Оруженосец в серой шинели - Александр Конторович

– Оно, ваша милость, может и лучше было бы… По крайней мере – мы тогда сразу отказались бы от этой затеи…

– Та-а-а-к… – протянул граф, разглядывая своего собеседника. – Ну-ну…

– Я слыхал, ваша милость, что сержанты редко когда бывают совсем отставными – в смысле, не очень скоро ими становятся. Думаю, что и этот не у котла с кашей всю службу просидел – это уж точно!

– С чего вы это взяли, милейший?

– Да он там целый форт отгрохал – в такой не сразу и войдешь-то…

– Конкретнее!

– Извольте, ваша милость. Дома и сараи стоят четырехугольником, стены соприкасаются друг с другом. Входов только два – и оба закрыты воротами. Часовой внутри и часовой в лесу – на дальних подступах. Со стороны реки не подойти, там открытое место.

– И это форт? У вас вполне достаточно народа, чтобы разметать его по бревнышку!

– Не спорю – если бы удалось подойти тихо. Но часовой в лесу поднял тревогу, напал на нас со спины и ранил одного из моих людей. Тот закричал – и тогда тот часовой, что был внутри, затрубил в рог. Стоило нам подбежать к стенам – нас встретили стрелами…

– А поджечь не пробовали?

– Крыши засыпаны землей – зажигательные стрелы бесполезны. А при стрельбе по стенам осажденные ухитряются лить воду откуда-то из под крыш… У них внутри колодец, так что воды хватает.

– И что, вы уже пали духом? Долго они так высидят? Сколько у вас погибло людей?

– Часовой в лесу зарубил двоих – и одного подстрелил из подобранного арбалета. Троих ранил. Ещё четырех человек мы потеряли у стен… Не в этом дело, ваша милость! Воевали и в худших условиях!

– А в чём же?

Разбойник воровато осмотрелся по сторонам и подошел поближе.

– Этот часовой в лесу… Скажите, ваша милость, как может умереть человек от небольшой царапины?

– Может – если оружие отравлено.

– Да? А куда тогда, позвольте спросить, делась вся кровь из тела? Ладно, одного из моих парней пропороли насквозь – могла и вытечь… только непонятно – куда? На земле пятна нет! А вот второй – тот умер от небольшой царапины. В иное время он бы и внимания особенного на неё не обратил… И тоже – крови нет, будто её кто-то выпил. Кто это – там, в лесу, ваша милость?

Граф задумчиво посмотрел на собеседника.

– А где ваш… э-э-э… ну, тот, второй…

– Умер, ваша милость. Случайный болт со стороны хутора…

– Не из леса?

– И так может быть, – кивнул разбойник. – Так всё же, ваша милость! С кем мы воюем?

– Где он?

– Ушел. Добрался до наших коней, угнал одного – и скрылся в лесу. Я отправил за ним погоню… но они не слишком-то спешат, вы же понимаете…

– Сколько вам ещё нужно? Чтобы мне принесли его голову?

– Не в этом дело…

– Вот что, любезный! Жалованная грамота от короля, с прощением всех прегрешений – для всех. Цену – удваиваю против существующей. Осаду с хутора не снимать, там никто не должен уцелеть! Подкрепления будут уже к вечеру. Пятьдесят человек – хватит вам?

– Ну…

– Лично вам – дворянская грамота!

– И всё же…

– Принятие на королевскую службу – достаточно?

– Я должен вам верить?

Легенс вздохнул и, вытащив из дорожной сумки лист бумаги, развернул его перед главарем.

– Читать умеешь?

– Могем малость…

Разбойник пробежал глазами текст и посерьёзнел. Почтительно поклонился королевскому советнику.

– Ну? – требовательно спросил граф.

– Сделаем. Тем более что этого бегуна всё-таки зацепили. Немного, но кровушку пустить ему удалось. У одного из моих парней есть собаки, я распоряжусь их прислать… Не слишком-то далеко он успеет убежать – даже и на лошади.

Ноги меня всё-таки не вынесли… в смысле – не вынесли целым и невредимым. Так-то убежать удалось, повезло… пробежав по кустам метров сто, я натолкнулся на импровизированную коновязь: к веткам упавшего дерева было привязано десятка полтора лошадей. Резонно решив, что верхом я точно смогу оторваться от противника быстрее, нежели пешим, отвязав наиболее симпатичного с виду коня, вспрыгиваю в седло. И не следует полагать, что это выглядит дезертирством с поля боя – ещё пробираясь сквозь кусты, я услышал звук рога. Того самого, что висел на поясе у Генеро. Стало быть, вопли подстреленного мною разбойника на хуторе услышали – и сделали из этого правильные выводы. Вот и славно – взять хутор с наскока теперь не выйдет. Значит, свою задачу (которую мне, однако же, никто и не ставил) я выполнил и имею полное право подумать о сохранении собственной задницы. А поскольку означенная часть тела по отдельности от прочих пока что не путешествует, заодно и голову поберегу…

Но вот тут мое везенье и закончилось!

Стоило коню проскакать метров двадцать, как сзади заорало сразу несколько голосов. Сильно ошибусь, если предположу, что мне вслед кричали здравицы и пожелания доброй дороги. А уж когда над головой прожужжал арбалетный болт, намерения кричавших и вовсе стали ясны, как божий день.

Эх, нет у меня шпор! Так бы коня сейчас и подогнал…

Хотя, впрочем, есть и другие способы…

Правда, сказать по чести, я и не предполагал, что они могут быть настолько радикальными.

Над головою свистнули ещё стрелы – по мне лупят ещё и лучники (фигово, у них скорострельность выше, могут и достать…), моё бедро обожгло ударом. И почти тотчас же конь совершил громадный прыжок. Да такой, что я еле удержался в седле!

Закусив удила, он рванулся вперёд, не разбирая дороги. Пришлось пригнуться к лошадиной шее, чтобы встречная ветка не вынесла бы меня из седла. Только этого сейчас и не хватало…

Проскакав таким аллюром несколько километров (слава Богу, что я хоть в седле удержался…), коняшка сдал, видимо, запыхался. Сбавив скорость, он повернул к видневшемуся неподалеку ручейку.

Ага, щас!

Попьет он воды опосля такой бешеной скачки – и всё, можно выбраковывать. Кто же станет поить запыхавшегося коня?! Нет уж…

Перехватив покрепче повод, осаживаю его. Неохотно (и далеко не сразу) конь всё-таки останавливается.

Спрыгиваю на землю… и из моих губ вырываются совсем не благодарственные словеса! А нечто, прямо противоположное!

На левую ногу больно встать!

Не просто так меня садануло…

Арбалетный болт (не стрела из лука, та завязла бы в ране) вспорол мне бедро – всё седло залито кровью. Хорошо хоть глубже не прошел – скользнул поверху, иначе на этом бы мое путешествие и закончилось – прямо здесь.

Но свалившись на траву, повод я всё же не выпустил. И благодаря этому сейчас удерживаю коня от поспешного рывка к воде – тащить лежащего человека ему не так-то и удобно.