Мефодий Буслаев. Светлые крылья для темного стража - Дмитрий Емец

– Не смешно. Мне нужна твоя помощь. Я должна найтиодного человека… У некромагов есть такой дар? – спросила Ирка, спешаминовать опасную тему.

Губы Багрова шевельнулись уклончиво и недовольно.

– Понятия не имею, что есть и чего нет у некромагов. Яученик волхва…

– А я наглая девица с копьем!

Багров усмехнулся.

– Вот и познакомились! Ладно, что за человек? Он хотябы жив? – уточнил Багров.

– Это я и хочу узнать. И вообще что-то о его судьбе.

Матвей задумчиво кивнул.

– Ничего не обещаю. Фотография? Описание? Что-нибудьесть?

С небрежностью слишком расслабленной, чтобы можно былоповерить в ее искренность, Ирка сунула ему выпрошенный у Гелаты снимок. Густыеброви Багрова дрогнули.

– Не знал, что ты любишь фотографироваться втеатральных костюмах. Но вообще тебе идет! – сказал он будто небрежно, носо скрытой нежностью.

– Это не она! – наябедничал Антигон, высвободившийсвою котлообразную голову из проломленной лодки.

Его шевелюра, густая на висках и редкая сверху, сапельсиновым блеском макушки, восторженно вздыбилась. Багров недоверчивопокосился на кикимора, затем перевел глаза на Ирку.

– Шуточки шутим?

Ирка молчала. Багров выдернул снимок у нее из пальцев.Дважды он вскидывал глаза на Ирку и вновь переводил их на фотографию.

– Если это правда, то сходство ошеломительное! У нее непросто твои глаза, но и твой взгляд!

– Какой еще «мой»? – Ирка попыталась замаскироватьинтерес недовольным голосом.

– Ну смотри: исподлобья, немного недоверчивый. Таксмотрит совсем маленький, еще не говорящий ребенок на незнакомого человека.Смотрит, а сам словно спрашивает: ты друг или враг? Он готов и заплакать, иулыбнуться – в зависимости от того, как себя с ним поведут.

Ирке внезапно захотелось двинуть Багрова веслом. Оглушитьего, чтобы он ничего не помнил, а потом поцеловать. Она поспешно прогналадурацкие мысли. Нет, не стоило так долго смотреть на спящего некромага.

– Теперь понятно, почему другие валькирии мне недоверяют. Они считают, что я, как и та, другая, способна на непредсказуемыепоступки, – сказала Ирка.

– На непредсказуемые поступки? А что конкретно онасделала? – заинтересовался Багров.

«Влюбилась в стража мрака, да так, что приняла его проклятиевначале на свое копье, а потом на себя!» – хотела сказать Ирка, но раздумала.

– Точно не помню. Глупость какую-то, – сухоответила она.

Багров осторожно положил снимок на край лодки.

– Странно, что вы так похожи. А та валькирия, откоторой ты получила копье, была такой же? – спросил он, поворачиваясь кАнтигону.

Кикимор замотал головой.

– Ничего общего.

– А до нее?

Антигон снова замотал головой. В его выпуклых глазах стоялапечаль. Ирка знала, что он любит и помнит всех своих прежних хозяек.

– Тогда почему предыдущая валькирия нашла именноИрку? – спросил Багров.

– Это во многом выбор шлема и копья. Конечно, ивалькирия тоже принимает решение, но их выбор должен совпасть, – пояснилкикимор.

– Прошло столько лет, и круг замкнулся, –задумчиво произнес Багров.

– Что ты этим хочешь сказать? – настороженноспросила Ирка.

– Ничего. Странно, что копье вновь нашло себе такую жехозяйку.

– Ты можешь узнать, что стало с той валькирией?

– Сколько лет назад она жила?

– Около пятисот. Ровно пятьсот, – сказала Ирка,вспоминая пророчество.

Багров медленно покачал головой.

– Боюсь, что нет. Слишком много времени прошло. Чтобынайти человека, который жил так давно, нужно всполошить столько древних духов,что мы с ними никогда не расплатимся. Духи, видишь ли, равнодушны ко всему,кроме эйдосов и крови… Плату же они требуют чудовищно назойливо. В большинствеслучаев даже вперед, хотя иногда и соглашаются подождать, – сказал Матвей.

– Получается, тупик?

Багров облизал губы.

– Есть, правда, промежуточный выход. Я могупосоветовать, как тебе перенестись туда, где валькирия сейчас. Только едва лиспособ тебе понравится, – добавил он неуверенно.

– И что за способ?

– Представь валькирию – метни в нее копье. Копьепопадет в цель, где бы она ни находилась, а сама перенесись к копью. Ты жеможешь перенестись к собственному копью? – спросил Багров.

Ирка уставилась на Матвея как на больного. Нет, психическинормальных некромагов не бывает. Дар некромагии подпитывается мраком и ни прикаких условиях не может служить свету. Существуют «темные» некромаги инекромаги, пока не осознающие, что дает им силу. Пусть даже они совершаютотдельные добрые дела. В их сознании уже сидит страшная инфекция всемогущества.Человек то, чем он занимается. Нельзя долго забивать головой человека гвозди, апосле удивляться, почему голова стала похожей на молоток.

– Ты это серьезно? – спросила Ирка тихо.

– Да. А чго такого? – удивился Матвей.

– Но я же убью ее!

– Не убьешь, потому что она, вероятно, мертва. Скореевсего, копье воткнется в могилу. И не надо смотреть на меня, как насумасшедшего. Я же говорил, что способ тебе не понравится. Все, забыли!

Вид у Багрова был недовольный, и Ирка поняла: он сожалеет,что вообще упомянул об этом способе.

– Погоди! Копье я, конечно, бросать не буду, новсе-таки что-то в этом есть. А если я попытаюсь перенести не копье, ашлем? – осторожно спросила Ирка.

– Ты хочешь бросить в валькирию шлемом? – сиронией полюбопытствовал Багров.

– Зачем «бросить»? Я сказала «перенести». Шлем знаетсвою прежнюю хозяйку ничуть не хуже. Правда, гарантии, что получится, нет, ностоит попробовать.

Не слушая возражений Багрова, Ирка вызвала шлем. Вот и он –серебристый, крылатый, со стреловидным выступом, защищающим лоб и верхнюю частьпереносицы. Надев его на руку, Ирка провела ладонью по прохладной поверхности,пытаясь мысленно передать, чего она от него хочет. Шлем едва заметно потеплел.