Огонь в крови - Купава Огинская

— В твое время были провидицы…

— Зрячие, — мягко поправил меня он.

— Что?

— Здесь их называют зрячими.

— А… ну да, но не в этом дело. Провидиц или зрячих, или как ты их не назови, больше нет.

— Но есть Мирай. Сила, выпущенная на свободу благодаря уничтожению мира, почему бы ей не уметь чего-то такого, чего не умеют простые смертные?

— И что? Ты продолжишь нервничать и торопиться?

— А у тебя есть идеи получше? — с улыбкой спросил Абель. Его рука поползла по коленке вверх. — Прошу, озвучь.

И вот тут занервничала я. Потому что, с такой улыбкой можно только о героических свершениях просить: достать звезду с неба, построить замок за ночь… нарожать выводок драконят.

— Может и есть. — нервно прихлопнула его руку на бедре. Он даже не вздрогнул и вытащить ее из-под моей ладони не сподобился, так и остался сидеть, щурясь и улыбаясь, пока я судорожно пыталась придумать, чем бы таким его озадачить, чтобы он ручки свои от шока подобрал.

Стук в дверь раздался как спасение свыше.

— Может, откроешь? — спросила я, когда стук повторился, а ужас даже на дверь не посмотрел.

— У нас важный разговор. Нам не стоит отвлекаться.

— Вдруг там что-то серьезное? Ну, Абель!

— Ладно, — поскучнел он, легко поднимаясь. Только когда ужас отошёл, я смогла вздохнуть с облегчением. Ощущение было такое, будто я из ловушки вырвалась, опасной, но волнительной.

За дверью, не растаяв под раздраженным взглядом Абеля, стоял Девор. Не дождавшись разрешения войти, он легко оттеснил ужаса плечом и ступил в покои.

— Что-то случилось? — я медленно поднялась, испытывая странные чувства: с одной стороны он меня немного спас, я должна быть рада его появлению, с другой — это же отморозок.

— Случилось, — подтвердил он мои самые страшные опасения, — я долго думал и понял, что это несправедливо.

Не спеша закрывать дверь, будто бы всерьез рассматривая возможность вышвырнуть вторженца прочь, Абель сухо спросил:

— Что именно кажется тебе несправедливым?

— Почему наша хранительница проводит все время с тобой? Почему я должен с этим мириться? — возмутился он, потом очень театрально задумался и с насквозь фальшивым удивлением всплеснул руками. — Хотя, подожди, я не должен мириться! Мы в равных условиях.

— Ты пришел, чтобы нам об этом сказать? — ирония в голосе ужаса могла бы смутить кого угодно, но только не Девора.

— Не только. Я хочу, чтобы эту ночь Веда провела в моих покоях.

В какое именно мгновение излишне самоуверенный отморозок вылетел в коридор, основательно впечатавшись всем телом в стену, я бы не смогла сказать даже под страхом смерти. Его просто вдруг не стало в комнате, а Абель замер на пороге, ухватившись руками за косяк двери, пока я хваталась за него, крепко обняв за талию и сипло вещая, что хозяин замка — это не хозяин таверны, его возмещение ущерба золотом может и не устроить… Когда именно я успела добежать до двери и поймать довольно проворного и немножечко взбешенного дракона, хотя всего мгновение назад стояла у стола, я тоже не знала, но была уверена, что всему виной оказался огонь, которым Абель поделился со мной во время обряда.

— Ты не имеешь права, — прохрипел Девор, отлепляясь от стены, — она принадлежит мне не меньше, чем тебе. То, что ты был первым, не делает тебя исключительным.

— Да я же тебя раздражаю!

Не знаю, как мне удавалось сдерживать Абеля, но слова отморозка совсем не помогали его успокоить. Девору пора было понять, что ужас болезненно реагирует на эту тему и может ненароком прибить, но он почему-то не понимал.

— Раздражаешь. Ты же сломала мой кристалл, по-твоему, после этого я должен быть тебе благодарен?

— Ну….

Если быть объективной, после такого меня вообще убить стоило, но я не могла быть объективной, ведь на кону стояла моя шкура, а потому виноватой себя не считала и была уверена, что меня можно простить. Не так ведь и плохо все сложилось.

— Но я готов изменить свое к тебе отношение… по крайней мере попытаться. А для этого неплохо было бы нам узнать друг друга получше.

Я почувствовала, как Абель дернулся от этих слов, и обняла его крепче, зажмурившись и зачем-то крикнув:

— Нельзя!

Абель замер, но не успокоился, я чувствовала, как закаменели от напряжения его мышцы. Девор хохотнул.

— Так что ты скажешь?

— Ты же понимаешь, что убивать меня нельзя? — спросила на всякий случай. — Умру я — умрешь и ты.

— И в мыслях не было.

Осторожно отпустив Абеля, я протиснулась у него под рукой, чтобы героически заключить:

— Тогда можно и пообщаться.

— Сокровище… — голос у ужаса был такой… такой, как у человека, готового ломать кости и сворачивать шеи и… хорошо, наверное, что он человеком не был. Потому что у драконов вот это вот хриплое обещание мучительной смерти могло означать что-нибудь другое — недовольство, к примеру.

— Все будет хорошо, — я обернулась к Абелю, продолжавшему занимать весь дверной проем и выглядеть очень грозно, — мы попьем чаю, посплетничаем, а к ужину я вернусь. А если Девор будет плохо себя вести, я сломаю об его голову стул. Думаю, стул Велиар сможет мне простить.

— У меня было условие: ты никогда не остаешься с ним наедине.

— Ну хочешь, мы дверь открытой оставим?

— Веда.

— Я его хранительница, ты ведь это понимаешь? Да, это последствия моей глупости, но ничего изменить уже нельзя, так может, стоит хотя бы попытаться наладить отношения? Это всем нам на пользу пойдет.

Девор согласно угукнул, подтверждая, что пора бы нам уже поговорить.

— Я не хочу тебя отпускать, — стоял на своем ужас.

— Так не далеко же, всего-то в соседние покои. Два шага — и я там, а потом я тут.

Абеля это не особенно убедило, но останавливать меня он не стал, лишь глядел вслед. Наверное, пытался пробудить мою совесть, не знал он, что совесть моя сбежала еще в Талом уделе, когда я вторым драконом обзавелась. Не выдержала она таких потрясений.

— Ну и зачем ты его злишь? — спросила я, стоило только закрыться двери.

— Раздражает. — односложно ответил Девор, кивнув на столик у окна. — Ты хотела чаю.

Обстановка в этой комнате ничем не отличалась от той, что была в выделенной нам. Те же серые цвета с переходом в черный или сизый, скромная обстановка и две двери: одна в гардеробную, другая — в ванную. Кровать, столик, два стула, кресло… все было так же, как и там, за стеной. Единственным отличием был обитающий в покоях дракон.

Чаепитие как-то не складывалось. Я не знала, о чем можно говорить с отморозком, Девор тоже не спешил завязывать разговор. Молчание угнетала, чай остывал.