Границы человечного - Анна Шульгина

– Тебе бы поспать, завтра понадобятся и внимание, и концентрация.

Мы улеглись под одеялом, тесно обнявшись и несколько минут усиленно симулировали отход ко сну. А потом я не выдержала:

– Как думаешь, что с ней?

– С ней всё в порядке, – в его голосе тоже не было ни грамма дрёмы, хотя легкая ломкая хрипотца намекала на сильную усталость. – Твоя мать сейчас приманка, и трогать её до того, как попадешь в их руки, большая глупость. А бабка не показалась мне дурой. Прожженной, хитрой, властной – да, но никак не глупой. К тому же исчезновение наследницы главы клана незамеченным не пройдет. Ты сама говорила, кровная родня запросто найдет ведьму, как бы далеко та не находилась. Да и любые жесткие действия надо обосновать. Не думаю, что кто-то хочет обнародования некоторых фактов из истории клана.

Я и сама об этом думала, но изложенные в такой последовательности и таким уверенным голосом, доводы касались намного внушительнее. Поэтому молча чмокнула Лешу куда попала и быстро задремала.

Не знаю, в котором часу меня разбудили, знаю только, что рано – за окном уже рассвело, но край солнца только-только показался над садом, все ещё холодноватый и излишне румяный со сна.

Теперь про домофон вспомнила практически сразу, как услышала звонок, приглушенный несколькими закрытыми дверьми. И хотя вставать очень не хотелось, Алексея стало жалко – я вчера хоть в отключке немного отдохнула, а он, получается, и проспал-то часа три. Поэтому осторожно выбралась из-под одеяла, стараясь не шуметь, и, накинув халат, на цыпочках выскочила из спальни.

Похоже, что понадобилась я кому-то прямо совсем срочно, потому что противный звук и не думал стихать. А учитывая последние события, ничего позитивного ждать не приходилось. Но рявкать на посетителя не стала, стоило только увидеть, кто нарушил наш покой – сразу открыла дверь и метнулась в ванную за оставленными там вчера джинсами.

Успела вовремя, чтобы грохотом визитер не разбудил Алексея, и дверь распахнула, когда он уже занес руку, чтобы постучать.

– Ты чего здесь делаешь? Где Людмила?

Непривычно серьезный и даже немного хмурый Юра молча отодвинул меня, прошел в коридор и только после этого ответил:

– Она в безопасности. Отец ещё не проснулся?

Хотела было притворно возмутиться такими непотребным инсинуациям, потом вспомнила, что передо мной оборотень, у которого обоняние не чета моему. А пропахла я Лешей капитально, тем более что и душ-то принять ещё не успела.

– Нет. Что случилось?

– Это хорошо, – заметив, наконец, мой расхристанный вид, парень потупил глаза. – Будите папу, я пока чайник поставлю. Не хочу два раза пересказывать, лучше обоим сразу. И ещё – где его мобильник?

Вопрос интересный, только ответа на него не знала. И, не уточняя, зачем отроку отцовский телефон, присоединилась к поискам. Были они быстрыми и продуктивными – искомый гаджет скромно лежал на книжной полке прямо возле томика маркиза де Сада. И где я только такую гадость взяла?

Юра, тыцкнув пару раз по кнопкам, удовлетворенно, хотя и не особо радостно кивнул, и убыл на кухню.

Класс, скоро начну в собственном доме чувствовать себя квартиранткой.

Когда зашла в спальню, Леша уже одевался, так что пересказывать разговор с сыном тоже не пришлось, большая его часть тайной не являлась. Так что уже через пару минут мы чинно рядком сидели за столом и вкушали кофий. Вру, пить мы его не пили, не до того было, потому что новости Юра принес нехорошие.

– Откуда ты знаешь? – Алексей размеренно барабанил пальцами по столу, удивительным образом попадая только по зеленым квадратикам на клеенке, хотя вниз и не смотрел.

– Они приезжали полчаса назад, спросили тебя. Охрана ответила, что дома не ночевал, где находишься – не знают. И как только оперативники уехали, попытались дозвониться, но не смогли. Тогда набрали мне.

Мы разом глянули в сторону уже отключенного телефона. Хорошо, что Леша его в спальню не припер, так он пока потеряшка, а не скрывающийся от родного правосудия преступник.

– А подробности от кого узнал?

– От одногрупнника, Севки Морозова.

– Это который сын нашего прокурора?

– Да. Он практику в приемной отца проходит, тот его у себя пристроить хочет. Севка подтвердил, что на тебя вчера поступила жалоба от какой-то шишки по поводу превышения служебных полномочий. Пока написали только на временное отстранение. Искали как раз, чтобы всё это прояснить. Если найдут доказательства, грозит уже уголовное разбирательство.

Последнее мог и не добавлять, это мы оба прекрасно понимали. Как и то, какая «шишка», чтоб ей голым задом исключительно на неструганые сосновые доски садиться, вздумала пожаловаться. Самое обидное, что зерно разума в претензии есть – Алексей действительно несколько превысил полномочия, явившись в дом уважаемых ведьм только на основании писульки экзальтированной девицы, на которую не то напали, не то ей это во сне привиделось. И если выйдет наружу, что мы любовники – а выйдет обязательно, – картинка получится и вовсе крайне неприглядной.

– Так всё, хватит сидеть с траурными лицами, – Леша резко поднялся, а мы встрепенулись. – Действуем по плану. Если пройдет, как надо, заявление сегодня же и заберут.

– А если не по плану? – Не то, чтобы я не верила в его стратегический гений, но уточнить стоит.

– А если не по плану, то оно станет наименьшей из проблем. Аль, я пока с твоего мобильника поговорю. Ребята начнут подтягиваться через час, можешь потихоньку собираться.

– Я с вами, – Юра аж подпрыгнул на месте.

Поскольку его отец уже вышел из кухни, осадить добра молодца предстояло мне:

– И думать забудь. Если идея окажется неудачной, замажешься так, что всю жизнь не отмоешься. К тому же у тебя беременная невеста на руках, что с ней будет, если с тобой, не дай Бог, что случится, подумал? И потом, ей уже сейчас может стать плохо, забыл, вам расставаться нельзя? Ну и что, что вы экспериментировали, это в спокойной обстановке шесть часов она спокойно выдерживает, а если нервничает, может быть намного меньше.

Но все уговоры, попытки втолковать и откровенный шантаж не помогли, это я поняла, когда от отведенного времени осталось полчаса, а Леша заглянул на кухню в попытках понять, с чего такой шум.

– Что у вас?

Я к тому моменту уже немного осипла, поэтому только отмахнулась:

– Сам спроси, пошла переоденусь.

Видимо, и у него не получилось, потому что, когда, собранная внешне и внутренне, вернулась на кухню, оба Воропаевы спокойно и даже, не побоюсь этого слова, умиротворенно уминали яичницу. Плохая из меня хозяйка, если гостям пришлось самим завтрак соображать, но уж какая есть. И, судя по гордо выпрямленной спине, Юра таки убедил отца в необходимости своего участия в предстоящей авантюре. Осталось только мысленно махнуть рукой, всё равно достучаться не выйдет, так чего нервы трепать? Разве что придется быть ещё более осмотрительной и не дать покалечить юного балбеса.