Змеедева и Тургун-варвар - Марина Комарова

Я вздрогнула и уставилась на нее. Правда, среди полумрака комнаты все равно ничего не разглядеть толком, хоть глаза уже и привыкли к темноте. Мелкий? Вот эта здоровая оглобля с хвостом? Мелкий? Кажется, я определенно чего-то не знаю в этой жизни. Вот выберусь отсюда — обязательно напишу книжку о сложных взаимоотношениях аншуррских дамочек и нагов.

— Помнишь должок, радость моя? — проворковала она.

Айшу только тяжело вздохнул:

— Почему я? В конце концов, ты спорила с отцом — вот к нему и приставай!

Я превратилась в слух, замерев на месте.

— Я пристану. Давно мечтаю об этом. Только ты уж будь милым мальчиком, проводи через своих людоедиков.

— Они не едят старых вредных ведьм, — проворчал Айшу.

— Вот этого я и опасаюсь, — на полном серьезе сообщила Лелаб. — Лада поэтому и может не бояться, а вот моя небесная красота не сумеет оставить их безразличными.

Я поперхнулась от возмущения. И в то же время не могла не отметить, что она потрясающая тетка.

Змеиная сила утекала, будто в бездонную пропасть, поэтому пришлось пошевелить рукой, хоть так привлекая внимание и давая понять, что долго не выдержу.

Лелаб тут же прекратила язвить:

— Иди в подземелья дворца. Встретимся у двери Алкубры.

— Туда можно войти? — в голосе Айшу прозвучало изумление.

— Мне — можно, — отчеканила она. — Поэтому бросай свою драку — и марш в подземелье.

Молчание нага было не менее изумленным. Кажется, он не понимал, как можно «бросить драку», когда рядом противники с мечами, которые совершенно не собираются расступаться и пропускать его.

Однако Лелаб это явно не смущало. Она отпустила меня, и я едва не рухнула на пол. Голова кружилась, мерзкая слабость окутала все тело. Лелаб осторожно придержала за плечи:

— Ну-ну, милочка. С непривычки, конечно, туговато, но соберись. Время выбраться из этого вертепа.

Кое-как поборов гадкое самочувствие, я ухватила Лелаб за запястье. Она потянула меня к выходу.

— Это какие у тебя отношения с нагами-то? — спросила я по ходу, не в силах сдержать любопытство.

— Хм, — задумалась она, — долгие. Я тебе даже расскажу, только не сейчас.

Мы пробежали по узкому коридору. Нырнули в какую-то боковую дверку, спустились по узенькой крутой лестнице. И если б не крепкая рука Лелаб, поддерживавшая меня, то я бы обязательно навернулась и что-нибудь себе сломала. Освещения тут почти не было — Лелаб зажгла бледно-зеленый шарик, паривший над ее головой и едва разбавлявший находившуюся вокруг густую тьму.

Когда мы наконец спустились, я готова была расцеловать пол. Однако на это не было времени. К тому же разум, почему-то голосом Чиу, намекнул, что лучше целовать красивого мужчину.

Совсем уж некстати вспомнилось, что там, наверху, остался Тургун. Я отогнала от себя ненужные мысли. Потом Тургун, потом Грехт, потом…

— Стойте! — крикнули за спиной.

Мы с Лелаб, словно по команде, обернулись. На лице моей спутницы отразилась вся досада, которая только могла появиться в такой ситуации.

— Этих еще принесло, — пробормотала она.

Я с опаской посмотрела на троих вооруженных шариярцев с саблями наголо. Кажется, ребята из дворцовой охраны Асафа. А может, и нет, всех не упомнишь. Но настроены явно недружелюбно. А отмахиваться от трех здоровых мужиков двум женщинам без пистолетов — крайне неосмотрительно.

Но Лелаб ничем не показывала страх. На мгновение меня взяла зависть.

— Что вы делаете? — громовым голосом спросил один из воинов, медленно спускаясь к нам.

Мне стало не по себе. Что врать-то? Я кинула взгляд на спутницу. Та лишь улыбнулась.

— Да понимаете…

Удар, вскрик — один из шариярцев скатился по лестнице. Звон стали, рычание. — не звериное, но, кажется, и не человеческое. Бронзовая молния, проклятья на непонятном языке.

С недоверием я поняла, что вижу перед собой Тургуна. Из шариярцев в живых остался всего один, да и тот едва держался на ногах. Тургун не смотрел на нас — его целью были мужчины. Теперь стало ясно, почему улыбалась Лелаб. Но должен же прийти и наг!

— Это сомнительная помощь, детка, — задумчиво протянула Лелаб, оглядывая Тургуна так, словно собиралась утянуть в темный уголок и предаваться с ним плотским утехам до прихода всех святых. Если, конечно, они не постесняются сюда заглянуть. Хотя, чего уж скрывать, в битве варвар и впрямь выглядел так, что невольно забывалось все вокруг.

— Подбери слюни, милочка, — словно прочитав мои мысли, сказала Лелаб. — В койку еще успеешь затащить своего красавчика. Сейчас не до этого.

Пока я раскрывала рот, чтобы ответить, последний шариярец болезненно вскрикнул и рухнул на ступеньки. Тургун поднял взгляд и посмотрел прямо на меня. Широкая грудь вздымалась от дыхания, кожа поблескивала от пота. На руках и одежде пятна крови. Но явно не его — врагов. Взгляд яростный, не глаза — пылающие черные солнца. Опасный. Сильный. Зверь.

И смотрит так, будто хочет на месте сожрать с костями. И почему-то этот взгляд совсем не пугает, даже наоборот…

— Что здесь происходит? — спросил он.

Спустился медленно, чеканным шагом. Я невольно зашла за спину Лелаб. Когда тебя трахнули взглядом на расстоянии — это приятно (или оскорбительно, зависит от ситуации), но вот если это самое расстояние резко сократилось, то лучше ретироваться. На всякий случай.

— Долгая история, — невозмутимо ответила Лелаб. — Поверь, ты совсем не тот собеседник, с которым бы мне хотелось поделиться деталями.

Тургун, кажется, готов был вцепиться ей в глотку, однако, с трудом, но все же взял себя в руки. Сделал глубокий вдох.

— Демон с тобой, старая ведьма, благодари своего отца, что ты уродилась женщиной.

— Это почему? — невольно вырвалось у меня.

— Он с женщинами не дерется, — охотно разъяснила Лелаб и бросила на Тургуна лукавый взгляд. — Благородный.

Тургун посмотрел на меня. Не произнес ни слова и ухватил за локоть. Притянул к себе. Заглянул в глаза. Мне стало жарко, словно оказалась обнаженной среди пустыни под палящим солнцем. Во рту почему-то пересохло. Захотелось отвести взгляд, но не вышло. Появилось странное чувство: одновременно и стыдно, и желанно.

Ладони Тургуна легли на мои плечи, по телу пробежал жар. Сердце пропустило удар. Какие у него красивые губы. Какие…

— Нашли время, — буркнула Лелаб. — Деточки, ау, заниматься непристойностями потом будете.

Я резко отпрянула от Тургуна, мысленно ругая себя на все лады. Что это еще за наваждение? Вокруг драка и большие проблемы, а мне до одури хочется повиснуть на шее полуобнаженного варвара — и пусть весь мир подождет.