Путь в Царьград - Александр Харников

— Вот это, ваше императорское высочество, захваченный русским десантом дворец турецкого султана Абдул-Гамида. Сам султан взят в плен и скоро будет доставлен в ставку российского императора. Посмотрите на фото султана, который, как почетный пленник, находится на флагманском корабле нашей эскадры. Вот он, — на фото слегка растерянный и помятый султан стоял на палубе «Адмирала Кузнецова», с испугом на лице наблюдая за взлетом пары Су-33.

Цесаревич был удивлен, смущен и озадачен. Было видно, как он напряженно размышляет, глядя на фотографии, которые я раскладывал перед ним, как официант, подающий меню посетителям. Потом он поднял голову.

— Господи Боже, спаси нас и помилуй! — пробормотал этот огромный и полный сил человек, перекрестившись. Потом посмотрел на меня: — Что же это такое, господин Тамбовцев?

— Ваше императорское высочество, мы ваши потомки, которые неведомой даже нам силою перенеслись в 1877 год из 2012 года. Наша эскадра, шедшая под Андреевским флагом в Сирию, неожиданно оказалась в Эгейском море в вашем времени.

Скажем сразу, мы ни минуты не колебались — на чьей стороне нам быть во время вооруженного противостояния между Российской и Османской империями. Командующий нашей эскадрой контр-адмирал Ларионов собрал военный совет, который единогласно решил — помочь нашим предкам в этой войне, которая, в общем-то, России абсолютно не нужна.

— Господин Тамбовцев, а почему вы так считаете? — вскинулся наследник престола.

— А за что предстоит сражаться и умирать русским солдатам? — ответил я ему. — Ведь по итогам этой войны даже в самом лучшем случае Россия не обретет никаких существенных новых территорий и не сможет уничтожить векового врага. От Проливов нас тоже попросили отказаться заранее, а то, не ровен час, может повториться 1853–1854 год… Освобождение болгар? Так только для того, чтобы тут же отдать их под влияние Австро-Венгрии и Германии — вспомните прошлогоднее Рейхштадтское соглашение, которое, не подумав, подписал старый маразматик Горчаков. Между прочим, во всех последующих войнах Болгария состояла во враждебных России союзах.

— Я подумаю над вашими словами, — угрюмо заметил цесаревич. — Серьезно подумаю! Возможно, вы и правы? Но как вы собираетесь помочь нам, ведь корабли по суше не ходят, а людей, как я понимаю, у вас очень мало.

Я вздохнул.

— Ваше императорское высочество, надо сказать, что за прошедшие сто тридцать пять лет вооружение армии и флота значительно усовершенствовалось. Появились летательные аппараты, способные стирать с лица земли города и крепости, бронированные самодвижущиеся повозки, вооруженные мощными скорострельными орудиями, пушки и ракетные станки, снаряды которых летят на огромные расстояния и попадают в цель с удивительной точностью. Рота наших солдат сумеет разгромить и разогнать нынешнюю дивизию. Конечно, речь не идет о русских солдатах, которых мало убить — их надо еще и повалить, но все остальные… Скажем прямо, ваше императорское высочество, в мире сейчас нет такой силы, которая сумела бы нам противостоять.

Цесаревич слушал мой рассказ с удивлением и восторгом, как маленький мальчик слушает рассказ няни об Иване-царевиче, который в одиночку побеждал полчища врагов. По ходу рассказа я доставал из своей папки все новые и новые фотографии, на которых были засняты самолеты, вертолеты, танки и БМП, системы залпового огня и самоходные установки. Он удивленно смотрел на фото морских пехотинцев, спецназовцев и летчиков.

— Господи, или я сплю, или мне все это кажется? — пробормотал цесаревич. — Господин Тамбовцев, могу ли я увидеть все это воочию?

— Да, ваше императорское высочество, если у вас есть такое желание, то мы можем перевезти вас на нашем летательном аппарате, который мы называем вертолетом, — и я показал цесаревичу фото Ка-29, — на флагманский корабль нашей эскадры, где я познакомлю вас с командующим адмиралом Ларионовым. Только у меня одна просьба к вам — вы дадите слово, что до определенного момента вы никому не расскажете о том, что вам удастся увидеть и услышать. Не беспокойтесь, государь завтра должен будет узнать все от нашего официального представителя, который прибудет в Ставку. А сегодня ваш батюшка отбыл в Бухарест и будет лишь к ночи. Так что вам никто не помешает совершить небольшое путешествие во времени, побывав в двадцать первом веке.

— Вот это дело! — пробасил наследник и впервые за время нашего разговора улыбнулся. — Это по-нашему! Сказано — сделано! Теперь я точно вижу, что вы природный русак, а не говорящий по-русски француз или англичанин. Когда отправляемся?

— Да прямо сейчас, ваше императорское высочество, транспорт ждет-с! — ответил я ему.

— Серж! — позвал Александр Александрович своего адъютанта, графа Сергея Шереметева. — Передайте, пусть седлают лошадей, мы едем на загородную прогулку.

7 июня, дневные германские газеты.

«Дер Беобахтер»

Русский флот совершил невозможное — прорвавшись через Проливы, он вошел в Золотой Рог! Султан похищен, армия в смятении! Европейские границы будут опять изменены?

«Альгемайне Цейтунг»

Стамбул снова стал Константинополем! Блестящая победа русского оружия! Этому позавидовал бы и сам Бонапарт!

7 июня, полдень, Берлин, Потсдам, дворец Сан-Суси.

Кайзер Вильгельм I и канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк.

— Господин канцлер, как прикажете это понимать? — кайзер ткнул пальцем на газеты, небрежно брошенные на мраморный столик. — Как могло случиться, что войска моего племянника каким-то не понятным никому способом оказались в Стамбуле?

— Ваше величество, я и сам мало что могу понять. Для меня поистине неразрешимая загадка — как эти канальи-турки могли позволить себя разбить. К тому же происхождение эскадры, ворвавшейся в Проливы, судя по донесениям моих агентов, не вполне ясно. Хотя в Золотой Рог и вошли корабли под Андреевским флагом, но похоже, что они не имеют никакого отношения к военно-морскому флоту Российской империи.

— То есть как — не имеют отношения?! — изумился кайзер Вильгельм, — а кто же они такие тогда? Уж не с Луны ли они упали?

— Я ничего не могу вам сказать точно, ваше величество, но я поставил задачу моим людям, которые находятся в Стамбуле и в ставке русского императора. Они пытаются разрешить эту загадку. Замечу только, что эти парни чертовски умело воюют. Их корабли буквально смешали с землей турецкие укрепления в Проливах, а такой огромный город, как Стамбул, был захвачен за одну ночь.

— Да, господин канцлер, это удивительно и… Это печально… Я не жалею этих головорезов турок — они получили свое. Но как нам теперь быть с этим взбесившимся русским медведем? И куда он теперь повернет?

— Ваше величество, я понимаю ваши опасения. Действительно, сам факт появления такой грозной силы должен нас насторожить. Помнится, еще до начала этой проклятой войны я говорил вам — это даже хорошо, что русский паровоз выпустит свои пары где-нибудь подальше от германской границы. Мы надеялись, что война на Балканах даст нам свободу рук в отношении Франции и усилит наше влияние на Россию и Австрию, противоречия между которыми к концу войны, независимо от ее исхода, должны обостриться.