Потрясатель вселенной - Александр Прозоров

От толчка ведун опрокинулся на спину, жестко ударившись лопатками и головой, и простонал:

— Теперь не знаю…

— Я так испугалась! — Девушка несколько раз его поцеловала. — Как чудища к тебе пошли — так и решила, что все.

— Не родилось еще чудище… — скрипнул от боли зубами Олег. — Хотя теперь не знаю. В общем, безопасно сейчас у стены. Можете рыть дальше.

— Смеркаться скоро будет, Тенгизхан, — с высоты седла сообщил Чабык.

— Знаю. Но время уходит. В нашем распоряжении остается всего три дня.

* * *

К полудню второго дня до караван-сараев наконец-то дополз обоз. Телеги с товаром кочевники выставили в четыре ряда со стороны крепости, превратив в подобие укрепления, за которым одна за другой выросли юрты. Наконец-то загорелись костры — неторопливые путники разжились по дороге дровами. В то же время впервые отворились и ворота постоялых дворов. Похоже, постояльцы устали ждать штурма и поверили, что их никто убивать и грабить не собирается. А коли так — стоит познакомиться поближе и поинтересоваться, что за товары любы нежданным завоевателям. Купцы есть купцы. Время подошло к обеду, и на смену нукерам, работающим в подкопе, под прикрытием щитов пошла свежая смена.

Вот тут над долиной внезапно и загрохотали громы.

Кочевники, что располагались на стоянке, подняли головы к небу, Олег же, шедший поздороваться с друзьями, крутанулся к крепости. Так и есть — из-за зубцов на землекопов летели большие круглые бомбы и взрывались, едва коснувшись земли. Перед стенами крупными лохмотьями пополз густой белый дым. От грохота в сторожевых сотнях понесли многие лошади — поскакали прямо через людей, сбивая их с ног и распихивая более спокойных товарок.

Воины у стены тоже побежали — ведун их в этом ничуть не винил. Первый раз попасть под «артобстрел» — такое мало кто вытерпит. И уж тем более — люди, никогда в жизни не нюхавшие пороха. От навеса сбежала даже Роксалана — позорно бросив у раскопа щиты и своих людей, которые несколько секунд спустя тоже выскочили из дыма.

— Привет, Олежка, — притормозила она возле Середина и торжественно чмокнула в щечку. — Что это было?

— Фейерверк. Никогда не видела, что ли?

— Предупреждать надо!

— Все претензии к китайцам. Праздник, похоже, у них.

Грохот прекратился. Дым, развалившийся впереди, словно вата, никак не рассеивался. Там, в клубах, сейчас можно было вытворять все, что угодно. К счастью, ворота крепости не отворялись, ломать навес никто с топорами и кирками не бежал. Со стены, скорее всего, тоже никого не спустили. Им ведь потом все равно через ворота возвращаться — тут-то их конница и перебьет, это однозначно.

Вскоре к сторожевым сотням прибежали и старейшины: Чабык, Джебе, Судибей и еще многие другие. Они останавливались рядом с Олегом, хватались за мечи:

— Что случилось, Тенгизхан? Ты вызвал джинов? Джинов наслали колдуны?

— Проявите терпение, уважаемые, скоро узнаем. Про фугасы у китайцев я никогда не слыхал.

— Что такое «фугас», Тенгизхан?

— Это хуже джина, уважаемые…

И такое объяснение, как ни странно, удовлетворило всех.

Белесые клубы потихоньку опадали. Стала видна крыша навеса, целая и невредимая. Жердяные стены тоже совершенно не пострадали. Ни одного погибшего или раненого на всем пространстве. О случившейся атаке напоминали только черные подпалины на земле вокруг навеса.

— Они без корпуса, — облегченно вздохнул Середин. — Безоболочечные. Короче, обычные взрывпакеты. Наверное, против конницы делались. Лошадей бы напугали, это точно. Но мы же, друзья, не скотина, правда?

Он поднял чей-то щит, закрылся от стрел и спокойно пошел вперед. Китайцы, довольные предыдущим успехом, подпустили одинокого противника ближе, метнули два ядра, одно Олегу почти под ноги. Снаряды превратились в огненные вспышки, ведуна на миг обдало жаром — и он оказался внутри дымного облака. Старейшины испуганно охнули, и Середин торопливо отступил, приветственно помахал рукой, благо из-за дыма ни один лучник на стене разглядеть его не мог. Кочевники тут же взорвались криками восторга. Середин специально прошел немного в сторону, показываясь защитникам на глаза, те метнули еще шар — и на этом салют закончился.

— Ур-ра Тенгизхану! Ура, ура! — За его прогулкой, кто вблизи, а кто издалека, наблюдали несколько сот кочевников, и теперь они радостно приветствовали своего предводителя: — Тенгизхан, Тенгизхан! Мы монголы, монголы!

— В общем, кроме шума, ничего страшного, — сообщил старейшинам Олег. — С лошадьми осторожнее, а так бояться нечего.

— Ты отважен, Тенгизхан, — восхитился Бей Джебе. — Богиня в тебе не ошиблась.

— Я в ней тоже.

Олег глянул на крепость, заметил на стене наблюдающего за ним китайского колдуна, вскинул руку и показал ему фигу. В тот же миг грудь обожгло болью. Он вскрикнул, дернул амулет: тот обуглился. Чародей на стене схватился за голову и пропал. К нему кинулись стражники. Минуту спустя стало видно, как китайцы кого-то уносят, собравшись по трое с каждой стороны. Маг ударил — и получил достойный ответ.

— Еще очко в нашу пользу, — пробормотал ведун. — Нужно будет ночью новые амулеты изготовить. Себе и Роксалане.

— Они мне прямо на голову бомбу кинули, — сообщила воительница. — В смысле, сараюшке нашей на крышу. Я, наверное, половины слов теперь не слышу.

— У меня тоже в ушах звенит, — утешил ее Середин.

— Тогда, чур, моя рабочая смена кончилась. Пошли нашу юрту искать. Девочки в честь прибытия наверняка что-нибудь вкусное приготовят.

Однако у родного порога их встретили неожиданные гости: Любовод и Ксандр беседовали с рябым мужиком в алой шелковой косоворотке и в узкой каракулевой пилотке, буквально пожирая его глазами.

— Олег, Олег, глянь, чудо какое! — подозвал ведуна купец. — Глянь, земляка мы тут нашли, в караван-сарае разрешения на торг ждет. Всего три месяца тому, как из Новгорода! Плоскиня именем, из рода купцов Бродниковых.

— Здорово, — кивнул рыжебородому торговцу Олег. — Давно здесь?

— Уж с полмесяца жду, — признался тот. — Меха привез, сатин, нёба осетровые, меда маненько. Тут завсегда так: по три, по четыре месяца ждешь, пока впустят. Третий раз приезжаю. Зараз так и рассчитываю, чтоб зиму тут пересидеть. Сюда по навигации прибываешь, и назад аккурат после ледохода получается…

Послышался угрожающий шелест, и в землю между Серединым и его гостями глубоко вонзилось копье.

— Это еще кто?! — Ведун дернул длинную пику из земли и только тут обратил внимание, что возле наконечника примотана бамбуковая трубка. И она еще дымилась, едко воняя порохом. Снова шелест — на этот раз копье впилось на десять шагов дальше, почти у стены соседней юрты.

— Олежка, кажется, тебя кто-то не любит, — вежливо намекнула Роксалана. — Не стоит ли переместиться от этих людей подальше?