Мне нужно твое «да» - Ольга Романовская

– Ну и как это понимать? Что ты учудил вчера?

Варден расстегнул еще одну пуговицу и с нескрываемым удовольствием швырнул шейный платок на стол. Матери подобное поведение не понравилось, но он давно не мальчик, хватит согласия принимать участие в дурацком отборе.

Звякнула крышка хрустального графина, жидкость цвета жженой карамели заструилась в стакан.

– С этим чаем и леди Феррир…

Император неопределенно повел рукой и сделал глоток. Тепло заструилось по венам, сметая тревоги и тяготы минувшего дня.

– Ты слишком много пьешь, – укоризненно заметила сидевшая неподалеку Алисия.

Монарх проигнорировал ее слова и, блаженно вытянув ноги, устроился на диване. Испытание закончилось, переговоры завершились успешно, все довольны, пора и ему доставить себе немного радостей. Матушка настаивала, чтобы они прямо сегодня, по горячим следам, обсудили девушек. Пускай! Ей все равно не испортить ему вечер.

– Если ты о вчерашнем крохотном инциденте, то граф уже извинился и все объяснил. Или я чего-то не знаю?

Цепкий взгляд императрицы скользнул по лицам мужчин. Ленар ответил матери друга почтительным полупоклоном. Его сложно было пронять подобными вещами.

– Похоже, из нас троих ничего не знаю именно я, – усмехнулся Варден и поставил бокал на пол. – Может, вы меня просветите? И заодно, Ленар, что такого интересного ты увидел в парке?

– Ничего, абсолютно ничего.

Граф отпустил край гардины и отошел от окна.

Там, в парке, была она. Ленару не требовалось видеть лица, он просто знал, чувствовал, тот светлый неясный силуэт, издали напоминавший привидение, принадлежал Ефимии. Она единственная из всех кандидаток любила одинокие прогулки. Наверное, нервничала. Еще бы, ведь каждая из оставшихся участниц отбора с трепещущим сердцем ожидала общего сбора в Зале одалисок.

– Твои мысли витают где-то далеко, – покачал головой император и сделал очередной глоток терпкого напитка. – Влюбился?

Ленар одарил его коротким взглядом из-под насупленных бровей. Остальное он выскажет наедине, хотя Варден и сам должен понять, подобные шуточки при Алисии недопустимы. Как в воду глядел! Императрица мгновенно ухватилась за неосторожные слова сына и изъявила желание взглянуть на ту, которая наставила графа на путь истинный.

Зашуршали многочисленные оборки пеньюара – Алисия успела переодеться, избавиться от оков корсета. Ленар давно стал своим, поэтому чопорная императрица не стеснялась представать перед ним в домашнем виде, чего не позволила бы себе при любом другом мужчине. Она выступала категорически против «постельных аудиенций», любимых ее покойной свекровью. «Недопустимо являться перед подданными в чепце, папильотках и ночной рубашке», – повторяла Алисия и неизменно выходила в будуар в домашнем платье. А вот Ленару приходилось терпеть. Он тоже с удовольствием избавился бы от удушающего воротника, но этикет не позволял даже ослабить узел шейного платка.

Первый министр почтительно посторонился, подпуская вдовствующую императрицу к окну. Она в нетерпении отодвинула штору. Ленар незаметно улыбнулся. Напрасно, крохотная фигурка давно скрылась из виду.

– Ничего! – раздосадованно пробормотала Алисия. – Если мысли графа и занимала женщина, боюсь, ее здесь нет.

– Увы, ваше величество, – развел руками Ленар, – я думал исключительно о Рдоже.

– Напрасно, совершенно напрасно! – Императрица вернулась в кресло и, позвонив, потребовала чаю с медом. – Варден, повлияй на него! Граф обязан обзавестись женой и детьми. Это противоестественно, наконец, умереть холостяком.

Первый министр пропустил ее слова мимо ушей. Да, Алисия раздражала, но вряд ли осмелится женить его против воли, хотя невесту на смотрины подослать может. Но ведь существуют тысячи способов вежливо отказаться от высокой чести. Раз так, Ленару ничего не угрожало.

– Гестфольцы довольны? – Он вернул беседу в прежнее русло.

– Вполне, – кивнул Варден. Он продолжал лежать на диване, заложив ногу за ногу. – Я говорил с принцем Ианимом перед отходом ко сну. Знаешь, кандидатки его очаровали. Он даже пошутил, что с превеликим удовольствием забрал бы их в Гестфол.

– Сколько от них хлопот! – поморщилась императрица и поправила ленты чепца.

Она носила его даже в присутствии сына: не желала, чтобы он видел ее поредевшие волосы.

– Ты о ком: о гестфольцах или девушках? – уточнил монарх.

– О тех и о других. Почему так долго не несут чай? – посетовала Алисия. – К сожалению, я не разделяю мнения принца Ианима. Немудрено, ведь его мысли заняты лишь величиной их бюста! Между тем поведение многих кандидаток отвратительно. Мне казалось, будто я очутилась в публичном доме!

– Вы слишком придирчивы, ваше величество, – встал на защиту участниц Ленар. – Они всего лишь хотели понравиться принцу, смущались, поэтому допускали ошибки.

– Ошибкой было привезти их во дворец, – отрезала императрица и напустилась на принесшую поднос служанку: – Наконец-то! Вы оглохли, милочка, или и вовсе спали?

Несчастная пошла пятнами и, дрожащими руками расставляя посуду, пробормотала:

– Простите, ваше величество!

Алисия раздраженно отмахнулась. Обрадованная, что так легко отделалась, служанка поспешила скрыться.

Дождавшись, пока вновь закроется дверь, Варден с надеждой предложил:

– Тогда распустим их по домам?

– И наберем новых, – со смешком чуть слышно продолжил Ленар.

Он не питал иллюзий. Если Алисия задалась целью женить сына и выбрать невестку «из народа», она не отступит.