Черная кошка для генерала - Валентина Елисеева

Мужчины обменялись дружеским рукопожатием, а Лара пристально рассматривала короля Варта Зоилара, имевшего весьма отдаленное сходство с портретом молодого человека в энциклопедии: черные с заметной проседью волосы, темно-карие усталые глаза, лицо в мелких морщинках, дыхание затрудненное, и время от времени король потирал грудь, будто от боли. Кошачий нюх подтвердил, что человек действительно болен: запах здорового тела был совсем другим. Лицо короля сейчас выражало искреннее радушие, и Лара, как ни приглядывалась, не могла заметить на нем признаков притворства.

Тем временем на саму Лару тоже обратили внимание:

— Это та самая героическая кошка? — Король наклонился и протянул к Ларе руку. — Кис-кис, иди ко мне, кошечка.

Лара фыркнула и не пошла. Мало ли, вдруг этот король еще и потискать ее вздумает — Леон ведь говорил, что он любитель кошек. А Лара — не плюшевая игрушка, и вообще, она только с Леоном дружит и только к нему подходит. Леон сел в кресло и приглашающе хлопнул по коленке. Лара на этой коленке и устроилась, подальше от подозрительных пока королей. Неизвестно, что на уме у этого Варта и почему он приказал держать под стражей пасынка.

— Разборчивая она у тебя. Слышал, что только тебя слушает и только от тебя ласку принять готова. И откуда взялась она у тебя — тоже слышал. — Король опустился в кресло и опять потер грудь.

— Что ты решил с наследником, Варт? — в лоб спросил Леон.

— Как всегда — с места в карьер, узнаю своего друга, — усмехнулся король. — Приятно вести прямой разговор, а не бродить часами вокруг да около, как принято среди придворных. Все не так просто, Леон. Ты не представляешь, как хочется передать трон родному сыну. Я много лет и не надеялся, что он у меня будет, был уже уверен, что бесплоден. Помнишь, сколько фавориток пытались своих сыновей за моих выдать? Специально романы на стороне заводили, чтобы мне «наследника» подарить. Будто в этих светлых и рыжих детках хоть капля сходства со мной имелась!

Король пригладил волосы, которые в молодости явно были смоляными, а Лара припомнила, что в этом мире черные волосы и глаза в самом деле встречаются крайне редко, и в основном у аристократов. Каштановая шевелюра Леона тоже считалась признаком аристократизма — все виденные Ларой крестьяне были светловолосы и светлоглазы. Доминантным геном здесь, видимо, являлся ген светлой окраски, а не темной.

— Ну, цвет волос — не главный показатель родства, но во всех тех случаях тайная сыскная служба смогла установить истинное отцовство для детей, и они в самом деле были не твоими, — согласился Леон. — А Милор — явный Зоилар. Но, Варт, мальчику семь лет. Семь! Если ты так уж хочешь сделать его кронпринцем, то назначь Гильдара регентом — он не будет отбирать престол у брата.

— Ты уверен? — Лицо короля посуровело, он многозначительно посмотрел на Леона. — Даже не сомневаешься, что моего пасынка оболгали и это не он заплатил за твое убийство?

— Уверен, — отрезал Леон. — Мне написали, что посредник убийцы назвал принца заказчиком, но этот самый посредник за пару золотых мать родную под топор палача подведет, а тут ему явно много заплатили!

— Вот именно — много! Пятьсот золотых! Такие наличные деньги мало кто может выделить на непредвиденные расходы. Я сам запросто не могу взять такую сумму из казны, не поставив в известность казначея и Рийхет, — так называлось в Хартуме собрание представителей сословий дворянства, купечества и священнослужителей, выполнявшее примерно те же функции, что Боярская дума на Руси, но с более широким спектром полномочий.

— А откуда они у Гильдара в таком случае? — задал резонный вопрос Леон, вторя мыслям Лары. Лара все чаще замечала, что они с генералом мыслят одинаково.

Король нахмурился, откинулся в кресле и пояснил:

— Во-первых, Гильдар последний месяц до нападения на Буртан провел в приграничных землях рядом с крепостью, а там, по сообщению разведки, видели шпионов Бортейпа — они вполне могли встречаться с кронпринцем для заключения приватных соглашений и передачи денег. Причем видели их рядом с поместьем моего кузена, за дочкой которого ухаживает Гильдар. Во-вторых, Аскар по секрету поведал мне (я, между прочим, еще никому не пересказал эту новость и сыскарям даже намека не дал), что в учетных книгах поместья, которые ведет Диала, обнаружилась крупная недостача как раз в размере этой суммы.

Леон задумался и проговорил:

— Аскар сообщил тебе такие сведения, прекрасно понимая, что они еще больше скомпрометируют жениха его дочери, следовательно — он намерен отменить помолвку Диалы с кронпринцем?

Король согласно кивнул:

— Вот именно. Причем Аскар настойчиво советует мне назвать наследником Милора как последнего прямого потомка нашей династии. И у Аскара нет никакой личной выгоды в этом вопросе — ему, наоборот, следовало бы отстаивать интересы Гильдара, чтобы его дочь стала королевой Картума.

— Интересно, что думает по этому поводу сама Диала, — протянул Леон, и по тому, каким тоном он произнес имя девушки, Лара сделала вывод, что ее генерал недолюбливает невесту друга.

— Это не важно, она еще несовершеннолетняя, — отмахнулся король, — и обязана выполнять решения главы семьи. Кстати, моя семья состоит не только из Гильдара и Милора — моя сестра Солара хотела тебя видеть и лично поблагодарить за защиту страны. После этой войны ты стал национальным героем, Леон, хочешь ты того или нет. — Король встал и дружески хлопнул Леона по плечу. — Давай сходим к Соларе, пока лекарь опять ее в постель не уложил, а потом продолжим разговор.

Леон неохотно поднялся, недоумевающе хмыкнув, и двинулся вслед за королем. Лара поскакала следом — она очень хотела присмотреться к юной сестре короля. Похоже, здесь принято недооценивать женщин, а это очень-очень неразумно со стороны мужчин. Ишь как король от желаний Диалы отмахнулся, а Лара чуйкой чуяла, что эта девушка ох как непроста!

В комнатах Солары Зоилар царила полумгла, окна были занавешены, пахло затхлостью и лекарствами. Кошачий нос сморщился: это помещение не проветривали минимум месяц! Обстановка в темно-коричневых тонах удручала, несмотря на богатство отделки. В глубоком мягком кресле рядом с большой высокой кроватью сидела тоненькая, прозрачно-бледная девушка с ввалившимися тусклыми карими глазами и блеклыми черными волосами, заплетенными в косу до пояса. Темные круги под глазами делали очи Солары неестественно огромными, отвлекая внимание от остальных черт: тонкого носа, правильной формы губ, четкого овала лица. Если бы девушка не выглядела такой откровенно больной и замученной, она была бы весьма хороша собой. Действительно ли эта хрупкая красотка больна или притворяется?

Лара подошла к девушке, приветливо мурлыкая и тщательно принюхиваясь. Увы, Солара Зоилар была не просто очень больна — она находилась при смерти, о чем уверенно сообщил чуткий кошачий нюх. Так что с этой девушки можно снять все подозрения. Вряд ли у нее достаточно сил, чтобы плести интриги или даже задумывать их.

Внимания на кошку Солара не обратила: она испуганно смотрела на генерала Ардамаса. Лара буквально чувствовала исходящие от нее волны животного ужаса.