Суровые будни невесты императора - Наталья Мазуркевич

– Не совсем верно. У меня есть несколько вариантов. Надеюсь, что-нибудь тебе приглянется. Вот только придется перейти в мои комнаты. В комнату Вильгельма никто чужой войти не сможет. – Сайлейн недоуменно огляделась вокруг. Как она помнила, пыли нигде не было. Плиса проследила за ее взглядом, покачала головой и пояснила: – Я прихожу иногда, прибираюсь. Все же Вильгельм мой сын, пусть и взрослый.

– А почему вы?..

– …Ушла от Растана? – грустно улыбнулась княгиня. И пусть Сайлейн хотела спросить иное, она не смогла удержаться и кивнула, подтверждая мысли женщины. – Я не любила его. Но выбор амулета не оспоришь. Ему пришлось жениться, мне – терпеть. Ведь артефакт хоть и находит лучшую кандидатуру, но не учитывает чувств. А нам… не повезло так, как Вильгельму. Я не могу сказать, что это моя вина, что так получилось. Это была ошибка, которую мы с Растаном совершили. Он пошел на поводу традиций. Я сдалась под гнетом семьи. Они хотели стать поближе к правителю, а какой ценой – их не волновало. Мы поженились, но быть вместе не могли, как и расстаться. Пока у страны нет наследника, императрица не может уйти. Весь двор понимал, в какой мы ситуации. Да, видно, я столь жалко выглядела, что даже придворные предпочитали обходить стороной и не язвить. Или Растан запретил. Не знаю. Вильгельм родился через два года. Я долго не могла забеременеть. Не хотела, хоть и понимала, что это путь моего спасения. Но ребенок… я знала, что не смогу его забрать. Наследник всегда остается с отцом. Растан и так пошел на уступку, разрешив забирать его на три месяца. Я родила сына. По всей империи праздновали, а я плакала, глядя на него. Моего маленького сыночка, которого я должна была оставить. Не смогла. Осталась с ними до того момента, как он впервые спросил: почему мама не любит папу? Соврать я не смогла. – Плиса всхлипнула, извлекла из кармана платочек и утерла глаза. – Ты осуждаешь меня?

– У меня нет такого права, – честно призналась девушка.

– Пожалуйста, не оставляй его. Второй раз он не перенесет предательства.

– Его и не будет, – тихо заверила Сайлейн и помогла княгине подняться. – Идемте, нас ждут.

Княгиня шла медленно, как будто постарела за эти пару минут на добрую сотню лет. Хотя, вероятно, она просто начала походить на свой возраст. Конечно, учитывая его отражение на слабых магах, коим княгиня являлась. И чем тогда она привлекла артефакт? Нет, характер амулет явно учитывает. Та же оборотница или демонесса ушли бы, не задумываясь, просто посчитав выбор угрозой собственной свободе. А княгиня осталась. Пусть и ради сына, но…

Они миновали почтительно склонившихся стражей и оказались в уютной гостиной, оформленной в зеленых тонах. Темный паркет, обшитые мореным дубом стены, пейзаж над камином. Все это было приятно, но не более. Главным достоинством комнаты было иное – тепло. Именно тепло. Не жарко, не холодно, а комфортно. Еще и приглашенные девушки из свиты не косились как на чудо и не старались уничижительно взглянуть как на позорище. И все это невероятно способствовало улучшению атмосферы.

– Ивита, Сена, Жасмин, – представила девушек княгиня. Те поднялись и учтиво кивнули. Княгиня пояснила: – Здесь все свои, и реверансы неуместны.

– Конечно, – легко согласилась Сайлейн, занимая краешек дивана. Мебели в комнате было не очень много: два диванчика, кресло, зеркало в полный рост и несколько маленьких столиков по углам.

Княгиня кивнула.

– Сена, Жасмин, вы подготовили то, что я просила?

– Разумеется, ваша светлость, – ответила старшая, подала знак более юной Жасмин, и та, забежав в комнату, вернулась с платьем цвета красного вина.

– Вы считаете… – несмело начала Сайлейн, но Плиса ее перебила:

– Ты будешь выглядеть чудесно. Примерь.

– Что ж, – тихо шепнула себе девушка, поднимаясь. Вместе с ней поднялась и Ивита. Видимо, она собиралась помочь Сайлейн надеть избранный миледи наряд. – А другие?

– Принесут, если не подойдет это, – успокоила ее княгиня.

Девушка кивнула, принимая ответ, и поспешила за Ивитой, терпеливо ожидавшей ее в дверях.

Гардеробная, как и положено в семьях аристократии, отличалась размерами. Просторное помещение, весь периметр которого был занят шкафами и зеркалами. Разве что у двери имелось свободное пространство. В центре же этого скругленного помещения стоял невысокий табурет. Вокруг него полукругом были выставлены столы, на одном из которых уже лежало показанное Сайлейн платье.

– Леди, разрешите вас одеть?

На взгляд Сайлейн, этот вопрос был чистой формальностью, ведь Жасмин уже принялась стягивать с нее свитер, а Сена стаскивала обувь.

Платье оделось довольно быстро, и, к удивлению Сайлейн, сидело отлично.

– Все портнихи были задействованы. Глория принесла вашу одежду, из того, что отдала страже подруга госпожи, – пояснила Ивита.

Сайлейн не ответила. Она изучала себя в зеркале. Да, эта девушка, несомненно, подходила императору. Невысокая, хрупкая – платье прекрасно подчеркивало тонкую фигурку, расходясь вниз колоколом. Вышивка по подолу и корсету, не замеченная оборотницей в первый момент, красиво оттеняла фактуру ткани, поднимаясь от подола до самого лифа. Плечи были открыты, подсказывая, что на шею необходимо что-то повесить. И судя по виду платья, это «что-то» должно отличаться ценой и изяществом. Но никто из девушек не предложил примерить драгоценностей. Плиса также промолчала, улыбнулась и ушла вместе со свитой, оставляя недоумевающую невестку наедине с самой собой.

Знакомые шаги Сайлейн услышала задолго до того, как открылась дверь, и вошел Вильгельм, увидел невесту и замер.

– Все так ужасно? – Для пущего ужаса Сайлейн еще и покружилась.

– Невероятно ужасно, – согласился он, подошел ближе, коснулся ее распущенных волос, убрал за ушко прядку. – И будет еще ужаснее, если ты позволишь мне, – он бережно развернул ее спиной к себе, – кое-что тебе подарить.

С тихим шорохом открылась коробочка, и на шею девушки опустился холод. С тихим щелчком колье закрепилось на шее у своей новой хозяйки.

– Оно принадлежало моей матери. Теперь оно твое.

– Но, Грег…

– Матушка передала его тебе. – Вильгельм поцеловал ее в висок, спустился ниже, согревая шею, коснулся губами открытого плечика. – Ты мерзнешь.

– Да, я бы не отказалась от чего-нибудь теплого.

– А кто-нибудь не подойдет?

– Только если это будешь ты.

– О, значит, нам повезло. Ибо совершенно случайно у меня в распоряжении есть я. – Мужчина рассмеялся и обнял невесту за плечи, притягивая к себе.

– Надеюсь, вечер уже скоро, – сказала девушка.

– Ты думаешь, я не в состоянии тебя согреть?

– Я думаю, что мы устанем так стоять, а сидеть в этом платье… – Девушка провела по ткани, наслаждаясь. – Не хочу помять.

– И чему вас только в этой школе учат, – покачал головой Вильгельм. – Не бойся, не помнешь. Я прекрасно восстанавливаю вещи.