Золушки в опасности - Лесса Каури

Руф ничего не ответила. С непонятным выражением лица она смотрела на Таришу.

* * *

В королевских покоях окна были распахнуты настежь – Редьярду все еще не хватало воздуха, и он с наслаждением, хотя и не без труда, дышал свежим ветром, заигрывающим с занавесками. Румянец пока не коснулся королевских щек, однако и восковая бледность его покинула.

Король с наслаждением пил из большой кружки горячий морс. В комнате оглушительно пахло медом и травами.

– Вот надо было вам, мэтр, испортить такой замечательный напиток своими настойками! – проворчал он. – Нельзя было подождать до второй чашки?

– Нельзя! – даже без «Ваше Величество» рявкнул целитель, который выглядел не лучше своего пациента. – Нужно подкормить ваше сердце, пока оно еще чего-нибудь не выкинуло!

Король внимательно посмотрел на него.

– Впервые вижу, чтобы вы злились, Ожин. Было так плохо?

– Хуже некуда, – поморщился Жужин. – Ваше Величество, мой дорогой король, вы понимаете, что следующий приступ будет для вас последним? И никакие силы в мире, кроме запретного на Тикрее искусства некромантии, не смогут вас воскресить?

Редьярд допил морс и поставил кружку на тумбочку у кровати.

– Мой дорогой мэтр, – вздохнув, сказал он, – раз дела обстоят таким образом, я могу вам поклясться, что знаю, где хочу умереть… Вот только разберусь с делами! Где мой сын и моя невестка?

– Никаких дел, Ваше Величество, или я опою вас сонным зельем и продержу в целительном сне до тех пор, пока в Ласурии не будет убит последний бешеный оборотень! – рассердился целитель.

– Тогда позовите сюда моего шута, – фыркнул король, – ибо мне грустно жить дальше.

Жужин возвел глаза к потолку и судорожно вздохнул. Его Величество смотрел на него, не мигая, и напоминал филина, разбуженного посередине дня.

– Ну хорошо, – сдался целитель, – С Ее Высочеством все в порядке. Она родила вам двух прекрасных внуков – мальчика и девочку…

– Девочку? – изумился Редьярд. – Да ну?!

– Ну да, – кивнул Ожин. – Принцесса и новорожденные чувствуют себя прекрасно. Полагаю, во дворце теперь будет очень шумно – детки голосистые, особенно принцесса Хлоя.

– А как назвали маленького принца? – заволновался король.

– Редьярд, – улыбнулся целитель. – Теперь у нас есть Редьярд-старший и Редьярд-младший. Малыш – вылитый папа в детстве.

– Что с Арком? – напряженно спросил Редьярд-старший. – Он жив?

– Он жив, здоров и, полагаю, с наслаждением сносит головы бешеным, используя те самые малопушки, которые вы запретили, Ваше Величество, – прозвучал хрустальный голос и следом за ним в покоях появилась его обладательница.

Никорин подошла к кровати, бросила испытующий взгляд на короля.

– Выглядите неплохо… По крайней мере по сравнению с тем, что было – небо и земля.

– О земле не надо, – поморщился король. – По словам мэтра Жужина, я чуть было в ней не оказался.

– Ожин не лжет, – пожала плечами Ники. – Если бы не он, а также новый помощник королевского мага Варгас Серафин, и толика чуда – лежать бы вам сейчас в пышных одеждах на возвышении в Большом тронном зале. В окружении цветов и скорбящих подданных.

Целитель укоризненно покосился на архимагистра и поспешил перевести тему:

– Как там Варгас? Парень – молодец, держался до последнего.

– Ему потребуется пара недель на восстановление, но все поправимо, – кивнула Ники. – Я рада, что не ошиблась в нем!

– Подожди, ты сказала малопушки? – запоздало подскочил на подушках король.

Архимагистр кивнула.

– Я подумал – ослышался, – нахмурился Редьярд и вдруг рассмеялся. – Вот ведь… королевский сын! От Колея я мог ожидать такой пакости, но не от Арка!

– На этом разговор о делах будем считать законченным, – нудным тоном произнес Ожин. – Или я попрошу Ее Могущество ввести вас в магический транс, дабы вы могли наслаждаться прекрасными видениями.

Ники прищурилась.

– Не надо в транс! – воскликнул Его Величество. – Позовите моего шута, и я буду самым примерным из ваших пациентов. А когда сочтете нужным, Ожин, будьте так добры, принесите мне внуков – я хочу на них посмотреть.

Архимагистр, скрывая улыбку, чуть повернула голову к двери, и та распахнулась. В комнату осторожно, словно олень, выходящий из леса, шагнул Дрюня и тут же просиял, увидев сидящего в кровати короля.

– Иди сюда, дурак, – улыбнулся король. – Будешь меня веселить, раз уж делами мне заниматься запретили! Ты еще не забыл, как меня веселить?

Дрюня покосился на Ники и промолчал.

– Он забыл, – доброжелательно сообщила та. Вынула из кармана бутылек с прозрачной жидкостью и потрясла им перед лицом короля: – Имейте в виду, Ваше Величество, если шут еще раз попробует принести что-то из запрещенного вам с этого дня мэтром Жужином, – у него, у шута, отнимутся руки и отсохнет язык. Я прослежу за этим лично!

– Даже не знаю, что страшнее, – пробормотал Редьярд, сочувственно взглянув на побелевшего Дрюню. – Ладно, братец, иди сюда – будешь веселить меня рассказами о моих внуках!

– Так-то лучше! – кивнул мэтр Жужин. – Я вернусь через полчаса с новой порцией лечебного морса, Ваше Величество. У дверей дежурят гвардейцы, которые не пропустят сюда никого, кроме меня или Ее Могущества, имейте в виду.

– Но… – попытался возразить король.

– Никаких «но», Редьярд, – промурлыкала архимагистр, – ведь приказ отдан твоим сыном, и будет выполняться неукоснительно до тех пор, пока мэтр Жужин не решит, что ты окреп настолько, чтобы вновь заняться делами.

– Арк отдал такой приказ? – округлил глаза король. – Он же где-то в Вишенроге, э-э-э, лупит по бешеным?

– Не Арк, – с видимым удовольствием вновь мурлыкнула Ники и исчезла.

– А кто же? – удивился Его Величество.

– О, братец, это и есть главная новость дня! – воскликнул Дрюня, наконец, приходя в себя, и привычно упал в кресло, стоящее у окна. – Сейчас ты будешь изумлен, как говорят гномы, «по самые ядры»!

* * *

Огромная крыса метнулась из-под ног Руфусильи, заставив гномеллу от неожиданности подпрыгнуть.

– Да что б тебя! – пробормотала она и махнула топором, но крыса уже скрылась за поворотом.

Вителья проводила ее задумчивым взглядом. То, что грызуны спасаются с тонущих кораблей, ей было известно, но от чего спасаться здесь, в канализации большого города – в месте, которое словно создано для жизни крыс?

«Кипиш!» – мысленно позвала волшебница, привычно не ожидая ответа.

Но божок проявился в воздухе, полупрозрачным контуром напомнив привидение.

«Что, моя жрица, тайн становится слишком много?» – невинно осведомилась противная старушенция и сложила ручки на животе.