Четыре «В» для ведьмы, или Отбор наперекор - Елена Соловьева

Разумеется, я согласилась. Не сразу — дракону пришлось долго и подробно рассказывать мне о ходе Отбора и о том, как сильно я ему залетела в душу. Вот прям как ведьма в золотом тазу — никакой магией не вытащить.

Свадьба прошла скромно, но весело! Были угощения, гости, выступления артистов и даже аглиарх, лебезивший передо мной, точно тоже вдруг влюбился. Вот взял, прозрел и влюбился. И доброй-то я стала, и магически одаренной, и вообще лучшей из всех невест.

О Малисенте своей даже не вспоминал.

— Простите, товарищ аглиарх, но лизоблюдов не люблю и не уважаю, — честно призналась я. — Кстати, Отбор закончен, а, значит, распорядитель нам больше не понадобится. Правда, любимый?

Тиарон, опьяненный медовым месяцем и мной, взбалмошной, но весьма обаятельной ведьмой, согласился тотчас. За заслуги перед Линголонгом выделил аглиарху место в одном из отдаленных миров, и мы его больше не видели.

А после этого знаменательного события была еще свадьба. Даже две. Малика, получившая должность придворной модистки (во многом благодаря своим неподражаемым сарафанам из одуванчиков), вышла замуж за своего любимого Ильдара.

Гарольд Серый получил руку и сердце скромной, но очень доброй Элли. А та, в свою очередь, обзавелась не самой доброй, но все же сговорчивой свекровью. И чтобы немного подсластить Элли эту горькую пилюлю, мы с Тиароном подарили ей на свадьбу патент  на разведение и продажу линголонговского подорожника (в случае чего его можно использовать не только в лекарственных, но и в охранных целях).

— Даже не верится, что все так счастливо закончилось! — радостно объявила Элли, сияя от счастья.

— Что значит, кончилось? — недоуменно вскинула брови Малика. — Все только начинается!

И она оказалась права. У нас появились не только любящие мужья, но масса новых забот и обязанностей. А еще спустя три месяца после свадьбы меня стало подозрительно мутить по утрам, и тянуть на соленое вечерами.

Вот тут-то я и припомнила муженьку и Отбор, и предложение руки и сердца с подвохом.

— Прости, любимый, но у меня появился другой мужчина, — сказала я, сидя вечером в зале у камина.

Тиарон покрылся золотой чешуей. А Калбельдед-старший поперхнулся вином, которое неспешно потягивал из бокала.

Я подавила ползущую на лицо улыбку. Ну и лица были у них обоих.

— Кто он?! — Тиарон вскочил с места и стал осматриваться по сторонам. Потом посмотрел на меня полным печали взглядом, и мне стало стыдно. — Ты любишь его?

— Очень, — согласилась я без сожаления. Положила руку на живот и вздохнула: — Придворный звездочет сказал, что это на сто процентов мальчик. И мы можем уже сейчас придумывать ему подходящее имя.

— Аллилуйя! Чур, я стану крестным! — завопил Калбельдед-старший с картины. — Я был уверен, что именно этим все и закончится!

Тиарон подхватил меня на руки и закружил по залу. Потом вдруг вспомнил, что в моем состоянии нужно много отдыхать.

Но покой нам только снился.

— Пить!.. Пить!.. — многоголосый хор нарушил нашу семейную идиллию. — Пить!!!

— Нам понадобится вода, — рассудила я и засучила рукава. — Много воды. Не забудьте прихватить ведра, Ваше Страхолюдие.

Щелкнув пальцами, выстроила портал (благо, за последние месяцы освоила это искусство на отлично. Еще одного полета в тазу я бы точно не выдержала). Он перенес нас на поле, засеянное цветами Малезиса. Я насчитала около сотни ростков.

— Вот как-то так… — стоявшая посреди поля Колючка беспомощно развела руками. — Поможешь?

— Еще бы! — радостно объявила я. Наскоро поздравила плодовитую мать и приступила к работе. Не без помощи мужа-дракона, разумеется.

Ночка предстояла бессонная.