Кровь эльфов - Анджей Сапковский

– Мое дело, что я намерен… Не вмешивайся, не тослучится пограничный инцидент. Они плывут под темерским флагом.

– Трахал я их флаг. – Таможенник передвинул кордпоудобнее, протер рукавом эмалированную пластинку на груди с изображением орлана красном поле. – Если я на палубе и занят досмотром, значит, здесьРедания. Я не позволю…

– Ольсен, – схватил его за рукав ведьмак, –не вмешивайся, прошу тебя. Того, обожженного, на баркасе нет. А мне необходимознать, кто он таков и чего хочет. Мне необходимо с ним встретиться.

– Хочешь, чтоб в колодки заковали? Не дури! Если этоличные счеты, месть по частному поручению, то сразу же за островом, на Глубине,полетишь за борт с якорем на шее. Встретишься с раками на дне!

– Это темерская стража, не бандиты!

– Да? Ты только глянь на их морды! Впрочем, я мигомузнаю, кто они такие в натуре. Увидишь.

Баркас быстро подошел и пристал к борту барки. Один изстражников бросил канат, другой зацепил релинг багром.

– Я шкипер! – Гладыш загородил дорогу тремзапрыгнувшим на палубу людям. – Это судно Компании Малатиуса и Грока! Вчем дело…

Один из людей, коренастый и лысый, бесцеремонно оттолкнулего рукой, толстой, как ветвь дуба.

– Некий Геральт, именуемый Геральтом из Ривии, –загремел он, измеряя шкипера взглядом. – Есть таковой на борту?

– Нету.

– Это я. – Ведьмак переступил через сумки и тюки,подошел. – Это я Геральт, именуемый Геральтом. В чем дело?

– Именем закона вы арестованы. – Лысый окинулвзглядом толпу пассажиров. – Где девчонка?

– Я один.

– Брешешь!

– Минутку, минутку. – Из-за спины ведьмака вышелОльсен, положил руку ему на плечо. – Спокойнее, без крика. Опоздали,темерцы. Он уже арестован, и тоже именем закона. Я схватил. За контрабанду. Всоответствии с приказом забираю его в кордегардию в Оксенфурте.

– Вон как? – поморщился лысый. – А девчонка?

– Здесь нет и не было никакой девчонки.

Стражники растерянно переглянулись. Ольсен широко улыбнулся,подкрутил черные усы, фыркнул.

– Знаете, что мы сделаем? Плывите с нами до Оксенфурта.Мы с вами – люди простые, где уж нам разбираться в законах? А комендантоксенфуртской кордегардии – человек неглупый и бывалый, он нас рассудит. Ведьвы знаете нашего коменданта, а? Он, к примеру, вашего, из Бухты, прекрасно знает.Выложите ему ваше дело… Покажете приказ и печати… У вас же, как положено, естьприказ с печатями?

Лысый молчал, угрюмо глядя на таможенника. Наконец бросил:

– Нет у меня ни времени, ни желания плыть в Оксенфурт!Забираю пташку на наш берег, и вся недолга! Стран, Витек! А ну осмотрите барку!Отыщите девку, мигом!

– Тихо. Помаленьку. – Ольсен, не обращая вниманияна крик, цедил слова медленно и четко. – Вы на реданской стороне Дельты,темерцы. Нет ли у вас чего для досмотра? Иль какой контрабанды? Сейчас проверим.Поищем. А чего найдем, так придется вам потопать в Оксенфурт. А мы, ежелихотим, завсегда чего-нито найдем. Парни! Ко мне!

– Мой папка, – неожиданно пропищал Эверетт,неведомо когда появившийся рядом с лысым, – рыцарь! У него нож ещепобольше!

Лысый мгновенно хватил паренька за бобровый воротник, поднялнад палубой, сорвал шапчонку с перышком. Перехватил его в поясе рукой,приставил мальчонке к горлу охотничий нож.

– Назад! – рявкнул он. – Назад! Перережуглотку сопляку!!!

– Эвере-е-етт! – взвыла матрона.

– Любопытные методы, – медленно проговорилведьмак, – применяет темерская стража. Воистину, настолько любопытные, чтопрямо-таки верить не хочется, что это действительно пограничная стража.

– Заткнись! – взвился лысый, тряся визжащего какпоросенок Эверетта. – Стран, Витек, хватайте его! В путы и на баркас. А вы– назад! Где девчонка, спрашиваю? Давай ее сюда, а то прирежу говнюка!

– Давай режь, – процедил Ольсен, вытаскивая корд иподавая знак своим таможенникам. – Мой он, что ли? А когда уж прирежешь,поболтаем.

– Не лезь! – Геральт кинул меч на палубу, жестомудержал таможенников и матросов Гладыша. – Я твой, господин лжестражник.Отпусти ребенка.

– На баркас! – Лысый, не отпуская Эверетта,попятился к борту, ухватился за канат. – Витек, вяжи его! А вы все –назад! Если кто пошевелится, щенок сдохнет!

– Ты спятил, Геральт? – буркнул Ольсен.

– Не вмешивайся!

– Эвере-е-етт!

Темерский баркас вдруг покачнулся, отскочил от барки. Водавзбурлила, и из нее с громким плеском выскочили две длинные зеленые шершавыелапы, усеянные шипами, словно конечности богомола. Лапы схватили стражника сгарпуном и мгновенно утащили под воду. Лысый дико завыл, отпустил Эверетта ивцепился в канаты, свисающие с борта баркаса. Эверетт свалился в воду, котораяуже успела покраснеть. Все – и на барке, и на баркасе – принялись кричать каксумасшедшие.

Геральт вырвался из рук пытавшихся связать его стражников.Одного ударил кулаком в подбородок и выкинул за борт. Второй замахнулся на негожелезным крюком, но обмяк в объятиях Ольсена. Под ребра ему по рукоять былвсажен корд.

Ведьмак перемахнул через низкий релинг. Не успела еще густаяот водорослей вода сомкнуться у него над головой, как он услышал крик ЛинусаПитта, преподавателя естественной истории в Оксенфуртской академии, магистрабакалавра:

– Что это? Что за вид? Таких животных нет и быть неможет!!!

Геральт нырнул у самого борта темерского баркаса, чудомизбежав удара острогой, которой его пытался ткнуть один из людей лысого.Стражник собрался было ударить снова, но свалился в воду со стрелой в горле.Геральт схватил упущенную острогу, оттолкнулся ногами от борта, кинулся вклубящуюся круговерть, с размаха ткнул во что-то, надеясь, что это не Эверетт.

– Невероятно! – слышал он крик бакалавра. –Такое животное существовать не может! Во всяком случае, не должно!

«Полностью согласен с последним утверждением», –подумал ведьмак, тыча острогой в твердый, усеянный шипами панцирь жагницы. Труптемерского стражника бессильно подергивался в серповидных челюстях чудовища.Жагница резко взмахнула плоским хвостом, нырнула на дно, вздымая тучи ила.