Осторожно, женское фэнтези! - Ирина Шевченко

— Ты куда? — поймал меня за руку Рысь.

— