Волк. Рождение - Виктория Гетто

– Пусть бросают тела в реку. Нечего. Ещё с погребением возиться. Они этого недостойны.

Ролло согласно кивает. Обычная практика, когда спешишь… Спустя некоторое время первые голые мертвецы летят в бурную воду. Парда разберётся с ними…

– Пусть народ обедает, пока есть свободное время. И что там с лошадьми – видно?

Это про тех коней, которые должны получить три сотни отдыхающих сейчас в палатках воинов, что пойдут в ночной прорыв для того, чтобы заблокировать дорогу барону дель Эстори.

– Пока не видно, сьере барон. Но ещё и не время.

– Да? Прошу прощения. Просто нервы сдают.

Действительно, ещё рано. Я то настраивался на страшную сечу, на сотни мертвецов с их и нашей стороны, на кровавую резню, а тут… Впрочем, покойников хватает. И людских, и конских. А вот потерь… У наёмников двое. А среди тех, кто дрался с нашей стороны – ни одного. Именно! Ни одного! Люди дель Лари даже не успели подобраться на расстояние удара мечом, когда всё было кончено. А потом им оставалось только бежать. Да разве от арбалета, поражающего на расстояние куда большее, чем лук, которых, кстати, почему то у графа не было, убежишь? Болты сняли кровавый урожай. Тысяча двести стрел. В упор. В густую толпу… Страшно…

Из тех, кто не воевал и не отдыхает, выставляю охранение. Прочие обедают, хотя многим кусок не лезет в горло. Насмотрелись на свою работу… Привыкнут. Неожиданно появляется 'волчонок', в руках у него кусок пергамента, а вид ошарашенный и весёлый. И ведь не из-за увиденного здесь. Явно что-то непредвиденное произошло там, где стояли катапульты… Пробегаю глазами донесение, и поражённый до глубины души едва не выпускаю его из руки. Дож выхватывает, читает, потом переспрашивает:

– Точно?

Волчонок гордо кивает:

– Да, сьере Дож! Всех! И солдат, и самого барона!..

Оказывается, пока мы выбивали графских людей, на дороге появился дель Эстори. Баронство у того небольшое, зато богатое железной рудой, за счёт чего кое-как и выживало. Иначе бы свое жадностью и неумением владелец бы просто выморил всех сервов. Было их немного. Едва три сотни ополченцев, пеших воинов, да десяток конников… И угодили прямо под залп катапульт… Мальчишки и девчонки не растерялись – ударили из обоих машин вначале в голову колонны и её конец, отрезая путь к бегству, а потом просто тупо расстреляли арбалетами и огненной смесью. Сожгли. Всех, до последнего… Потому и лупили так долго. Теперь ждут дальнейших распоряжений. Ну, если так… Ухмыляюсь во все тридцать два зуба:

– Дож! На колени!

Недоумевая, парень опускается. Я достаю свой меч из ножен, бью его по плечу раз, по другому – два. Плашмя, естественно.

– Данной мне властью, за мужество и доблесть, за верность и честь будешь ты рыцарем, сьере Дож дель Парда.

Парень потрясён. Он ожидал чего угодно, но только не такой неслыханной милости… Ролло улыбается новому собрату. Ему такое не в новинку…

– Встань, рыцарь.

Дож поднимается с ошалевшей улыбкой. Растерян. Потрясён. Пора приводить в чувство:

– Берёшь те три сотни, что сейчас отдыхают. Как явятся кони – всех в седло, и гони в Лари. Все воины графа полегли здесь. Тебе – взять замок Лари с ходу. Семью графа, точнее, его дочь – под замок. Но не трогать! Ждать меня. Ясно?

– Да, сьере… Атти…

– Вперёд. Пока нет лошадей – отдохни чуток. Ролло – тоже самое. Только возьмёшь резервистов и во владение Эстори! Половину оставишь в замке – остальным захватить рудники. Не дайте их затопить! Ни в коем случае! Справишься – сделаю бароном в Эстори!

