Мое проклятие. Право на счастье - Алиса Ардова

Крохотная искорка жарко полыхнула и понеслась ко мне, стремительно превращаясь в ослепительно сверкающую белую звезду. Послышались изумленные восклицания. Затаив дыхание, боясь опять разочароваться, открыла глаза и от неожиданности отшатнулась. Рядом со мной, недоуменно озираясь, стоял Теомер.

Это что, и есть мой второй связанный?

Наследнику понадобилась лишь пара секунд, чтобы оценить ситуацию, и в воздух взмыли гранитные глыбы, добавляя к истончившейся завесе мощную каменную преграду. Вовремя. Вольпен согнулся, хрипло закашлялся и упал на скальные плиты.

Бросилась к нему. Нащупала соединяющую нас нить и поразилась: она словно выцвела, поблекла и уже не блестела, как прежде. Почти не соображая, что делаю, действуя по какому-то наитию, сосредоточилась и стала потихоньку вливать в Венна силу. И тут же от меня к мэтру потянулся тоненький золотистый ручеек, исцеляя, поддерживая угасающую жизнь.

Опустила голову, почувствовав внезапную слабость. Сильные уверенные руки тут же подхватили меня, бережно поддерживая, а через мгновение изнутри словно омыло волной — мягкой, прохладной и чистой. Теомер щедро делился со мной своей энергией.

— Хьяррэ! — прокатился над скалами низкий громоподобный рокот. — Достойны.

Яркий сполох — и ограждавшие нас от преследователей щиты лопнули, осыпавшись бесполезной пылью.

Еще одна вспышка — и нападавшие, не успев воспользоваться внезапно появившимся преимуществом, беспомощно застыли на месте.

Последний, самый яростный всплеск света — и бездонная пропасть, на краю которой мы находились, исчезла, затянувшись плотным разноцветным маревом. Туда, в непроницаемую мерцающую мглу, вела, постепенно скрываясь из виду, широкая мраморная лестница.

Кажется, нам пора.

Подождала, пока Теомер поможет подняться пришедшему в себя Вольпену, и первая шагнула вперед. В неизвестное будущее, окутанное густым туманом. Причем не только в переносном, но и в буквальном смысле этого слова.

За спиной слабел свист ветра, улеглась недавно начавшаяся метель. Постепенно стихли все звуки, слышны были только тяжелые шаги моих спутников. Казалось, ничто не может нарушить воцарившуюся непривычную благостную тишину. Тем неожиданней оказался ударивший в спину громкий, полный отчаянья и звериной боли крик:

— Эо, нет! Куда ты? Вернись…

* * *

Я стояла у окна и неотрывно смотрела на берущий начало прямо у стен бескрайний луг, весь золотой от множества крупных желтых цветов, на узкую ленту реки, поблескивающую в лучах жаркого солнца, и склонившиеся над ней серебристые ивы. Завораживающее зрелище.

Хотелось любоваться бесконечно. Особенно если забыть о том, что на перевале Онтир, да и вообще в Альских горах, подобного просто не могло быть. Где метели, пронизывающий ветер, постоянный холод, ледяные дожди? Где, собственно, сами горы или скалы, хоть отдаленно их напоминающие? Ничего…

Сжала зубы, до боли впиваясь пальцами в подоконник.

Вот мы и добрались до Сердца Ночи, но ни одного ответа так и не нашли. Вопросы же только множились, причем с поистине угрожающей скоростью.

Во-первых, я до сих пор не поняла, куда мы попали.

Узкий длинный коридор, в котором мы очутились, выйдя из тумана, на храм походил мало. Высокий потолок, магические светильники по стенам, ряд одинаковых дверей по обеим сторонам и деревянная лестница посередине. Это больше напоминало гостевой дом, приют для паломников, толпами стекавшихся когда-то в Сэйти Аэрэ. Пока мы с Теомером недоуменно озирались, Вольпен обследовал все вокруг и вернулся с известием, что из имеющихся дверей открыты только пять, на остальных стоит непонятная, но очень мощная защита. Проход на другие этажи перекрыт тем же неизвестным заклинанием.

Создавалось впечатление, что нас поместили в своеобразный карантин, как говорится, «до выяснения всех обстоятельств». И отпускать пока не собираются.

Замуровали, демоны.

Вторым поводом для беспокойства был Теомер.

Он ведь саэр — тут даже смешно сомневаться. Старший сын главы высшего рода, дваждырожденный, официальный наследник, признанный и принятый стихией Земли. Какие еще требуются доказательства?

Но тогда почему именно он оказался моим вторым связанным? Высокородные же не способны принять Зов? Или все-таки способны?! И услышать, и откликнуться, и перенестись в считаные мгновения из конца в конец Эргора. И неожиданно для самого себя оказаться в одной команде с девицей с неясными жизненными перспективами и магом-бунтарем.

Что нам известно о тех, кто в древности входил в личный круг старших жриц? Мне-то уж точно ничего. Вольпену — немногим больше. Смутные описания ритуала, почерпнутые из старых книг, слухи, легенды, невероятные истории, которыми так любили делиться друг с другом юные одаренные в дортуарах башен перед сном. И только.

На все расспросы мэтр лишь беспомощно пожимал плечами. До сегодняшнего дня ему даже в голову не приходило, что связанным может стать не маг, а саэр.

Что же касается Теомера…

Бледный, взъерошенный, полуодетый — судя по всему, призыв оторвал его от утренних сборов — он тем не менее проявил чудеса выдержки и хладнокровия, как и полагается отпрыску великого рода. Мрачно, но очень внимательно выслушал мои сбивчивые оправдания, дождался, пока Венн дополнит рассказ собственными предположениями, помолчал, заявил, что ему необходимо побыть одному, и исчез в соседней комнате.

«Знание — защита от любой неожиданности», — назидательно выдал дневник, когда, надеясь получить хоть какие-то объяснения, мы достали его из сумки после ухода наследника. Неторопливо перелистал несколько страниц и расщедрился еще на один афоризм: «Если ты чего-то не видел, глупо считать, что этого вообще не существует». После чего дневник посчитал свою миссию выполненной и громко захлопнулся.

Мы с Вольпеном переглянулись, одновременно вздохнули, и он отправился проверять, как обстоят дела с Эонорой.

Красотка Эо… Вот еще забота свалилась нежданно-негаданно. Девица бросилась за нами в портал, когда мы уже практически вышли по эту сторону. Ворвалась, расталкивая всех, и тут же полузадушенно засипела, закатила глаза и осела в глубоком обмороке. Страж по непонятной пока причине пропустил ее в храм, но взамен забрал почти все жизненные силы, и теперь претендентка на мировое господство медленно угасала, не приходя в сознание.

Лечебная магия на нее не действовала, мгновенно соскальзывая с бесчувственного тела. Попытки Теомера хоть как-то облегчить состояние девушки тоже успеха не имели. Но и просто бросить Эонору умирать на каменном полу мы не могли. Посовещались, перенесли воспитанницу Арвита в каморку без окон, заперли там и теперь время от времени заходили проверить, не изменилось ли ее состояние.

Переступила с ноги на ногу. От долгого стояния, тревожных мыслей, густых пьянящих ароматов цветущего луга кружилась голова, и я, шагнув назад, села в стоящее рядом кресло.