Академия Зла. Испытание ведьмой - Ольга Хусаинова

– Это не приворот, лишающий разума. А я не вчера родился, чтобы не уметь себя контролировать. И все-таки настоятельно рекомендую не провоцировать меня своими неосмотрительными репликами. И, кстати, я не соврал. Хотя… – он сделал паузу и хитро улыбнулся.

– Даже не надейтесь! Отпустите и не подходите больше – иначе я буду кричать, царапаться, такими порошками вас обсыплю, что облезете!

– Любопытно на это посмотреть, – задумчиво произнес магистр, разжимая руки. – Но в другой раз.

Я развернулась, намереваясь выпалить целую тираду. И про него, и про родовой артефакт, и про всех василисков в целом, и про вынужденную ночевку, и про…

– Ни слова! – опередил меня василиск и указал на дверь. – И чтобы до утра я вас не видел!

– А…

«Какого хрена вы мне затыкаете рот» я договорить не успела, потому что меня перебил его приказ:

– И не слышал!

– Пф-ф-ф… – возмущенно фыркнула я.

– И вообще никак не ощущал вашего присутствия! – злобно добавил он.

– Так, может, я все-таки домой? – осторожно предложила, пользуясь случаем.

– Нет!

Недовольно поджав губы, подобрала брошенные на диван вещи и гордо прошествовала в ванную.

Снова пришлось воспользоваться его мылом, и я теперь явственно ощущала его аромат на себе.

На цыпочках прокралась к двери в гостиную, пытаясь не издавать лишнего шума слетающими с ног тапочками, и заглянула внутрь.

– В спальню, – не оборачиваясь, скомандовал декан, раскладывая для себя диван.

Где спальня, я тоже прекрасно помнила, но дверью гостиной хлопнула хорошенько, чтобы еще раз выразить свое недовольство.

– Ведьма! – глухо донеслось из-за закрытой двери.

В спальне меня ждала аккуратно расстеленная постель и светлая мужская рубашка с короткими рукавами. Почему-то стало очень приятно подобное внимание, и я с удовольствием переоделась в чужой предмет гардероба, уютно окутавший тело. Уже привычно зарылась в чужое одеяло, устроившись на чужой кровати, и уснула, вдыхая теплый пряный и такой знакомый аромат. И во сне ощущала на себе сильные руки, прижимающие к груди и гладящие по спине, губы, скользящие по коже, ласковые, нежные, невесомые, шепчущие что-то неразборчивое, заставляя замирать на полувздохе… И снова этот запах, обволакивающий, погружающий в себя с головой, дающий незримое присутствие… Теперь я знаю, какова моя личная разновидность кошмарных снов, от которых не остается ощущения кошмара, но и покоя тоже нет…

* * *

Утро для меня началось рано, но неохотно. Бурный вечер, плавно перетекший в не менее бурную ночь, не прошел без следа, и в ванную я потопала на ощупь, не открывая глаз. Будь я у себя дома, ни за что бы не поднялась и проспала бы еще… Не знаю сколько, много бы проспала! Но какая-то истинно женская часть меня требовала встать и что-нибудь приготовить на завтрак.

– Дверь там, – милостиво просветил декан, когда я врезалась в него в коридоре.

– Угу, – автоматически ответила я, пытаясь не открывая глаз обойти препятствие в виде него. Теплые руки мягко сжали мои плечи и направили меня в нужную сторону. Когда я врезалась лбом в дверь, за спиной насмешливо хмыкнули:

– Зомби.

– Угу, – снова ответила я, нащупывая дверную ручку и даже не особо поняв, что он сказал.

– Иди, досыпай, – меня снова обняли за плечи и довели до спальни. – Ведьм я не люблю, но к зомби испытываю еще меньшую симпатию.

– А… – я зевнула в кулак. – А как же завтрак?

– Сам приготовлю, – и втолкнул меня в открывшуюся дверь.

Я сгребла подушку в обнимку и завалилась спать. Только уснуть не получалось. Слова «сам», «василиск» и «завтрак» вертелись в моей голове, не давая покоя, и едва оформились в связную мысль, как сон слетел совсем. Я подскочила на ноги и побежала прямиком на кухню, надеясь, что она еще не горит.

– Ничего не трогайте! – заорала я с порога. От неожиданности декан чуть не уронил заварочный чайник.

– Напомните, почему я до сих пор вас не убил? – поймав его в воздухе и аккуратно поставив на стол, спросил магистр Гадтер.

– Потому что адепты неприкосновенны? – предположила я, с тревогой осматривая кухню.

– Иногда меня это очень расстраивает, – признался он со вздохом.

– А меня совсем наоборот, – ответила откровенностью на откровенность, продолжая блуждать взглядом по сторонам. – Похоже, опоздала, – разглядев шипящую сковородку, выдохнула я и укоризненно покачала головой. – Вы готовили без меня?

– Считаете, что я совсем беспомощен? – рассердился декан. – Представьте себе, я как-то жил все это время без вас и даже не голодал!

– Вспоминая, каким бульоном вы пытались меня накормить, слабо верится… – и вовсе я не пыталась его оскорбить, просто сказала правду.

– Омлет я сделать в состоянии! – его голос опять сорвался на шипение.

– И что, даже посолили?

– Представьте себе!

– И даже не сожгли? – не поверила я.

– Сжечь мне хочется вас, – мрачно ответил он. – На костре. Вместе со всеми капризами, самомнением и длинным бестактным языком.

Вместо ответа я подошла к сковородке, чувствуя на себе его тяжелый взгляд, открыла крышку, приготовившись к разоблачению обмана и подтверждению собственной правоты, а там… И правда омлет. Аппетитный, ароматный, с помидорами и зеленью, а вовсе не черное нечто, которое я ожидала увидеть. Мне стало стыдно, и я так и замерла на месте, держа крышку в одной руке.

Декан подошел, плечом отодвинул меня в сторону и стал раскладывать еду по тарелкам.

– По-хорошему, на голову бы вам эту сковородку надеть, но продукты жалко переводить, – проворчал он. – Садитесь, хватить краснеть и сверлить пол глазами.

– Простите, – сдавленно пискнула я и быстро последовала его приказу.

Вкуснейший омлет пришлось есть в полной тишине, удивительно, что я вообще могла есть, и куски не застревали в горле от смущения.

– У меня есть идея, как можно избавить вас от артефакта, – сказал василиск, первым вдруг нарушив напряженное молчание.

– И как вы хотите это сделать? – заинтересовалась я, поднимая на него взгляд.

– Создать такую ситуацию, в которой он стал бы мне жизненно необходим. Если я потрачу весь свой резерв и окажусь на грани жизни и смерти, есть вероятность, что он перенесется ко мне. Главное, чтобы опасность была реальная.

И так просто это сказал, словно его вообще не касалось, что эта грань может быть преодолена гораздо раньше, чем кольцо соизволит пошевелить своим хвостом.

– Мне не нравится эта идея, – подумав, ответила я.

– Чем? – спокойно спросил он, с силой сжимая вилку в руках.