Другой мир. Хорошо там, где нас нет - Наталья Косухина

Шокированные ребята молчали — то ли от информации, которую я на них вылила, то ли от моих эмоций, полных горечи, страха, отчаяния и еще много чего.

— И конечно, вам непросто было этой ночью, а не мне, — и, повернувшись к Диме, я зло спросила: — Ты хоть представляешь, что я испытала во сне, обнимая пятую точку какой-то девки? Да у меня не просто шок — у меня стресс!

Не прекращая говорить, я начала наступать на дракона — он попятился.

— Запомни или запиши! Я нормальная гетеросексуальная женщина, и мне противно целовать другую особь женского пола, не говоря уж про все остальное! Да если бы не сон, я бы всю ночь с тазиком прообнималась. Мне даже сейчас дурно, когда я думаю об этом!

В данный момент эмоции дракона не душили меня, как ночью, зато теперь мои душили его, и он познал всю прелесть копившегося во мне отвращения.

— И я не говорю, что даже по природе не должна испытывать к женщине страсти, любви и многого другого. Да я просто ненавижу тебя, Дима!

Ребята молчали, пришибленные моим выступлением, а потом Дима высказался:

— Знаешь, Надя, тебе надо познакомиться с моим братом. Одно чудовище всегда поймет другое.

Я показала дракону неприличный жест, но он, конечно, его не понял.

— Пойдемте в библиотеку. Нам нужно просмотреть последний сектор и, если ничего не найдем, повеситься.

Предложив план действий, я двинулась к выходу, и ребята последовали за мной.

— Надя, а что значит повеситься? — спросил Слава.

Вот ведь дикари, простых вещей не понимают!

Спустя два часа я думала, где раздобыть мыло и веревку? Лекция по гаданиям вот-вот закончится, а мы пока не нашли ничего. Вуку еще месяц назад сообщила, что со своим сектором она закончила, теперь в доступных местах искать больше негде. Мы просмотрели всю огромную библиотеку, остался только закрытый отдел. Но там нам делать нечего. Я даже расспросила библиотекаря, но она лишь развела руками. И что делать? Одно ясно — так дальше продолжаться не может. Я или себя убью, или их.

— И что теперь? — озвучил дракон мои мысли.

В наших душах царили отчаяние и полная безысходность. Но Дима испытывал еще и подлинную муку. С чего бы это?

— Нужно обратиться к кому-то за помощью, — предложил Слава.

— И рассказать о наших проблемах? А может, еще и сон мой в подробностях перескажете?! — взбеленился дракон.

Хотя я понимаю, из-за чего он нервничает. Сама была бы в психозе.

— У нас явно настали тяжелые дни, и одним нам не справиться. Чем дальше, тем будет хуже. Или ты горишь желанием, чтобы мы еще какие-нибудь твои сны посмотрели? — рыкнул Слава.

И тут в моей голове всплыло воспоминание.

— Так встали. Давайте поднимайтесь и за мной.

Я опрометью бросилась прочь из библиотеки, не проверяя, последовали ли за мной ребята. Для них же будет лучше, если да.

Подбежала я к дверям аудитории как раз в тот момент, когда они раскрылись и оттуда стали выходить одногруппники. Расталкивая всех со своего пути, направилась к преподавательскому столу.

Пиграно уже ждала меня.

— Я пришла, — сказала, прекрасно понимая, что меня поймут.

Преподавательница улыбнулась и посмотрела мне за спину:

— И не одна. Хорошо, что я запаслась своим специальным успокаивающим чаем.

Судя по всему, по нам видно, что всем троим необходимо успокоительное, и желательно с хорошим градусом.

Ох нет. Мне же нельзя… Как тяжко стало жить!

Расположившись за столом в каморке Пиграно, мы прихлебывали успокаивающий настой и смотрели на хозяйку кабинета. Я нерешительно, ребята — с опаской. Она ждала, и я поняла, что тянуть нет смысла.

— Как-то вы сказали, что я обращусь к вам за помощью, и этот момент настал: у нас трудности.

— Понимаю, — промолвила преподавательница и, неожиданно подавшись вперед, удержала чашку с чаем, которую Слава нечаянно опрокинул.

Жидкость едва-едва не вылилась.

Вот что значит быть в гостях у предсказательницы.

Пока ребята обалдело переглядывались, Пиграно сказала:

— Рассказывайте.

Так как мужская половина нашей компании молчала, решила начать я:

— После того как стали тройкой, мы искали способ разрушить узы, которыми связаны.

— Это невозможно. Магические узы объединения троек, или, как их еще называют, триад, являются неразрушимым колдовством. Обратного пути у вас нет.

На меня и на ребят нахлынуло такое разочарование, что мы рисковали захлебнуться бурным потоком общих эмоций.

— Триады? — с отчаянной надеждой спросила я, все еще надеясь, что Пиграно ошиблась.

— После окончания Академии ваша тройка получит новый статус, и по результатам выпускных экзаменов вам будет присвоен уровень мастерства.

Прорицательница, подливая еще отварчику, дала нам время справиться с эмоциями и привести мысли в порядок.

Ну и как теперь жить?

— Я вообще не понимаю, почему вы так упорно хотите разрушить связывающие вас узы? Это такая редкость и так престижно, можно сказать, жизнь уже практически устроена. Чего вам не хватает?

Мы обреченно переглянулись с ребятами, и я поняла, что придется рассказать все как есть. Заняло это довольно много времени, и когда я завершила свое повествование, то Пиграно уже сидела и сама попивала отвар.

— Так, правильно ли я поняла? Вас не устраивают общие эмоции и мм… общие сны?

Мы трое синхронно закивали.

— А Димирии Шафирану коре Нару не рассказал, почему именно вы видели этот сон и что теперь вы будете видеть такие сновидения очень часто на протяжении нескольких месяцев?

Мы со Славой одновременно повернулись к дракону и зло на него уставились.

Тот откашлялся и высокомерно произнес:

— Ну это как бы очень личное. Я не могу рассказывать об этом всем подряд.

Вцепившись в кружку с отваром, исподлобья посмотрела на дракона:

— Это мы все подряд?! Знаешь, я уже могу рассказать о тебе много личного. Да у меня уши до сих пор горят, когда я вспоминаю свой, точнее, твой сон!

— Дима, давай рассказывай, иначе ничего хорошего от нас не жди. Если бы это была только твоя проблема, еще понятно: мог бы хранить свои тайны сколько угодно. Но это затрагивает и нас!

Дракона, видно, сильно смущало присутствие преподавателя, но делать нечего. Она могла нам помочь и, судя по словам, знала, что происходит с Димой. Я же чуть ли не вживую увидела притаившихся песцов. Мерзкие зверьки!

— В общем… Дело в том, что у каждого дракона наступает время, когда организм требует определенных ощущений и эмоций, — нерешительно начал дракон.