Лёгкое пёрышко. Как шёпот времени - Мара Вульф

– Я больше ни слова не скажу, пока ты нас ко входу в пещеру не приведешь!

– Ты и двух секунд не продержишься без придирок ко мне.

– Я не придираюсь.

– Еще как придираешься. Ко мне, к Джейд. Ты постоянно пытаешься нас поучать. – Мы свернули за угол. – Должно быть, это тут.

Я остановилась.

– Уверена?

– На сто процентов.

Кассиан принялся стучать по стене своей тростью.

– Может быть, какой-то из камней нужно переместить, – предложила я. – В фильмах это обычно срабатывает. Кто-нибудь нажимает на камень, и вход открывается. Вдруг это сработает в реальной жизни.

Я начала щупать камни и нажимать на них.

– Оставь эту чушь, Элиза.

– Почему? У тебя есть предложения получше?

– Да.

Я повернулась к окнам и выглянула на улицу. Мы находились в задней части замка, и мне открывался прекрасный вид на озеро. Недалеко от берега в воде стояла большая трибуна, и все места до последнего были заняты. Какая-то фигура взмыла в небо из воды. Толпа ликовала. Прыгун дважды повернулся в воздухе вокруг своей оси, вытянулся, сделал сальто и сложился, словно перочинный нож, чтобы снова выпрямиться и войти в воду, почти не подняв брызг. Аплодисменты были настолько громкие, что доносились до самого замка.

– Безумие! – воскликнула я.

– Отойди от окна, пока тебя никто не увидел.

Я отступила от него на шаг.

– Как у них получается так прыгать?

– Они с раннего детства занимаются этими прыжками. У шелликотов есть ритуал, который они совершают каждую полнолунную ночь. Они танцуют, и для этого они должны уметь прыгать.

– Как бы я хотела это увидеть.

– Я бы тебе не советовал. Они убьют тебя, если заметят.

– Звучит не очень-то дружелюбно.

– Волшебные народы не всегда дружелюбны, и ты должна была уже это понять. Мы должны защищать самих себя.

– Значит, для них это не представляет труда? Неужели все шелликоты могут так прыгать? – У меня не было желания вступать в дискуссию о том, кому и кого можно убивать.

– Только лучшие из них участвуют в соревнованиях.

– Да что ты там делаешь? – Кассиан держал свою трость у стены, как волшебную палочку.

– Ищу вход, что еще?

– Не похоже, чтобы твои действия приносили пользу.

– Мне нужно сосредоточиться.

Шум снаружи нарастал. Трибуны, стоявшие в воде, опустели. Толпа хлынула к замку через луг. Очевидно, состязание подошло к концу.

– Сосредотачивайся побыстрее, иначе нас сейчас навестят.

– Молчи.

Голоса приближались. Смех и топот ног разносились эхом по длинным коридорам.

– Сейчас идеальный момент, чтобы исчезнуть. – Я нервно подскочила на месте. – Возможно, твое здесь нахождение никого не смутит, а вот мое – вполне.

Он постучал по одному из камней. Тот словно по волшебству отодвинулся назад. За ним последовали другие камни, освобождая вход.

Кассиан толкнул меня внутрь прохода в тот самый момент, когда в нашем коридоре появились первые ученики. Он также протиснулся сквозь узкий ход, и камни снова нашли друг на друга. Стало темно. Царила мрачная, ледяная и мертвая тишина. Я придвинулась ближе к Кассиану, который положил руку мне на плечо.

– С тобой все в порядке?

– Не совсем.

– Что стряслось?

– Тут так темно. Я даже рук своих не вижу.

Он тихо рассмеялся.

– Добро пожаловать в клуб.

– Я идиотка.

– Ты сама это сказала. Давай подождем минутку. В отличие от моих, твои глаза могут привыкнуть к темноте. И тогда ты станешь видеть немного лучше.

– А ты всегда так видишь?

– Думаю, да.

Я колебалась еще мгновение, прежде чем сказать:

– Это ужасно.

Кассиан молчал.

– Создается такое впечатление, что ты без проблем с этим справляешься, – прошептала я. – Я не знаю, как тебе это удается. Я даже не понимаю, где находится низ, а где верх.

– Низ там, где твои ноги. Не пытайся куда-то смотреть, а то тебе станет плохо.

– Мы не можем сотворить свет? – заскулила я.

– Сейчас. Сначала я хочу убедиться, что мы здесь одни.

– Что, прости? – Я прижалась к нему крепче. Мысль о том, что кто-то может схватить меня в этой темноте, заставила меня паниковать. Может, здесь еще и крысы с пауками водятся?

– А мне казалось, что ты собиралась мне помогать, а не быть обузой.

– Я не обуза!

– Еще какая.

– Ты сотворишь свет?

Он накрыл мой рот рукой, и я замолчала. Прошла минута, но тянулась она как час. Несмотря на мой страх, мне нравилось, что Кассиан обнимал меня, – это очень приятно. Когда он отпустил меня, я вздохнула. Вскоре после этого драгоценные камни на его трости засветились, излучая тусклый свет. На высоких стенах вдруг выросли две наши тени, что оказалось почти страшнее, чем прежняя темнота. Надеюсь, я не испугаюсь самой себя.

– Итак, что ты видишь?

– Винтовую лестницу. Она довольно узкая, но с перилами. Я не могу понять, как глубоко она уходит. Для этого света недостаточно.

Кассиан втянул в себя затхлый воздух.

– Тогда идем. Ты боишься?

– Ни капельки.

Он тихо рассмеялся и снова застучал своей тростью по камням.

– Иди первой и смотри, куда наступаешь. Пол довольно неровный. Я буду идти следом за тобой.

Мое сердце бешено заколотилось в груди, когда мы начали спускаться. Я с подозрением уставилась в темноту, которая затаилась за пределами небольшого круга света.

– Каково это, когда ты внезапно перестал видеть? – спросила я спустя некоторое время.

– Я хотел умереть, – тихо ответил он.

Я вздрогнула.

– Все так плохо?

– Представь себе вечную темноту, и ты поймешь, как я живу.

– Надеюсь, Элизьен вернет тебе зрение, когда мы найдем ее.

– Я ищу ее не поэтому.

– Знаю, но все равно желаю тебе этого.

– Посмотрим. Элизьен довольно ясно дала мне понять, что не станет тратить силу ауреолов на желание индивида. Сейчас я лучше понимаю, что она имела в виду.

– Значит ли это, что ты смирился с тем, что слепой?

– Я скажу так: я больше не хочу умирать.

– С таким не шутят.