Мохито для изгнанника Тьмы - Ольга Иванова

— Это уже не важно. — Он посмотрел на небо. — А император… Не думаю, что он опечалится, если не пообщается с изгоем. Только если развлечения ради. Мне же, признаться, самому было сегодня на балу не очень комфортно.

О… Уж не опять ли это из-за моей светлой воды? А ведь действительно Свет мог взбунтоваться в логове Темных, как в моем случае. Или же он не о том комфорте говорит?

— Сейчас лучше? — уточнила осторожно.

— Намного.

Я впервые видела Реллингтона таким спокойным и умиротворенным, будто и не он вовсе. Где злость? Ворчание? Недовольство? И его поступок перенестись сюда тоже вызывал странные чувства. Да и вся эта обстановка: ночное озеро, небо, усыпанное звездами… При других обстоятельствах я бы назвала это романтичным и…

— Поцелуйте меня, милорд. — Слова вырвались сами собой. Сердце испуганно встрепенулось, когда осознала возможную опрометчивость этой просьбы. Но изменить уже ничего было нельзя, и я затаила дыхание в ожидании реакции Реллингтона. Его ошеломленный взгляд встретился с моим.

— Что вы сказали? — тихо переспросил он.

— Я попросила поцеловать меня, — повторила так же тихо. И неуверенно улыбнулась, пытаясь сгладить неловкость. — Я просто хочу проверить, вдруг уже могу… подпустить вас ближе. Но если вы не желаете, настаивать не буду. Потому что я действительно не уверена. Ведь прикосновения — это одно. И даже то, что мы танцевали сегодня без проблем, не означает, что… — Но договорить я не успела: Реллингтон резко подался вперед и навис надо мной.

— Давайте попробуем. — Его дыхание коснулось моих губ, и у меня от волнения засосало под ложечкой.

— Хорошо. — Я сама приподнялась навстречу.

Наши губы соприкоснулись, и я прикрыла глаза. Все спокойно, все хорошо, только сердце колотится и в груди щекочет. Несколько секунд мы не двигались, привыкая к этой новой ступени близости и все еще страшась последствий. Потом Реллингтон осторожно захватил мою нижнюю губу, чуть прикусил ее, провел по ней языком… И отстранился. Я распахнула глаза и посмотрела на него обескураженно: это все? А ведь я только собралась ответить. Что случилось?

— Давайте на этом остановимся. — Он отвел глаза и потер нахмуренный лоб. — Иначе я могу потерять контроль над собой. И мы вернемся к началу.

В эту секунду я почувствовала себя пристыженной. А ведь и правда, Генриетта говорила, что ему с каждым днем будет все труднее сдерживать свое влечение. Со дня приворота прошел почти месяц, а Реллингтон даже виду не показывал. Лишь иногда я замечала на себе его горящий взгляд, но и тот он быстро прятал. Поразительная сила воли.

— Или вы готовы продолжить сейчас? — между тем добавил он с насмешкой. — Исполнить свой супружеский долг под открытым небом?

Я ответила не сразу, сначала со всей злости прихлопнула комара, который вознамерился укусить меня за плечо. Нашел момент!

— Супружеский долг под звездами — это, конечно, романтично. — Я отправила на тот свет еще одного кровососа и показала Реллингтону останки несчастного. — Но на деле, как видите, слишком много свидетелей.

Он на это усмехнулся, а я продолжила уже без улыбки:

— А если серьезно… Мне еще нужно пару дней. Всего два дня, и мы решим нашу проблему. Обещаю.

Реллингтон, продолжая недоверчиво усмехаться, чуть прищурился.

— Любопытно, чем я наконец сумел расположить вас к себе?

— Конечно, изумрудами. — Я потрогала одну сережку. — Разве вы не заметили, что я сегодня надела ваш подарок?

— Заметил. — Он не сводил с меня глаз. — А если без шуток?

— Без шуток… — Я задумалась и пожала плечами. — Не знаю. Возможно, я просто к вам привыкла за это время? Привычка… На ней держатся многие отношения: супружеские, дружеские… Некоторые даже работу не могут сменить из-за этой самой привычки. И это не плохо, нет. Просто одна из форм связи между людьми. А в нашем случае она даже спасение, — добавила я, но от собственного вывода отчего-то стало горько. И я поспешила вернуться к главной теме: — Так вот, милорд, дайте мне всего два дня. Мне необходимо забрать у Генриетты новое зелье забвения. А еще… Кое-что рассказать вам. Важное.

— Важное? — Реллингтон заинтересовался. — Это касается вас? Или меня?

— Нас обоих. Но не пытайте меня пока, мне нужно время, чтобы подготовиться к этому разговору. А пока… Помогите мне встать, — я протянула ему руку и улыбнулась, — а то платье слишком узкое.

Тогда Реллингтон поднялся сам и, взяв меня за руку, потянул на себя. На миг я оказалась в его объятиях, но он тут же отпустил меня.

— Спасибо. — Я поправила платье и волосы. — Можно еще попросить вас кое о чем?

Он вопросительно посмотрел в ответ.

— Покажите мне Голдвайн. Возможно, я здесь больше никогда не побываю.

— Я не люблю гулять по городу среди толпы людей, — ответил Реллингтон уже с привычным недовольством.

Ну вот, недолго музыка играла.

— Что ж… Нет так нет. — Я все же не смогла скрыть разочарования.

— Хорошо! Идемте, — изменил он свое решение в следующий миг. — Только недолго. Что вы хотите посмотреть?

— Не знаю. А что здесь есть интересного? — Я снова воспрянула духом.

— Откуда же я знаю, что вам интересно?

— Ну, есть же тут какие-то достопримечательности? Соборы, дворцы, памятники…

— Вам мало императорского дворца? — Реллингтон иронично приподнял бровь.

— Ладно, разберемся на месте. — Я взяла его под руку, и на этот раз он не удивился, а воспринял это как должное. — Думаю, стоит начать с центральной площади. Там всегда найдется что посмотреть.

Реллингтон на это неопределенно хмыкнул и повел меня к выходу из парка.

Чем ближе мы подходили к центру, тем ярче сияли огни и явственней ощущался праздник. Несмотря на поздний час, улицы по-прежнему были заполнены людьми. Старики, дети, влюбленные пары и компании друзей, состоятельные горожане и жители бедных районов — толпа, которая нас поглотила, была похожа на яркое лоскутное покрывало: такие разные в обычные дни, сегодня они были объединены общей радостью и весельем.

— Это музей? — Я показала на белое здание с колоннами.

— Нет, больница, — ответил Реллингтон. — Музей есть за углом, исторический. Но он сегодня не работает.

— Жаль. Было бы интересно немного познакомиться с вашей историей.

«Особенно с причинами войны Тьмы и Света», — добавила уже про себя. Впрочем, как раз об этом в музее может ничего и не быть.

— А это что за место? — Мы подошли к кованым воротам, за которыми чуть вдалеке виднелось трехэтажное здание из красного камня.

— Академия, я здесь учился. — Взгляд Реллингтона стал задумчивым.

— Вместе с принцем?

— Да, мы с Кайлом учились на одном курсе и факультете. И Паттисон, кстати, тоже.