Внешняя угроза. Второй шанс - Алексей Фомичев

Их разбудили через полтора часа. Дали десять минут на сборы и повезли в порт. Там их ждала группа сопровождения – техники, военные, эксперты. Среди них Титов заметил Талену. Но подходить и заговаривать не стал. Не до того. Да и непохоже, чтобы девушка хотела его видеть.

– Господа, – произнес Горан Станди, приехавший провожать землян. – Сейчас вы перейдете на промежуточную станцию. Следующий прыжок будет уже на Достею. Я… кхм… мы желаем вам успеха и будем надеяться, что у вас все пройдет хорошо!

Он замолчал, не зная, что еще сказать, и как-то неловко махнул рукой, давая команду к погрузке.

Земляне выслушали речь молча. Их уже начало понемногу забирать то чувство ожидания, что охватывает солдат перед боем. Стихают разговоры, пропадают шутки, с лиц исчезают улыбки. А в груди растет тяжесть и по коже пробегает дрожь. Вот-вот, совсем скоро…

Землян провели на небольшой десантный катер, усадили в удобные кресла и помогли разобраться с системой страховочных ремней. Через пять минут катер взлетел, вышел на орбиту и пошел в «окно» орбитального терминала.

Никто не успел отметить момент перехода, катер слегка тряхнуло, он сбросил скорость и начал маневр стыковки со станцией.

– Это сколько же мы проскочили? – вдруг спросил Вася Бигмер.

– Сто десять световых лет, – ответил сидящий впереди техник.

Бигмер присвистнул.

– Ни хрена себе прогулочка!

– Это не самый длинный переход, – вставил техник. – Рекорд сто семьдесят.

Чуть помявшись, он виновато посмотрел на Бигмера и попросил:

– Извините, вы не могли бы… не свистеть? Это плохая примета на корабле.

Василий поднял руки и закивал, понял мол.

На промежуточной станции царил ажиотаж. Земляне сразу отметили взволнованные лица экипажа, снующих техников и пилотов, напряжение в голосах встречающих.

– Зона распространения расширяется! – пояснил капитан станции. – Она уже захватила Дзефу и идет сюда.

– Какое ускорение? – уточнила подошедшая Талена.

– Полтора относительно вчерашнего показателя.

– Сколько у нас в запасе?

– Минут сорок. Но я бы не ждал так долго. Переход надо организовывать как можно быстрее. Максимум через полчаса…

– Ясно. – Талена повернулась к Титову. – Вас проводят к терминалу, это во втором отсеке.

Титов поправил ремень и кивнул своим.

– Пошли, парни.

– Асборт, проводи! – скомандовал капитан.

Невысокого роста щуплый достеец в форме офицера космического флота окинул взглядом землян и первым шагнул в коридор.

* * *

Терминал станции состоял из трех помещений. Первые два – собственно терминалы, откуда предстояло стартовать. Третье – центр управления.

Пока земляне ждали дальнейших действий в центре управления. Здесь, кроме них, за столами сидело несколько операторов, отслеживающих состояние «окон» и обстановку вокруг станции. На голове у каждого шлем с непрозрачным забралом, на внутренней стороне которого персональный экран. Руки операторов лежали на анатомических джойстиках. На гостей операторы не обращали внимания, скорее всего вообще не заметили их появления. Все внимание «окнам» и зоне.

…Баулы ставили прямо под ноги, больше вроде некуда. Пришлось стоять, кресел и стульев нет, центр управления не рассчитан на такое количество народа.

Земляне поглядывали на обзорные экраны под потолками и негромко переговаривались. Планеты звездной системы выглядели крошечными, а сама звезда какой-то блеклой. Достею же заметили потому, что она была подсвечена оранжевой каймой.

– Ох, чую, весело сейчас будет! – протянул Степа Жарков.

– Заткнись! – не оборачиваясь, бросил Баскаков. – Не каркай. И без тебя тошно.

– Ничего, – вдруг сказал Оноженко. – Где наша ни пропадала?! Берлин взяли, пол-Европы одолели, а уж тут-то управимся!

– Угу. Управимся! Головы бы уберечь. А то неохота подыхать молодым.

Титов повернулся к бойцам.

– Очко играет? У меня тоже. А представьте, как играет у тех парней, что сидят на ретрансляторах! Они-то вообще не знают, придет помощь или нет.

Кто-то хмыкнул, кто-то одобрительно заворчал. А Сорокин насмешливо бросил:

– Ничего. Придем и пожалеем сироток. По-свойски!

Раздались смешки, напряжение, охватившее землян, пошло на спад. Титов одобрительно посмотрел на Петра и кивнул. Тот ответил легкой улыбкой. Как успокаивать людей перед боем он помнил хорошо.

В помещение вошли Талена, капитан станции и старший инженер. Увидев их, Титов посерьезнел и спросил:

– Пора?

– …Мисенг. Семнадцать километров западнее Хармака. Лесистая местность, озера, сельскохозяйственные площади. Там же протекает одна из самых больших рек Сервиана – Тулея. По архивным данным, там глубокий тыл. Кто туда идет?

Талена оторвала взгляд от экрана и посмотрела на Титова.

– Моя группа, – ответил тот.

– Хорошо. Вторая группа?

– Моя, – сказал Баскаков.

– Вы, Виктор Анатольевич, будете высажены под Тушибе. Это поселок в семи километрах юго-восточнее Тигурена. В то время город был ареной ожесточенных боев между дамайской коалицией и консерваторами.

– Надеюсь, вы не высадите нас прямо в расположении войск? – усмехнулся Баскаков.

– Не высадим, – не приняла шутки Талена. – Наша аппаратура имеет очень точную настройку. А остальное зависит от вас.

– Понятно.

– Это все. Переход через десять минут.

– Один вопрос, – вставил Титов. – Как мы поймем, что все закончилось? И что делать после уничтожения ретрансляторов?

– У вас по плану последним идет Цударес. В наше время в районе предполагаемого нахождения ретранслятора разбит парковый комплекс. Вы окажетесь внутри. А как узнаете… – Талена обвела всех взглядом, вздохнула. – Если все пройдет нормально, мы вас там найдем. А если нет… ну, тогда…

– Тогда не важно, – закончил Титов. – Все ясно.

Они вышли в коридор между терминалами. Встали, образовав большей круг.

– Ну, парни! – сказал Титов. – Успеха всем! Дело сделать и живыми уйти.

– Два раза не помирать, а один раз не страшно! – скаламбурил Оноженко. – Прорвемся!

Бойцы хлопали друг друга по плечам, негромко говорили «давай», «поаккуратнее», «успеха». И хотя на губах играли улыбки, глаза у всех были невеселые.

Персонал станции, кто находился неподалеку, смотрели на землян со страхом, удивлением и уважением. В руках этих людей судьба всей достейской цивилизации!

– Все, парни, пошли!