте узрела средство от боли в суставах и мозолей – вот отчего свои руки пожилая женщина прятала в перчатках. А драконов в Норуссии побаивались все, хоть уже знали, что они вернулись.

Достала нужные настойки, зелья и травяные сборы, упаковала их и вручила мир Мисар.

– Держите, сударыня.

– Сколько с меня, деточка? – подошла ко мне старуха.

– Вам со скидкой, три серебрушки.

– Вот спасибо, милая! А то наши местные дерут втридорога.

Улыбнулась ей в ответ, а она сказала:

– Я к тебе часто буду заходить, мне, сама понимаешь, зелья нужны.

– Конечно, приходите!

– Ты денежку-то возьми, я ее на столе оставила. – Старушка поковыляла к выходу, а в аптеку зашел знакомый орк с друзьями-наемниками.

Вернувшийся Ремиз пристально оглядел меня, кивнул, а потом вдруг встрепенулся:

– Шерра, отчего ваш амулет исчерпал свой резерв?

Я обратила внимание на свои руки.

– Ой, правда! Дракончик опять побелел!

Раон побагровел:

– Вы куда опять ходили?

Я опешила и честно призналась:

– Никуда, здесь была…

Подруги и Леорвиль подтвердили мои слова. Мир Шеррервиль устроил очередной допрос, а потом призадумался о чем-то. Я же стала ожидать Шайна, но жених по-прежнему не приходил ко мне.

Через два дня в Бейруну вернулись сестры и друзья. Все они шумной толпой ввалились в аптеку и принялись обнимать меня. Я же с опаской покосилась на Дарина, вспомнив его взгляд, которым он меня одарил сразу после пробуждения на Призрачном Фрегате. Но ведьмак крепко прижал меня к себе и искренне сказал:

– Рад, что ты жива, подружка!

Все опасения разом покинули меня. Когда поутихли восторги от встречи, мы разместились в трапезной. Было немного тесновато, но весело. Ребята рассказали нам, что обратный путь они проделали без особых проблем. Один раз на горизонте промелькнул корабль с розово-красными парусами. Кай сказал, что именно на таких парусниках путешествуют тильрины. Аликора, в шутку предложившего дождаться женщин-воинов, боцман послал к хмару лысому и энергично поторопил команду, повелев поставить дополнительный парус. Ристон, стоящий ближе всех к демону, расслышал, как он буркнул:

– Чего мы там не видели!

Про Кайрэна мы с друзьями больше не разговаривали, только Лисса чуть позже сообщила мне, что пират нашел и убил Вирель, думая, что она утопила меня. Я широко распахнула глаза, но слов для ответа не нашла. Разумеется, всю ночь не сомкнула очей, размышляя над поступком Кая. Утром отправила ему вестника, в котором благодарила за помощь в поисках Призрачного Фрегата. Про Вирель писать не стала, да и о будущей встрече ни словом не упомянула. Не хотела подавать пирату напрасной надежды, потому что к этому мужчине я испытывала искреннюю симпатию и дружеские чувства. Сама же ждала только одного мужчину, но Шайн по-прежнему не приходил, и мне стало казаться, что любимый позабыл обо мне.

Днем я отвлеклась, так как все ребята, собравшиеся в аптеке, готовились отмечать день рождения Зилы, особенно старался Осмус. Я обратила внимание, с какой жалостью и сочувствием на него посматривает Нелика.

Перед сном отловила полуэльфийку и утащила в трапезную для серьезного разговора. Ветер врывался в открытое окно, тревожа легкую занавеску, и приносил к нам звуки и запахи ночи. Одинокий светильник в углу слабо освещал комнату, пряча у стен таинственные тени и загадочные отражения.

– Что будем делать? – в упор поглядела на подругу.

Она устало опустилась на стул и покачала головой.

– Я не знаю, но… – Нелика умолкла, глядя в темноту ночи за окном.

– Но? – нетерпеливо подсказала я ей.

– Нилия, – полуэльфийка стала на редкость серьезной, – я видела, что случится с Осмусом, если Зила бросит его.

– Он умрет?

– Хуже – он станет черным.

– Кто? Осик? Наш добрый увалень? – не поверила я.

Нелика с сумрачным видом кивнула и прибавила для убедительности:

– Это будет ужасно! Я видела!

– И что теперь делать? Мы же не можем ему обо всем рассказать – Зила взяла с нас клятву! А саму полугномку переубедить очень сложно. Ты разговаривала с ней об этом после возвращения?

– Разговаривала, но она ничего не желает слышать. Считает, что Осмус не способен отдать душу Нави. Но я видела, что Осик обратится к Нави, чтобы вернуть Зилу, когда она…

– Она что… умрет?

– Да, при родах.