Рыцарь кивает, уходит. А я опускаюсь на заботливо принесённое мне седло, снятое с убитой лошади. Это же надо так… Удачно… Вот же!!! Самое главное забыл!!! Вскакиваю, смотрю на своих всадников, маню одного из них к себе, на крепком жеребце:

– Гони в Парда. Сообщи моей матушке, да и всем, кого встретишь – граф дель Лари и барон дель Эстори убиты, а их войска разбиты и уничтожены до последнего человека. Среди нас потерь нет. Понял?

– Да, сьере барон!

Воин сияет от удовольствия – такое доверие много стоит!

– Вперёд!

Его лошадь срывается с места, сразу переходя в галоп, и вскоре гонец скрывается за поворотом. Победа! Но это только начало операции. Машина войны только заработала… Теперь нужно захватить замки врасплох, взять заложников, и показать сервам обоих феодалов, кто их новый господин. Да ещё разобраться с вассалами дель Лари. У него их вроде человек пятнадцать дворян. Интересно, почему не явились к нему на подмогу? Или явились, но не все? Ведь пятеро рыцарей у того было? Ладно. Узнаем… Из-за поворота вырывается громадный табун. Отлично! Лошадей хватит на всех. Кому не достанется – пойдут пешим порядком… Рейдеры уходят. Мы же задерживаемся ещё на двое суток, потому что надо свалить оставшихся покойников на корм водяным ракам, утилизировать конские трупы, ну и прибрать немного поле, которое мы перед боем завалили колодами и прочим. К нашему выдвижению, из Парда прибывает гонец, довольный, словно удав, закусивший кроликом. В замке ликование и праздник, сервы, узнавшие о победе, тем более, настолько бескровной, вообще одурели от радости – просятся в ополчение, хотят побыстрее покончить с войной. Ну уж нет. Экономика моего баронства построена не на войне, а на производстве, поэтому призвано только то количество народа, которое я могу отвлечь от работы без особого ущерба для неё… Матушка безмерно рада, передаёт мне, чтобы её любимый сынок берёгся, не кушал всухомятку, одевался потеплее, и не слишком увлекался падшими женщинами. Понятно… Снова грохает барабан, движутся колонны воинов. Беру на заметку, что не озаботился полевыми кухнями. Поэтому теряем много времени на готовку пищи. Это плохо. А ещё нет вестей от обоих рейдовых групп… Получилось или сорвалось? Неведение – самая страшная вещь на свете. Не зная обстановки, спланировать дальнейшие свои действия для меня нереально. Наломать дров – пожалуйста, но выиграть всю кампанию невозможно. Так что пока моя армия шагает в никуда… Минуем Саль. Все стены облеплены народом, горожане, хотя не и не открывают ворота – мало ли, потом объясняйся с победителями, машут оттуда руками, слышны приветственные крики. Как-никак, я не только барон, но и гильдейский купец, и почётный гражданин города. Вдруг ворота открываются, выезжает повозка, в которой восседает сьере Ушур собственной персоной. Я приказываю колонне продолжать путь, благо ещё рано и для привала, и для обеда, сам отделяюсь от общего строя, направляю Вороного к товарищу, компаньону, старшему другу. Тот смотрит, как подъезжаю, спрыгиваю с седла, степенно выходит, но не выдерживает, порывисто обнимает меня, всматривается, ища раны или ещё какие то метки, видимые лишь ему, а в глазах немой вопрос.

– Всё в порядке, Хье. Барон и граф убиты. Теперь идём забирать то, что нам причитается. Думаю, через пару-тройку дней можно будет посылать обозы в Парда опять.

– Да плевать мне на обозы, Атти! Как сам, большие потери?

– Пока не знаю, Хье. У меня треть армии сейчас в двух местах. Но в сражении не было даже раненых…