Земля Павшего - Виктор Ночкин

В Уртахе нет мастерских, нет ремесленных цехов, это священный город. Тем не менее грязи здесь всегда в избытке. Ту, что приносят на обуви паломники, за ночь уберут, но останется куда больше. Куда больше. Хотя она не видна.

Годвин, разглядывая чистенькие мостовые и ровные фасады, не думал о грязи, ему Уртаха представлялась самым чистым из городов мира. В глубине души он жалел, что уступил плащ Иниге. Хотя сердце красавца осталось далеко, в башне Скарлока, но сердце сердцем, а глаза-то – при нем! И в окна домов глядят девицы – столичные, чистые, скучающие. Уртаха – великий город, прекраснейший город в мире!

Инига окунулась в волны силы, она плыла в них, купалась в океане магического могущества, девушке не требовался проводник, чтобы направлять коня к полуострову в излучине – к храму, к гробнице Павшего. Инига сама не заметила, как обогнала спутников, оказалась первой в небольшом шествии. Ее вело необъяснимое очарование, невидимая красота, неслышная гармония – эманации Павшего.

И когда Мороган прикоснулся к локтю кузины и тихонько сказал: «Инига, нам сюда», – она почувствовала, будто ее выдергивают из чудесного сна. Так спится на рассвете, когда первые тоненькие – еще не золотые, розовые – солнечные лучи пробиваются в щель между занавесей... и ты, не раскрывая глаз, тянешься навстречу мягкому прикосновению солнца, перед тобой картинка из сна, но тянешься к солнцу, к свету, к теплу, ты ощущаешь его сквозь смеженные веки, и ощущение тепла и света вплетается в ткань сна сверкающей нитью... Эманации Павшего Инига чувствовала, как спящий чувствует легкое прикосновение солнечного луча...

– Что?..

– Я говорю, здесь нужно свернуть, – повторил Мороган, – дом господина Валланта в третьем круге.

– Но... – Девушка не договорила.

Она уже проснулась и поняла, что солнечные лучи не имели отношения ко сну, что зов Павшего не имеет отношения к действительной цели странствия. Здесь нужно сворачивать к дому этого Валланта...

Мимо остановившихся всадников шагали паломники. С утра их было немного, но они шли, ехали и катили в повозках – все в одну сторону, к храму, к мавзолею. Меньшая часть паломников ощущала эманации, эти двигались на зов, остальные повиновались порыву более чувствительных спутников, да и планировка столицы влекла их вдоль прямого, как копье, проспекта... Люди обтекали замершую четверку, Инига жалобно поглядела вслед паломникам.

– Мы непременно наведаемся в мавзолей, и ты увидишь Его, – пообещал Джегед. – А сейчас мы должны нанести визит господину Валланту.

– Да, конечно. – Инига кивнула с преувеличенным энтузиазмом. – Но это чувство, этот зов... Он ждет меня. Он такой... необыкновенный!

– Он прекрасен, – согласился Джегед. – Ты увидишь. Ты поразишься, как невероятно он прекрасен.

Мороган фыркнул – но тихо. Потом свернул в третий круг. Здесь не было прохожих, лишь изредка показывались люди – должно быть, местные. Всадники двинулись по изогнутой улице, мимо проплывали дома – все фасады равной высоты, с похожими по форме двускатными крышами, между строениями – равные промежутки, немного расширяющиеся наружу, от третьего к четвертому кругу. Каждое здание украшено барельефами, считается, что это изображения знаменитых предков, прославившихся доблестью и колдовским талантом. На самом деле лица каменных героев похожи, словно у братьев – Уртаху отстроили за короткий срок, скульпторам и каменщикам некогда было предаваться фантазиям или заниматься научными изысканиями. Они не разглядывали старинные манускрипты с изображениями героев древности и не стремились выдумать их заново. Вполне вероятно, у этих каменных титанов – лица строителей, послуживших приятелям натурщиками.

Еще статуи роднят сходные гримасы – скептически сжатые ровной линией тонкие губы, вздернутый крепкий подбородок, устремленный вдаль холодный взгляд из-под одинаково изогнутых надбровных дуг – в этих лицах нет тепла... Видимо, таково было представление строителей о подлинном величии. Различаются гербы на щитах да девизы, выбитые у ног каменных воинов.

Иногда встречаются скульптуры женщин, такие тоже глядят поверх голов пришельцев, в некие дали, видимые лишь им, каменным. Ведь не в противоположный же фасад устремлен столь внимательный взор?

Изредка попадались изображения чудовищ – каменные предки неизменно поражали тварей мечами и копьями. Звери умирали в муках, их страданиям не будет конца, по велению короля камень для фасадов зданий Уртахи привозили самый прочный. Мифические чудища вечно будут корчиться над головами прохожих.

– Далеко еще? – поинтересовался Годвин.

Воина не интересовали красоты, высеченные из светлого камня, он не чувствовал магического зова из мавзолея. Его уже начало раздражать отношение спутников к тому, что сам Годвин по привычке называл работой.

– Не помню, – легкомысленно откликнулся Мороган. – Здесь все такое одинаковое, я никогда не старался запомнить расстояний. Очень просто – над домом Валланта дракон с двумя головами, или два дракона рядом, один за другим. Их с двух сторон пронзают копьями рыцари в шлемах с опущенными забралами. Больше я такого не видел, чтобы двое и у обоих забрала опущены. Ищите дом с этим барельефом по правую руку здесь, в третьем круге.

– Н-да, – проворчал Годвин, – хорошее объяснение... Нам повезло с проводником. Теперь будем кружить по третьему кругу, пока не стемнеет.

– Ты преувеличиваешь, – возразил Джегед, – столица не так велика, а драконы на домах встречаются вовсе не часто.

Инига не ответила ничего, она по-прежнему с немалым усилием сдерживала порыв – свернуть и скорее погнать лошадь туда, откуда лился зов...

* * *

Пересечь первую радиальную улицу оказалось несложно – всадникам дорогу уступили. Паломники, переминаясь с ноги на ногу, нетерпеливо выждали и, едва четверка с взволнованным Разбойником в поводу проследовала поперек их пути – тут же, чуть ли не бегом, устремились к храму.

Перед вторым проспектом пришлось выждать – богомольцы шли сплошным потоком, они бы и хотели, да не могли освободить проход. Наконец толпа сделалась жиже. Людской поток не иссяк, но стал немного слабее – и Джегед первым двинул огромного коня из боковой улицы.

– И как местные умудряются здесь жить? Ведь не пройти... – недовольным голосом пробурчал Годвин. – Если нужно в другую часть города, так что же, ночи дожидаться?

– Они не ходят по проспектам, пользуются переулками между домами, – объяснил Мороган. – Это удобнее, я тоже скоро привык, хотя жил-то здесь недолго...

– Ну, от окраины к центру можно пройти переулками, – согласился Годвин, – а поперек?

Мороган пожал плечами.

Вскоре паренек указал на здание – вот здесь живет господин Валлант. В самом деле барельеф на фасаде оказался приметный. Джегед спешился, снял шлем и подошел к двери.

На стук отворил пожилой мужчина в темном камзоле – должно быть, слуга.

– Мы с друзьями хотели бы видеть господина Валланта. Это ведь его дом?