Древний. Возрождение - Сергей Тармашев

— Впадал в кому! — уверенно заявил Серебряков-младший. — Так же, как плененные вами военачальники Чужих в момент захвата! Что было дальше?

— Ничего, — покачал головой Алекс. — От Идеального исходят эманации крайней враждебности, своего рода ощущение очень большого зла. Мыши пытались атаковать его марионеток, в результате тела носителей оказались сильно повреждены. Сами носители, естественно, погибли. Но Идеальный в обоих случаях остался. Колония не в состоянии сделать с ним что-либо, ему все как с гуся вода. ОН так и находился в этой своей коме внутри… эээ… внутри того, что осталось от голов его жертв. В конце концов мыши успокаивались и оставляли трупы в покое. Позже их уволокли крысы куда-то в болота. Наверняка сожрали, здесь, в радиоактивных болотах, любая живность всеядна. Кроме, разве что, самих мышей. Все трупы обоих неудавшихся десантов были съедены, какие-то тараканами, какие-то крысами. Что подтверждается телеметрией укрепрайона. В общем, с тех пор Идеального никто не видел. Организовывать поисковую операцию бессмысленно, в лучшем случае найдем обрывки скафандров.

— Вы правы, это излишне, — подтвердил Серебряков-младший. — Мы получили крайне полезную информацию! Я сопоставил некоторые данные с проделанными ранее вычислениями и теперь могу с уверенностью сказать, что вызывало кому, в которую впадали в момент захвата плененные генералы врага!

— Воздействие Лемов! — подхватил Петр Петрович. — В данном случае — Чебурашки!

— А если точнее, то, полагаю, это воздействие их симбионтов, — поправил его виртуальный ученый. — Естественные вибрации бактерий, населяющих их организмы! Ведь колония не предпринимала никаких специальных действий, Идеальный впадал в кому сам, едва оказывался в зоне мышиных излучений. Значит, на него воздействовало какое-то их пассивное свойство. Кроме того, по крайней мере одного Владетеля-марионетку Командующий пленил лично, и тот тоже оказался в коме. Чебурашка присоединился к Тринадцатому несколько позже. Симбионты у них одни и те же, анализ показывает почти девяностопроцентную вероятность того, что кому вызывают именно вибрации бактерий-симбионтов.

— Это уже кое-что, — оценил Алекс. — Андрей, на всякий случай проверь все еще раз с особой тщательностью. Че абсолютно уверен, что мыши не в состоянии ни убить, ни хоть как-то повредить Идеального, колония перепробовала всё. А они ребята любознательные, так что сомневаться не приходится, если сказали всё, значит, действительно всё. Предоставленные ими образы это, кстати, подтверждают. Скажем так, я не сразу опознал труп Ваарси.

— Сделаю, — согласился Серебряков-младший. — Через семь минут будет готово. Но могу сказать, что если кома — это результат влияния симбионтов, сами мыши могут этого сразу и не осознать. Это как для рыбы — вокруг все мокрое по определению. Я сообщу результаты по мере готовности.

— Любимый, ты здесь? — личный канал связи ожил голосом Алисы, и на внутренней поверхности лицевой пластины шлема возникло небольшое изображение ее лица. — Я так понимаю, ты, как обычно, очень сильно занят, а я, как обычно, очень не вовремя!

— На этот раз вовремя, — успокоил ее Тринадцатый. — Ты помнишь ту девчонку, Лену Нисс, что прилетела с Хранителем в старом пилотском гермокомбинезоне?

— Конечно, помню, — ответила Алиса, — мы с ней часто болтаем. Очень милая девочка, с правильным взглядом на жизнь и приятным характером. Она мне нравится.

— И ты туда же, — подытожил Командующий. — Давай-ка сюда эту очень милую девочку с приятным характером. Поступила заявка на ее эксплуатацию.

— Ты отправишь ее к Андрею? — засияла Алиса. — Как это мило! Я рада, что ты так решил! Она точно в него влюблена! Стесняется говорить на эту тему и пытается отмолчаться, но я-то вижу! А что Андрей? Он к ней что-нибудь чувствует?

