Carpe Jugulum. Хватай за горло! - Терри Пратчетт

– Эй, девушка, куда так спешим? – спросил один из щеголей.

– Послушайте, – устало вздохнула Агнесса. – Я очень занята. Может, чуточку ускорим события? Обойдемся без плотоядных взглядов и фраз типа «А мне нравятся девушки с характером»? Перейдем прямо к делу. Сейчас я вывернусь из ваших скользких объятий и врежу ногой прямо по…

Один из мужчин сильно ударил ее ладонью по лицу.

– Нет, – сказал он.

– Я все расскажу про вас Владу! – закричала Пердита Агнессиным голосом.

Другой вампир с сомнением воззрился на нее.

– Ха! Да, вот так! Он знает меня! – выкрикнули Агнесса и Пердита хором. – Ха!

Первый вампир оглядел ее с головы до ног.

– Что? Тебя?

– Да, ее, – раздался голос.

К ним, вложив в карманы жилетки большие пальцы, шагал Влад.

– Демон! Кармазин! Будьте так добры, подойдите ко мне.

Вампиры приблизились к нему и остановились, потупив взоры. Что-то мелькнуло в воздухе, но уже в следующий миг его пальцы снова оказались в карманах, а вампиры, согнувшись, оседали на пол.

– Так гостей не встречают, – промолвил Влад, переступая через корчащееся тело Демона и протягивая руки к Агнессе. – Они причинили тебе боль? Только скажи, и я отдам их Лакримозе. Она только что обнаружила, что в замке есть камера пыток. А мы считали Ланкр таким отсталым королевством!

– О, это очень старая камера, – слабым голосом откликнулась Агнесса.

Кармазин издавал странные булькающие звуки. «Я даже не успела заметить, как он их ударил!» – воскликнула Пердита.

– Ей… уже много веков…

– Правда? А и действительно, Лакримоза жаловалась, что там маловато ремней и скоб. Впрочем… она такая изобретательная девочка. В общем, только скажи.

«Ну, говори же, – пихала ее в бок Пердита. – Минус сразу двое вампиров!»

– Э… нет, – промямлила Агнесса. «Вот оно… моральное малодушие толстухи!» – А… кто они?

– Мы привезли сюда некоторых членов нашего клана. Повозки видела? Отец сказал, нам может потребоваться помощь.

– О? Так они ваши родственники? «Матушка Ветровоск ответила бы утвердительно», – шепнула Пердита.

Влад вежливо откашлялся.

– Кровные родственники, так сказать, – промолвил он. – Но… низшего ранга. Но пойдем же отсюда.

Он ласково взял ее под локоток и повел назад по коридору, по пути тяжело наступив на дергающуюся руку Кармазина.

– То есть вампиризм – это нечто вроде… пирамидальных продаж? – уточнила Агнесса.

Они с Владом остались наедине. Честно говоря, его общество было куда предпочтительнее общества двух других вампиров, но почему-то Агнессе было очень важно сейчас слышать собственный голос.

– Прошу прощения? – переспросил Влад. – Разве пирамиды продаются?

– Нет, конечно нет. Это такое выражение. Я имела в виду, если вы, к примеру, укусите пятерых, то уже через два месяца в вашем распоряжении окажется целое море крови, верно?

Он улыбнулся, но в улыбке его сквозила осторожность.

– Вижу, нам еще многое предстоит узнать. Я понимаю каждое слово в этой фразе, но не саму фразу. Уверен, ты многому можешь меня научить. А я – тебя…

– Это уж вряд ли, – пробормотала Агнесса.

– Когда мы… О, что еще придумал этот идиот?

Со стороны кухни на них надвигалось облако пыли. Вдруг облако раздвинулось, и из него появился Игорь с ведром и лопатой.

– Игорь!

– Йа, мафтер.

– Ты снова разбрасываешь пыль?

– Йа, мафтер.

– И почему ты разбрасываешь пыль, Игорь? – ледяным тоном осведомился Влад.

– Пыль обязательно должнайт бывайт, мафтер. Это ефть такой тради…

– Игорь, мать говорила тебе. Нам не нужна пыль. Нам не нужны огромные свечи. Нам не нужны дырки для подсматривания в каждой картине, и нам определенно не нужны твоя коробка с пауками и твой нелепый кнут!

В звенящей, раскаленной докрасна тишине Игорь опустил взгляд.

– …Люди думайт, обязательно бывайт пауки унд паутина, мафтер, – пробормотал он.

– А нам они не нужны!

– …Фтарый граф обожайт мой пауков, – продолжал Игорь голосом, похожим на жужжание надоедливого насекомого, которого тем не менее нельзя прихлопнуть.

– Игорь, но это просто смешно!

– …Он чафто говаривайт: «Какая тут фегодня паутина, Игорь…»

– Послушай… убирайся с глаз моих, понял? Лучше проверь, нельзя ли что-нибудь сделать с этим ужасным запахом, которым несет из уборной. Мать говорит, у нее от этого запаха слезятся глаза. И вот еще что… выпрямись и ходи прямо! – крикнул ему вслед Влад. – Эта твоя хромота выглядит глупо!

Агнесса заметила, что удалявшаяся спина Игоря на мгновение замерла. Казалось, он вот-вот что-то скажет, но потом слуга лишь заковылял дальше.

– Как большой ребенок, – покачал головой Влад. – Мне жаль, что тебе довелось стать свидетельницей столь неприятной сцены.

– Мне тоже жаль, – кивнула Агнесса.

– Придется его заменить. Отец держит Игоря из жалости. Он перешел нам по наследству вместе со старым замком, скрипучей крышей и странными запахами на главной лестнице, которые, должен сказать, были все же не такими противными, как те, с которыми нам пришлось столкнуться здесь. Ну и ну… Нет, ты только посмотри. Стоит на пять минут отвернуться…

В высоком черном подсвечнике горела огромная, вся заплывшая воском свеча.

– Король Веренс везде установил такие современные керосиновые лампы, а Игорь заменяет их на свечи! Где он только их берет, ума не приложу! Лакки выдвинула предположение, что он лепит эти свечи из своей ушной серы…

Они находились в длинной комнате рядом с Главным залом. Влад поднял свечу так, чтобы свет от нее падал на стену.

– Ага, картины уже развесили. Ну что ж, познакомлю тебя с семьей…

Свечной свет падал сейчас на портрет высокого, худого и седого мужчины во фраке и плаще с красной подкладкой. Мужчина выглядел весьма утонченным, правда, несколько суховатым и сдержанным. Над нижней губой поблескивал удлиненный клык.

– Мой двоюродный дедушка, – пояснил Влад. – Последний… обладатель титула.

– А что это за звезда на ленте? – спросила Агнесса.

Она услышала вопли толпы, пока еще разогревающейся, но уже входящей во вкус.

– Орден Гвота. Он построил наш фамильный дом. Замок Тольконеприближайтеськнему, как мы его называем. Не знаю, слышала ли ты про него.

– Странное название.