Еретик - Леонид Кудрявцев

Какие там горсти? Перед тем как он зачерпнул песок, ладони Велиата значительно увеличились, и в каждой из них теперь было гораздо больше горсти песка. Причем почти весь он попал точнехонько дракону в оба глаза.

Отпрыгивая в сторону и в третий раз падая, Даниил успел увидеть, как дракон, взмахнув крыльями, словно бы на секунду завис в воздухе. Однако сила инерции неудержимо влекла его вперед, и благодаря этому дракон взвыл уже после того, как промчался мимо мага.

Более того, очевидно, совсем потеряв ориентацию, вместо того чтобы попытаться набрать высоту, он нырнул вниз и, врезавшись в песок, отчаянно заколотил лапами.

— Бей его, пока он не проморгался! — крикнул Велиат, пробегая мимо Даниила.

Собственно, это было вполне разумно. Ну убегут они в другую ячейку… Что мешает тому же дракону, проморгавшись, последовать за ними и там напасть вновь? И значит, ничего не остается, как воспользоваться благоприятным случаем.

Проворно вскочив, Даниил кинулся туда, где на время ослепший дракон, воя от боли и ярости, отчаянно лупил песок лапами и крыльями.

К тому моменту, как он подоспел к месту падения дракона, Велиат уже выделывал вокруг него какой-то сложный танец, похоже, пытаясь добраться до глаз рептилии, но даже при его феноменальной реакции это пока не получалось. Дракон крутил мордой как бешеный и хватал клыками воздух, видимо, каким-то образом узнав, что его враги находятся близко. Не исключено, что его зрение уже успело частично восстановиться.

Даниил подумал, что, если последнее предположение соответствует истине, у них осталось не так уж много времени. Как только рептилия придет в себя, она вновь попытается его убить. Причем повторения фокуса в брошенным в глаза песком он явно еще раз не допустит.

Что же делать? Пытаться нащупать уязвимое место дракона? Не хватит времени. Так куда же его рубить?

Крылья!

Это было словно вдохновение свыше. В самом деле, чем для них опасен дракон? Своей подвижностью. Стоит повредить ему хотя бы одно крыло, и погони можно не опасаться. А крыло… крыло он уж как-нибудь достанет.

Как раз в этот момент, сделав еще один выпад в сторону мечущегося у него перед мордой Велиата, дракон на мгновение замер, словно прислушиваясь, пытаясь определить, где находится ослепивший его враг. Воспользовавшись этим, Даниил подскочил к дракону и с размаху рубанул его крыло.

Ощущение было таким, словно он попал по листу резины. Однако лезвие меча пронзило крыло насквозь. Даниил еще умудрился каким-то чудом выдернуть меч, а отпрыгнуть уже не успел. Отчаянно завизжав, дракон ударил крылом, и самый кончик его вскользь хлестнул мага по плечу.

В результате в четвертый раз рухнул на песок, да не только рухнул, а еще и прокатился по нему шагов пять. Дракон верещал так, что казалось, где-то поблизости одновременно режут сотни полторы поросят.

Немного полежав, Даниил все же сел и, поглядев на меч, который все еще сжимал в руке, удивился, каким это чудом он не напоролся на него во время падения. Встав, он воткнул меч в песок, потом внимательно ощупал плечо и, поморщившись, стал неторопливо, методично отряхивать свою одежду.

Велиат, очевидно, наконец-то решивший, что пытаться добраться до глаз дракона слишком рискованно, к этому времени уже стоял рядом. Вид у него теперь был вполне обычный. Никаких защитных пластин, а также сверхдлинных ног и рук.

— Как плечо? — встревоженно спросил он.

— Синяк будет, — пробормотал Даниил. — Хороший синяк.

— Кости не сломаны?

— Вроде нет.

— Это неплохо, — с облегчением промолвил Велиат.

Даниил попытался было прикинуть, какое наказание грозит его телохранителю, если он допустит, чтобы его подопечный покалечился. Впрочем, для подобных размышлений сейчас было не место и не время.

Дракон верещал. Правда, уже несколько тише.

— А с ним как? — спросил Велиат, кивнув в сторону рептилии.

— Что-нибудь еще мы ему вряд ли сумеем сделать, — ответил Даниил. — Не пора ли нам уносить отсюда ноги?

— Наверное, пора. Будем надеяться, пробитого крыла будет достаточно, чтобы это создание оставило нас в покое.

— Будем, — согласился Даниил. — Возможно, так и произойдет. Хотя драконы, как правило, восстанавливают поврежденные органы достаточно быстро.

— Еще один повод поторопиться.

— Безусловно.

Сунув меч в ножны, Даниил пошел к дороге. Велиат следовал за ним. После того как они выбрались на дорогу и быстрым шагом двинулись к туманной стене, Даниил сказал:

— Ты, похоже, с драконами столкнулся тоже в первый раз?

— Точно. Не приходилось, — признался Велиат. — Самое главное, не знаешь, куда его бить. Вроде бы защищено все, кроме крыльев и глаз. Ну, крыльями-то меня порвать у него силы не хватит, а в глаза попасть — надо еще суметь. Ты здорово подсказал этот фокус с песком.

— Ничего особенного в нем нет. Классический, так сказать, фокус. А раз ты до сих пор не сталкивался с драконами, значит, и с магами тебе не приходилось иметь дела. Я прав?

Велиат хмыкнул:

— Может, снова поиграем в вопросы и ответы?

— А зачем? — ответил Даниил. — Не вижу смысла. Я теперь знаю, что ты метаморф. Кто именно тебя послал меня охранять, ты мне ни при каких условиях не скажешь. Что еще осталось?

Велиат покрутил головой.

— Наверное, ты прав. А жаль.

— Жаль, — согласился Даниил. — Так было идти веселее. Кстати, есть еще один вопрос, который меня интересует.

— Какой?

— Велиат и в самом деле твое настоящее имя?

— Зачем тебе это?

— Собственно, разницы большой нет. Просто хотелось бы называть тебя настоящим именем. Но если это тайна, то можешь его не говорить.

— Я предпочитаю, чтобы меня называли Безымянным, — немного подумав, заявил Велиат.

Даниил подумал, что в этот раз он скорее всего не врет. Безымянный — вполне логичное имя для метаморфа.

Гм… метаморф… приходилось ему слышать о таких созданиях. Вот увидеть ни одного так и не удалось. До этого момента.

Метаморф. Интересно, что ощущает тот, кто в любой момент по собственному желанию может слепить из своего тела все что угодно? Какими он воспринимает других людей? Как уродцев, неспособных на самые элементарные вещи? А может, его постоянно угнетает ощущение, что он отличается от других людей? Возможно, единственное, о чем он частенько мечтает, — это стать таким же, как все?

Даниил ухмыльнулся.

Ну, он и хватил. Стать таким, как все. Да зачем это метаморфу нужно?

Променять свободу своего изменяемого тела на тюрьму вечно стабильной плоти, которой доступна единственная и неизбежная метаморфоза — старение и увядание? Вряд ли Безымянный способен на такую глупость. А если бы ему это даже пришло в голову, то каким образом он может это сделать?