Трое из леса - Юрий Никитин

Волхв горячился, его бледные щеки покрылись горячечнымрумянцем. Таргитай слушал его, раскрыв рот.

— Погоди, — прервал Мрак. — Слов много, асути нет. Что предлагаешь?

— Мрак, в существовании киммеров таится загадка.Царство, основанное на грабеже, не может существовать по воле богов. Боги либоспят без задних ног, либо посылают нам испытание. Мрак, у тебя чутье! Народ неохотится, как мы, не пашет землю и не растит хлеб, как поляне, не живет ловлейрыбы, как дряговичи… Это недосмотр богов!

Мрак засмеялся, запрокидывая голову. Его зубы блеснули какугроза небу:

— Берешься исправлять?

Олег ответил очень серьезно:

— Боги ничего не делают сами. Только руками людей. А мыне люди?

Внезапно подул ветер. С востока неслись тяжелые тучи. Краягрозно загибались, словно тучи выставили крутые лбы. В темных недрах пока ещеслабо поблескивали молнии. Олег беспокойно огляделся, но степь была голая, акустарник мелковат, заяц не схоронится под такими ветками.

Мрак сказал с отвращением:

— Перестань ежиться! С каганом собрался воевать, адождя боишься. Хоть Род сотворил нас из земли, но не размокаем же!

Гроза налетела внезапно. Вдали в Степи встала исполинскаясерая стена от земли до небес, перегородив мир, эта стена быстро двинулась кневрам. Ковыль почти лег в страхе, а сверху обрушилась ледяная вода.

Мрак сидел на куче хвороста. Ливень бил в землю с такойсилой, что фонтанчики грязи подскакивали и шлепались ему на грудь, плечи,неистовые струи тут же все смывали. Угли зашипели, поднялся пар, черныеголовешки раскатило ветром.

— Затаптывать не надо, — проговорил Мрак. —Таргитай, крылатый конь, вернись на землю. Когда герои кощун шли побивать Змея,им помогали толпы волхвов, посильнее нашего Олега. В баклажках плескалась живаяи мертвая вода, на случай промашки… Без нее наши головы не прирастут. Герои шлине зазря! У одного Змей бабу унес, у другого царский трон отобрал, для третьегоприманкой сокровища Змея.

Олег не утерпел, вскочил. Под ним растекалась лужа, Мракнахально и намекающе ухмылялся. Таргитай тоже ерзал, втягивал голову в плечи:ледяная вода сбегала по волосам.

— Мы не герои, — ответил он сердито. — Мыизгои. Теперь у нас нет своего племени! Значит, все люди — наше племя. А вовсем племени мы должны помогать слабым, а лютого — по башке! Разве не так?

Над головой с треском раскалывалась небесная твердь, водахлестала через все щели. Молнии вспыхивали ослепляющие. Ветвистые столбы белогоогня на короткие мгновения соединяли небо с землей.

Мрак присмотрелся, внезапно гаркнул:

— На землю!

Он сам повалился ничком, раскинув руки. Таргитай не понял,но лег рядом, стараясь забросить на хворост хотя бы ноги. Другая половина теласразу же оказалась в воде. Крупные капли били в землю с прежней мощью, грязьбрызгала выше головы. Донесся искаженный шумом дождя голос Олега:

— Не поднимайтесь! Боги не любят, когда кто-то из людейстоит гордо, не выказывает почтения…

Мрак пробурчал негромко, но Таргитай лежал вплотную,услышал:

— Боги с дури бесятся… В Лесу по деревьям лупят, повысоким — в особенности. В Степи видел в прошлую грозу, как молнией дикого коняубило. Конь чем виноват? Звери свободны от греха.

Рядом грохнуло страшно, зашипело. Оглушенный Таргитай увиделперед собой столб пара, ударила волна опаляющего жара. Он откатился,ослепленный и оглушенный. Пахло горелым мясом. Тяжелые струи лупили по затылку,спине, но вода, в которой очутился, была почти горячей.

Снова полыхнуло, потом страшный треск, рев и грохот началиудаляться. Таргитай пугливо приподнял голову. В трех шагах еще поднимался пар,в земле чернела оплавленная дыра, из нее несло гарью. В глубине мелькнулокрасное, словно там прятались раскаленные угли. Вдруг стена падающей водыистончилась, сквозь нее уже виднелась Степь, дрожащая трава, что припала кмокрой земле, стойкие кусты с их растопыренными ветвями.

Мрак уже сидел, задумчиво глядя вслед удаляющейся туче.Волчья шерсть прилипла, и оборотень с его крупными, блестящими под дождемплечами казался гладко обкатанным водой валуном.

— Не попало, — проговорил онудовлетворенно. — Знай, лося бьют осенью, а дурней — всегда. Но непоцелили! Значит, и боги промахиваются. Невр, бывает, попадает в небо, а боги,выходит, попали… ха-ха!.. в землю. Сам видел, как огненная стрела в землю ушла.

Дождь быстро редел, потом оборвался внезапно, и стена дождяпошла дальше, очищая Степь от пыли, комаров, прибивая к земле слепней. Олеготорвал щеку от земли, приподнял голову. Он был в грязи, мертвых стеблях травы,корешках. Мрак ухмыльнулся:

— Вон Тарх чистый, как медведь под дождем, а ты… А ещеволхв! Помойся в ручье… Правда, туда сейчас нанесло грязи. Тарх, а ты в самомделе готов потягаться со всем киммерийским каганатом?

— Готов, — сердито ответил Таргитай. Он пугливокосился на лужу, что возникла на месте черной оплавленной дыры в земле. Видать,стрела ударила с такой силой, что пробила вглубь на несколько саженей, дажеоперения не видно. Но в самом ли деле кто-то из богов, сидя на небесах, целилсяв него, Таргитая?

— Волхв тоже готов, — засмеялся Мрак. —Дурачье вы! С каганом воевать. Степняков больше, чем муравьев. Но муравьи нетолько кусают, но и работают, а степняки только убивают и грабят. Когда онискачут, земля стонет под копытами их коней, как говорил Степан… Эх, Ящер ихзабери со всем каганатом!

От ручья вернулся мокрый, как упырь, Олег. С него бежало втри ручья, за ним растекалась широкая лужа. Ухмылка Мрака стала шире. Олегспросил с надрывом:

— Что с нами творится?

Таргитай всполошился:

— Что с тобой?

— Да не со мной, — вымолвил Олег с мукой. Ондосадливо отстранил руки дурака. — С нами всеми!.. Ведь видим же, чтокиммеры несокрушимы! Что не нам им сломать рога. Но все равно лезем, лезем нарожон!

Мрак смотрел на него внимательно:

— Еще не лезем. Можем отказаться.

— Не можем, — простонал Олег. — Не можем, вэтом наша беда. Не потому ли пращуры поглубже в Лес забрались? Перед человекомвсегда стоит роковой выбор: сила или совесть. Но человек в своем выборе неволен! Не во-лен… За него всегда решает какая-то странная сила… Мы, невры, неможем выбрать силу, в этом наше вековое проклятье!

Он сел прямо в грязь, сжал ладонями голову, закачался, какот жгучей боли. Лицо волхва дергалось, словно предвидел страшное.

Мрак разулся, вылил воду из сапог. Таргитай упал на спину,подрыгал ногами, и вода выбежала из голенищ. Мрак покачал головой, но смолчал.Лодырь, конечно, но уже не совсем дурак — брякнулся все же на хворост, чтобы невывозиться в грязи.