Интриги темного мира - Вера Чиркова

Дух, имевший правило, прежде чем выбросить незваного гостя из своего мира, выяснять его намерения и характер, подождал несколько часов и принялся искать возможность, как посмотреть на того, кто так нахально игнорирует его вопросы. И нашел. Он умеет стать тоньше волоска, вот и проник в одну из крошечных дырочек, которые высверлили в камере, чтобы я не задохнулся. И именно он меня спас. И спасал потом тысячи раз – от гнева, от отчаяния, от апатии и скуки. Он прочел десятки книг, которые отобрал у магов и колдунов, приходящих в этот мир, и рассказывал их мне, даже не понимая смысла. А я учил заклинания, и потом, сидя в одной половине камеры под защитой его щитов, испытывал их в оставшемся закутке. Он придумывал и создавал для меня сладости и вино, рассказывал сказки и пел песни…

Прости, Берди, но за эти годы ты стал называть своим совершенно чужой мне мир, а для меня родным стал этот. Я готов встречаться с вами… иногда, если эта смелая девочка откроет вам дверь, но сам я никуда не пойду. Сначала обойду все его любимые места – посижу в беседке, которую он построил для меня на вершине горы, поплаваю в море, которое видно с этого крыльца… Много чего еще я мечтал сделать, когда сидел в тесном сундуке.

Маги и эвины слушали его молча, не пытаясь спорить или переубеждать. Все понимали, что он в сотни раз больше, чем кто-либо из них, имеет право жить так, как хочет, не оглядываясь на беды и нужды бывших сородичей. Он за эти долгие годы настолько привык к одиночеству и обществу друга, что стал, по сути, уже не человеком – точнее, отшельником, не нуждающимся в обществе остальных людей.

И вовсе не ради шутки он показал присутствующим сначала свой второй облик – беспомощного старичка калеки, каковым он, возможно, и стал бы без помощи духа. Чтобы никто не обольщался его юным лицом и стройной фигурой, помнили, и сколько ему лет, и сколько страданий он перенес.

Мне было уже предельно ясно, что на особую помощь с его стороны нам надеяться нечего, но вертелись в памяти слова об исполнении желаний. И я почему-то не сомневалась, что Ленди предложит духу исполнить желание… вот только чье? Скорее всего, мое, так подсказывает логика, если только он не начнет хитрить и не объявит, что, выдав мне кусок жареного гуся, уже оплатил все долги. И ведь даже не поспоришь с ним. Но вот на тот случай, если маг все же расщедрится, нужно быть готовой и не продешевить, как герой известной байки. И я начала думать, чего именно мне самой хочется в первую очередь, а чего во вторую. И как связать заботы мира с моими собственными желаниями и не забыть про всех остальных, кому нужно обязательно помочь. Ох, боюсь, выполнить все это будет не под силу даже могущественному духу. Но одно мне ясно уже сейчас: распыляться и требовать кучку мелких желаний, или каждому свое – глупо. Нужно попытаться сделать так, чтобы он исполнил все желания для кого-то одного. С правом передачи… на всякий случай.

– Таресса! – окликнул меня хозяин дома, и по притихшим лицам сидящих за столом я поняла, что, полностью уйдя в свои мысли, немного выпала из общей темы… или много?

– Да?

– Что такое ты так усердно обдумываешь, если даже не услышала моего предложения?

– А было предложение? – удивилась я и оглянулась на Дэса.

Мой муж сидел с непроницаемым лицом, но по резко обозначившимся скулам я сразу поняла, что ему это предложение совершенно не понравилось. Тогда о чем разговор?

– Я предложил вам несколько дней погостить тут, в этом доме, а если ты захочешь, дух построит его рядом с морем.

– Спасибо, Ленди, но извини, – стараясь не думать про море и теплый песочек, любезно улыбнулась магу, и вдруг светлая идея путеводной звездой вспыхнула в моем мозгу. – Несколько дней мы никак не сможем, а вот на несколько часов задержались бы с удовольствием, чтоб обсудить без помех свои проблемы.

– Ты не поняла, – хмуро глянул на меня сидевший с другой стороны Найк, – речь шла о том, чтобы вы остались тут после того, как мы все уйдем.

– Отлично поняла, – притворно обиделась я, спешно ища способ перевернуть ситуацию, – просто предложила оптимальный вариант. Ведь нескольких гостей два часа легче вытерпеть, чем двоих – несколько дней?

Ох, как они все на меня уставились! Похоже, здесь еще не слышали о проблеме, с которой сталкивался в моем мире почти каждый горожанин. Хотя, конечно, с их дворцами и парками, которые называются садиками, вполне может быть, это вовсе не проблема.

– Пожалуйста, обсуждайте, – усмехнулся маг, – я никого не выгоняю. Просто почувствовал, что кое-кто встревожен и торопится, вот и предложил.

– Так они потому торопятся, что я их вырвала из дома внезапно, – сообразила я. – А у каждого жены и дети, вот и хотели бы поскорее успокоить.

– Но могли бы сами сказать, – сухо обронил Ленди.

Черт, мне кажется, или он слегка обижен на своих сородичей за их сдержанность? Или даже не слегка? А о том, что они сейчас даже понять не могут, чего от него ждать, он не задумался? Или не видит, как сгруппировались воины вокруг магов? Практика совместного боя у них за эти шесть десятилетий отработана до деталей.

А может, как раз все замечает и слышит их тревогу, потому и рассердился?

– Ленди, – нахально спросила я хозяина, не обращая внимания на предупреждающий взгляд Викториса и крепче прижавшие меня руки мужа, – можно я им расскажу, что твой дух вовсе не злой?

– Ты умудрилась сказать это и без разрешения, – усмехнулся маг. Он обвел нашу компанию заинтересованным взглядом: – Только почему ты думаешь, что они тебе поверят?

– Она не врет… в серьезных вопросах, – строго сказал Бердинар. – И этим спасла нас от большой беды. И потому я верю, что сейчас она говорит правду.

– Черт, Берди, – почти всерьез обиделась я, – а когда я врала в несерьезных вопросах? Когда ты пытался меня достать? Так это было не вранье, а военная хитрость. И давайте уже переходите к делу, пока у нас есть время и возможность все обсудить. Или откроем сначала окно и предупредим родственников?

– Не нужно, – оглянувшись на молчащего брата, хмуро сказал повелитель. – Все знают, что так увести нас могла только ты, и не станут волноваться слишком сильно. К тому же на днях женился Сандис, его жена из белых дев, и она может предчувствовать беду. Часа три или четыре назад она заволновалась и сказала, что с тобой произошло что-то нехорошее, потому мы и собрались так срочно.

– А Сандис у нас кто? – задумчиво перебирала я в памяти похожие лица блондинов. Нет, вроде не знаю такого.

– Это я, – улыбнулся один из эвинов, и вот теперь я его вспомнила.

– А, так это ты был с нами в белом мире! Прости, имени твоего мне тогда не сказали, – обрадовалась я, и он засиял, улыбнувшись в ответ. – Поздравляю, будьте счастливы! Так точно не будем никого предупреждать? Ну, как хотите. Тогда давайте решать, отдаем меня темным колдунам или нет?

– С ума сошла? – прикрикнул на меня свекор. – Ничего лучше не могла придумать?

– А что это ты на нее так орешь? – сразу озверел Найкарт и уставился на колдуна с ненавистью.