Грозный. Пес, который искал человека - Кирилл Юрченко

– Капитан, – тихо сказал Андрей. – Не знаю, какой ты человек, но командир, вероятно, хороший. Послушай меня. Мы ничего не знаем о том, что творится вокруг. И если хотим выжить, должны действовать сообща.

Капитан неотрывно смотрел на него, и Андрею хотелось верить, что тот с вниманием впитывает каждое его слово.

– Ты же сам понимаешь, что командный пункт – это все отговорки, – твердил Рокотов. – Я знаю, тебе нужна цель! Скажи, если я ее дам тебе, готов ли ты будешь действовать?! Я хоть и крыса медицинская, но две головы лучше. К тому же я тоже не последний человек по званию…

Это был вызов, но Андрей чувствовал, что только так может решить возникшую ситуацию. Он хотел взять капитана за плечо, чисто по-дружески, но подумал, что это уже будет явный перебор.

– О какой цели ты говоришь? – с трудом выговорил Кит, пряча пистолет в кобуру.

– Первую я уже назвал – это выжить. Понять, за каким чертом наш разум еще не отправился в преисподнюю. – Сейчас он говорил за Кита. – И сделать так, чтобы этого не случилось и впредь. Второе – сплотить команду, чтобы каждый занялся делом. Попытаемся отыскать других, таких же, как мы. Остатки армии, полиции, хоть какую-нибудь власть. Сначала в этом городе. Не получится – в другом. А дальше видно будет.

Андрей смотрел на капитана, ждал ответа и думал: ведь он объясняет прописные истины человеку, который сам должен был дойти до всего этого и не терять хладнокровия. Курица не птица, а врач, хоть даже и полковник, – не офицер. Но сейчас почему-то все оказывалось именно так: он был на голову выше Кита по всем пунктам. И если капитан не согласится со своей неполноценностью и не захочет воспринимать чужие идеи, всем им настанет крышка. Не сегодня, так завтра Кит окончательно потеряет бразды правления или продолжит психовать, может быть, кого-нибудь пристрелит, или кто-нибудь пристрелит его, да хоть тот же Кропаль. В любом случае солдаты разбегутся. Потому что у них нет никакой цели. Многие наверняка в периоды между провалами сознания вспоминают о доме, о родных, думают, что стало с ними. Только дай повод – исчезнут. И не остановит их гуляющая вокруг непонятная зараза. Удивительно, что этого не произошло раньше, но ведь и Кит еще не до конца растерял авторитет.

– Хорошо, – произнес наконец капитан. – Допустим, я согласен. И что прикажешь делать?

Андрею хотелось вздохнуть с облегчением, но он ответил почти без паузы:

– Сейчас выберем подходящее место. Эдик разберется с компьютерами, найдет карты и справочники. Мне понадобится оборудование, инструмент, чтобы я мог поставить раненых на ноги. Будет неплохо, если тыобъявишь все это в виде приказа.

Кит отвел взгляд, о чем-то сосредоточенно думая, и кивнув Рокотову, направился обратно к машине.

За спиной раздался его зычный голос, в точности повторяющий то, что Андрей сказал только что.

Ему хотелось улыбнуться, но не было сил. Он чувствовал себя, как насильно вытолкнутый на манеж зритель, которого вместо дрессировщика намеревались сунуть головой в пасть льву. Вроде бы обошлось, и жив остался, а поджилки трясутся до сих пор.

Он отыскал Эдика. Рядовой Краснов сидел рядом с пленником, которого привязал к колесу, подпихнув к нему денежный мешок и дозволяя увлеченно играть с бумажками. Сам же время от времени поглядывал на психа, отвлекаясь от найденных компьютеров, в которых пытался разобраться. У некоторых еще оставался достаточный заряд. Ноутбуки, набитые играми и без единой толковой программы, сразу пошли по рукам. На двух нашлись карта и справочник, но Эдик пока отложил их в сторону. Еще один оказался запароленным, однако после нескольких минут колдовства каким-то образом пареньку удалось получить доступ. Это произвело впечатление на Андрея, наблюдавшего за его действиями.

– Так ты в программах хорошо разбираешься! А данные расшифровать сумеешь?

– Данные? – зажегся интересом паренек. – Смотря какие. А что там должно быть?

– Потом расскажу, – ответил Андрей, заметив, что за ними наблюдает Костяк. Этого рядового он уже не воспринимал иначе, как за доверенное лицо сержанта Кропаля.

– Пойдем к капитану, – сказал он Эдику.

Благодаря справочнику и навигационной карте, целью был выбран торговый центр, когда-то служивший одновременно магазином и гигантским складом доставки сетевых заказов по всей округе.

Поначалу ехали почти безлюдными улицами. «Тулова» попались лишь дважды, группами. И оба раза это была неприятная картина.

Первую, довольно скученную группу солдаты увидели у разбитых витрин какого-то супермаркета. Хорошо одетые, но вымазанные в грязи люди бродили рядом с магазином и внутри него, перебирая коробки, пакеты, банки-склянки и, подобно тем охранникам в бизнес-центре, которых видел Рокотов, постоянно что-то тащили в рот, жевали, выплевывали, снова тянулись за чем-нибудь, вступая друг с другом в перепалку. Они казались больше похожими на стаю обезьян, но непонятно было, есть ли среди них хоть кто-нибудь главнее остальных, лидер или вожак.

Когда грузовик поравнялся с ними, только некоторые обратили на него внимание, но даже из их числа у считанных единиц оказались туповато-заинтересованные глаза, остальные равнодушно скользнули взглядами по машине и вернулись к прерванным занятиям.

Андрею неожиданно вспомнилось, что дикие животные, ни разу не видевшие человека и не знавшие зла от него, практически не воспринимают людей или машины в качестве чего-то опасного. Эти «тулова» вели себя точно так же.

«Возможно, у них полностью стерлась память, и они познают мир заново? А движущуюся машину, получается, как будто ни разу не видели», – думал он, провожая несчастных взглядом.

Вторая группа была поменьше, ее заметили издали. И то, благодаря зоркости впередсмотрящего. Сидевший на кабине боец вдруг застучал по крыше:

– Справа! Справа! – заорал он. – Там люди!

Часть солдат кинулась к краю заднего борта, другие облепили правый, прильнув глазами к дыркам в брезенте. Машина накренилась, водитель почти совсем замедлил ход.

Андрей вцепился в перекладину и тоже всмотрелся в дыру.

Он увидел, как по утопающей в желтых и красных листьях городской площади бегут несколько человек. В их движениях заметны не то чтобы вялость или отсутствие пластичности, но нечто неосязаемое и необъяснимое, благодаря чему становится ясно – все они такие же «тулова», как и те, что встретились возле супермаркета.

Боец наверху вдруг заколотил еще сильнее.

– Собаки! Собаки! – заорал он.

И все увидели, что еще правее, с соседней улицы за стайкой людей несется собачья свора. Штук шесть или семь крупных особей. Еще пара секунд и опьяненная преследованием стая ворвется в кучку беззащитных двуногих существ.

Тут Кропаль и Костяк, которых так и тянуло пострелять, решили вступиться за человеческое стадо. Они захлестнули свору очередями из двух стволов. С визгом три собаки закатались по земле, две упали замертво, и только одна, развернувшись, стремглав помчалась обратно. Раззадоренные Кропаль и Костяк пустили ей вслед еще по очереди, но не достали.