— Я не умею читать эмоции компьютера, — Алекс закатил глаза к небу. — Спроси у него сама. Но о всякой ерунде по три часа в день с ней говорить не устает. Занимает линию ЗАС-связи, бездельник и лоботряс, нет бы изобрести что-нибудь полезное, например ноль-переход или карамультук с кнопкой «Убить Идеального одним выстрелом». Так что пускай сидят где-нибудь рядом друг с другом и не засоряют секретный эфир. А что ты хотела, солнце мое?

— Чтобы ты прилетел сюда, на Дэю, в Детский Корпус! — насупилась Алиса. — Требуется твое вмешательство. Они опять меня не слушаются!

Призрачное бирюзовое свечение возникло прямо перед ней, и Лена зажмурилась, делая шаг в невесомое облако мягкого света. За четверо проведенных в госпитале суток она так и не успела полностью привыкнуть к существующей на Дэе системе перемещений. После выписки ее направили обратно в Первый Спасательный, и попасть на планету Древних стало невозможно. Лена несколько раз пыталась набраться храбрости, соврать про какое-нибудь недомогание и под этим предлогом посетить госпиталь Серебрякова-младшего. Но воплотить в жизнь эту, как тогда казалось, тонко продуманную хитрость было некогда. После уничтожения сил вторжения в системе Солнца враги несколько раз предпринимали новые атаки на миры Содружества и Империи, и Боевой Флот Древних несколько дней вел ожесточенные бои. Лишь только тогда, когда агрессоры выдохлись и на фронте наступило короткое затишье, Лена решилась напроситься на прием к Серебрякову-младшему. Выкроив час времени, она примчалась к искусственной планете Древних на своем «Титане» прямо из сектора учебных боев. Но приземлиться на Дэю так и не смогла: она просто не знала, как это сделать. Более того, похоже, и никто не знал. Лена пыталась связаться с каким-нибудь диспетчером полетов искусственной планеты или отыскать иную подобную службу, но все было тщетно: в списках частот и радиоканалов отсутствовали подобные абоненты. Пришлось вернуться ни с чем. На следующий день Боевой Флот проводил в системе Солнца контрразведывательные мероприятия, и она вышла на связь с одним из разведкораблей, эскадрилья которых проходила мимо. Но в ответ на вопрос, как совершить посадку на Дэе, Древний лишь пожал плечами:

— Просто приблизиться к ней в зоне любого посадочного коридора. Создание входных люков происходит автоматически. Дэя самостоятельно координирует взлет-посадку.

— Я пробовала, — удрученно вздохнула Лена. — Не получается. Посадочный коридор не появляется.

— Значит, у вас нет допуска, лейтенант, — объяснил Древний. — Попасть в списки имеющих доступ можно только с разрешения Командующего. Разовый допуск может санкционировать кто-либо из офицеров Генерального Штаба: адмиралы Вигу и Лант, эксперт-командор Тринадцатая и академик Серебряков. — Старший лейтенант Боевого Флота улыбнулся: — И еще Чебурашка! Попробуйте подать рапорт на его имя! — Его лицо стало серьезным: — Если у вас что-то срочное, я могу связаться с командованием.

— Нет-нет! — выпалила Лена, торопливо пряча смущение. — Ничего серьезного! Простое любопытство, прошу прощения за беспокойство! Ни с кем связываться не надо, я сама напишу рапорт несколько позже! Спасибо! Сейчас мне необходимо вернуться в сектор учебных боев!

Лена торопливо попрощалась, быстро развернула свой «Титан» и поспешила поскорее улететь оттуда. В тот момент она жутко перепугалась, вдруг Древний вызовет Командующего или Алису?! Как тогда объяснить ее стремление оказаться на Дэе? А вдруг они подумают, что она пытается подыскать себе тепленькое местечко, да еще и воспользовавшись приветливым отношением Великого Серебрякова? Не скажешь же, что ей просто очень хотелось еще раз услышать его всегда жизнерадостный голос…