Техноведьма. Книга 1. Имперский марш - Марина Дробкова

Почему-то эта Инга нравилась мне все меньше и меньше. И как это она так точно измеряет температуру? После этого девушка положила ладонь мне на лоб, на грудь, где сердце, взяла за руку, внимательно посмотрела в глаза. При этом она без перерыва называла какие-то цифры. Это она мне говорит или себе? Чтобы лучше запомнить? Откуда она их берет? Если это какие-то мои показатели, то как она их получает? Наконец Инга оставила меня в покое, подошла к окну и потянула за веревочку, поднимая кверху занавеску.

А за окном…

Я ахнула. Дом, куда я попала, стоял на возвышенности. Вдалеке я увидела множество – целый город – высоких башен. Они лепились плотно друг к другу, такие необычные – некоторые круглые, некоторые прямоугольные. И я почему-то поняла, что в них живут люди, очень много людей. Потому что в этих башнях было очень много этажей.

– Что это? – спросила я, указывая в сторону башен.

– Центральный-сити, – ответила девушка. – Офисный модуль.

Я решила не задавать больше вопросов. Наверное, проще будет разобраться самой, когда выйду отсюда.

– Я должна зарегистрировать твои параметры. Назови свое имя, фамилию и возраст.

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, но тут девушка на секунду застыла, а потом вдруг очнулась и сказала:

– Срочный вызов. Сеанс общения прерван. Я вернусь через тысяча двести восемь секунд.

С этими словами она ушла.

С ума сойти! Она вернется «через тысяча двести восемь секунд»! Почему не через тысяча двести семь, интересно? Не через тысяча двести одиннадцать? Они что тут, все такие стукнутые?

Я откинула одеяло, сунула ноги в шлепанцы и, встав с постели, подошла к окну.

Мы были на первом этаже. Прямо за окном расстилался парк, немного похожий на наш, перед Летним театром, только гораздо аккуратнее. Ровные дорожки, чистые скамейки с прямыми спинками, пестрые клумбы. Под самым окном рос куст шиповника с нежными желтыми цветами. Я перегнулась через подоконник и протянула руку к ветке, чтобы понюхать. Шипов почему-то не оказалось, а цветок был очень-очень красивый, с ровными одинаковыми лепестками, очень мягкими на ощупь.

Вот только он не пах. Совсем.

«Странный шиповник у них», – подумала я, рассматривая парк. По дорожкам туда-сюда сновали юноши и девушки в такой же, как у Инги, одежде. Форма, что ли? Видимо, да. Кое-где прогуливались дети, некоторых возили в креслах на колесиках.

Дети были как дети, нормальные. А вот в этих, в форме, было что-то… неестественное. Во-первых, все они слишком красивые. У нас одна Ирина Андреевна такая, да и то не совсем, потому что у нее нога. А из мужчин разве что Виталик. А эти все как с картинок. Из комиксов. Что же значит это слово – «искины»?

У меня в голове что-то включилось.

Искины. Комиксы. Роботы.

Роботы. Это роботы! ИскИн – «искусственный интеллект!»

Отвалившись от окна, я сползала по стене на пол. Мамочки… Мамочки… Гоблин! Гоблин! Дохлый гоблин!

Я оказалась среди роботов!

И эта Инга… Она же сейчас вернется! Это же они… Это же из-за них погибли техно! А я ей чуть все не выложила – и как меня зовут, и вообще. Да бежать отсюда надо! Вот только в чем – в ночной рубашке?

Но тут вновь открылась дверь. Вошла не Инга, а другая девушка, тоже красавица, но с темными кудрявыми волосами. Она катила перед собой тележку.

– Обед! – объявила она. – Добрый день, меня зовут искин Илона.

Она начала расставлять на столике тарелки. Их что тут, всех зовут на букву «И»? Может, наша Ирина Андреевна тоже – того… Она ведь красивая.

Я тут же замотала головой, избавляясь от дурацких мыслей. Надо же было до такого додуматься! Нет, отсюда точно нужно делать ноги, пока я тут с ума не сошла. Но вот поесть перед дорогой – хорошо бы. А то неизвестно, когда придется в следующий раз…

– Приятного аппетита! – пожелала мне кудрявая девушка и ушла.

Я уселась за стол и поскорее принялась за еду. Из чего был суп, я не поняла, но очень вкусный. Ну что ж, и от роботов есть польза. Хлеб мне тоже понравился – белый и мягкий, явно сегодняшней выпечки. Названия еды, которая предлагалась на второе, я не знала. Она тоже пошла на «ура». А в чашке был оранжевый напиток, напоминающий апельсиновый сок, но только слишком сладкий и без запаха. Все тут у них без запаха, как так можно!

Съев все до крошки и выпив до капли, я подумала и подошла к шкафу. Открыла дверцы.

О счастье, внутри на плечиках висели мои футболка и шорты, постиранные и поглаженные. И даже булавка с остатками ниток в полной сохранности лежала в кармане. Вот только обуви не было. Скорее всего, ботинки развалились, и их просто выбросили. Ну ничего, обойдусь шлепанцами. Сегодня вроде тепло.

Быстренько переодевшись, я подошла к двери и осторожно приоткрыла. Потом высунула голову. В коридоре, к счастью, стены были не бело-розово-желтые, а приятного цвета кофе с молоком. Прямо перед дверью никого не было. А вот в дальнем конце коридора я увидела Ингу, и рядом с ней…

Нет, конечно, не орлан. Это мне показалось с перепугу. Но на человеке была форма, очень похожая на полицейскую. Может, это и есть полицейский, но местный. Наверняка! И по чью же душу он сюда явился? Нетрудно догадаться.

Но он просчитался. Техноведьмы не сидят и не дожидаются, пока их сцапают полицейские.

Аккуратно прикрыв дверь, я бросилась к окну и в два счета перемахнула через подоконник, едва не приземлившись на бесколючечный куст шиповника. Вроде чувствую себя нормально, не голодная и настроение приподнятое. А значит, делать мне тут больше нечего.

Держась поближе к кустам, чтобы не бросаться в глаза искинам в полосочку, я побежала по тропинке, отыскивая выход из парка.

Ну здравствуй, Центральный!

Ветер напал на меня со всех сторон, стоило только выйти из парка.

У нас на Светлоярске тоже бывает ветер, вокруг ведь море. Но такой…

Холодный, пронизывающий, словно железный. Впору надевать зимнюю куртку, а не футболку с шортами.

Но хуже было другое. Во-первых, ветром принесло целую тучу запахов, обрушившихся на меня, подобно вражескому войску. А против него выступил один-единственный солдат: техноведьма. Запахи, я поняла это через некоторое время, исходили в основном от механизмов, которых здесь было неимоверное множество. Я заметила их не сразу, потому что обзор закрывали люди. Но очень скоро разглядела огромное количество мчащихся машин – совсем не таких, как наша, интернатская. То, что это именно машины с людьми, я, скорее, угадала. И сразу поняла: здешние островитяне живут совершенно иначе, чем мы.

Во-вторых, город оглушил меня звуками: гудками, скрипом, голосами множества людей. Длинная широкая улица уходила вдаль, за пределы моего видения. Люди, снующие взад-вперед, как мне показалось сначала, были какие-то одинаковые. Смотрели прямо перед собой, не здоровались и очень спешили. От них тоже исходило… это был даже не запах, нет. Ощущение. Ощущение огромного количества техники.