Замок Оборотня - Елена Звездная

Когда мы миновали лестницу, я перестала всхлипывать и все же спросила:

– Куда ты меня несешь?

– Наверх, – произнес очевидное Сонхейд. – И да – обращение к альфе на «вы».

– Да пошел ты!

Остановился, усмехнулся и сказал:

– Вам это не понравится, леди Сонхейд.

Нехорошее чувство присоединилось к паническому ужасу, но все же:

– А вдруг я извращенка и мне понравится? – решительно интересуюсь у маньяка.

Маньяк остановился. Опустил меня, придержал, пока я прочно встану на единственной пригодной к стоянию ноге, и спросил:

– Удобно?

– Что? – не поняла я.

– Стоять удобно? – с каким-то ледяным терпением спросил Сонхейд.

– Нууу… да, – ответила ничего не понимающая я.

– Да? – иронично насмешливый вопрос и угрожающее: – Я рад.

И он вновь подхватил меня на руки, заставляя усомниться в его психическом здоровье. Хотя о чем это я – он и так псих. И этот псих, минуя вход в его спальню, понес меня в конец коридора, чтобы, открыв неприметную дверь, выйти к ведущей наверх винтовой лестнице. С ужасом смотрю на, казалось бы, нескончаемый подъем, потом на странную улыбку, играющую на сжатых губах Сонхейда. Куда бы он меня ни нес, я вдруг отчетливо поняла – мне там не понравится. Совсем.

И, сдерживая гордость, ужас и вообще желание заорать во все горло, я тихо прошептала:

– Кушать хочется… очень.

Лорд остановил свой сосредоточенный путь к цели, напрягся.

– Пожалуйста, – тихо попросила я.

Он продолжал стоять.

– Я вас очень прошу. – По щекам потекли слезы.

Разворот, и меня недовольно, но бережно понесли вниз, прочь из башни, в которую мы поднимались, через галерею на третьем этаже, вниз по лестнице, и вскоре вновь усадили на кресло, больную ногу вновь разместили на подушке. И только после я услышала рычащее:

– Хватит плакать!

В меня швырнули десятком бумажных салфеток. Вскинув голову, молча посмотрела на Сонхейда… слезы от незаслуженной обиды и вовсе покатились градом. И что-то в нем дрогнуло, лорд не стал рычать свое «Не смей смотреть мне в глаза», резко отвернулся, и я услышала почти невероятное:

– Прости, Ким.

Я промолчала, пытаясь сдержать судорожное, рвущееся рыдание.

Сдержалась.

Сонхейд тяжело опустился на стул во главе обеденного стола, но так и не прикоснулся к еде. Я тоже молчала, и есть не хотелось совершенно. Казалось, что все это нелепый сон, глупая игра воображения, ошибка разума, а быть может, я сейчас просто в коме и происходящее просто бред воспаленного сознания.

Хотелось бы верить… очень хотелось бы.

– Через двенадцать дней я должен представить тебя стае, – вдруг произнес Сонхейд.

Даже знать не хочу, о чем он, но не могла не спросить:

– Это обязательно?

В ответ донеслось:

– Вся стая соберется впервые за шестьдесят лет.

Я не удержалась и спросила:

– А раньше что, поводов собраться не было? Или вы так любите друг друга?

Спросила и осеклась – Сонхейд теперь смотрел на меня пристально и зло. Но ответил:

– Сейчас повод достойный.

Скрестив руки, дала волю любопытству, спросив:

– Какой же?

И услышала глухое:

– Я женился.

Холодок пробежался по спине. Может, я и не права, а может, мне действительно все это только снится, но все же, кажется, этот монстр совсем не рад факту гибели собственной холостяцкой жизни.

– Да уж, – задумчиво протянула я. – У вас по поводу каждой свадьбы такая гулянка организуется?

Глаза лорда сверкнули нехорошим внутренним светом, и, повторив мой жест со скрещиванием рук на груди, Сонхейд мрачно произнес:

– Нет. Обычная свадьба не повод отозвать всех стражей с границы, наша – другое дело.

В некотором смятении смотрю на лорда, и тот вновь соизволил пояснить:

– Впервые зверь избрал женщину мертвого мира. Стая знает, чем это грозит.

И почему-то взгляд такой, словно это я виновата, причем не знаю в чем, но точно виновата. Внезапно сзади услышала:

– По законам Заармера браки между жителями Граней и выходцами сопредельных мертвых миров запрещены. – Арида появилась неслышно и поставила передо мной чашку с какао, и аромат шоколада мгновенно наполнил пространство. – Стая понимает, что грядет бой и ужесточения для оборотней Северных Гор.

Я недоуменно посмотрела на Ариду – смотрительница изменилась, теперь я четко видела вертикальный зрачок ее светло-карих глаз, да и челюсть значительно выдавалась вперед, придавая лицу хищное выражение.

– Не совсем поняла, – пробормотала я. – То есть из-за неумения этого монстра, – я указала на Сонхейда, чтоб никто не усомнился, о каком монстре идет речь, – держать свои сексуальные аппетиты под контролем у всего вашего… племени, – не могу же я их стаей называть, – могут быть проблемы?

Арида улыбнулась, откровенно напугав хищным оскалом, наложила мне в тарелку мясной подливы и рассыпчатой каши, только после этого вернулась к разговору:

– Многие из нас могут погибнуть, это так. – Она почему-то снова мне улыбнулась. – Но альфы рода Сонхейд сильнейшие в Заармере, угаснет род Сонхейдa – ослабнет и стая. Ослабнет стая, некому будет хранить Грани, иные стаи хлынут на территории Северных Гор.

Минуты две я просто смотрела на нее, не в силах понять, что вообще происходит и как вышло, что у меня настолько бурная фантазия. Ну ничего – очнусь, напишу книгу, а пока пара вопросов:

– Арида, – я замялась на мгновение, – а вот вы сказали, что… цитирую: «Вы вошли сами, я исполнила приказ альфы, но поняла, кто вы и что вы для него значите, лишь когда Сонхейд посмотрел на вас. Вас избрал зверь. Вы наша леди». Это вы что имели в виду?

– Ты так сказала? – Лорд с усмешкой посмотрел на свою… даже не знаю, кто она ему.

Арида не отреагировала на вопрос альфы, но, сев рядом со мной, взяла мою руку в свои, со значительными когтями, и начала объяснять:

– Альфа не сообщил, кто вы. Мы не смеем задавать вопросы альфе – его приказы не обсуждаются. Вы были бы нашей уважаемой гостьей в любом случае, но тот факт, что вы наша леди… – Взгляд мне в глаза и хмурое: – Ким, вы видели эту… рыжую.

– Арида! – рык Сонхейда.

Смотрительница умолкла мгновенно. Я же недовольно взглянула на Сонхейда, тот ответил мне угрожающим взглядом. Пришлось покорно опустить глаза. И все хорошо, остается лишь пара моментов.

– Так, – решила я структурировать информацию, – насколько я поняла, меня выбрала какая-то псина сэра маньяка, так?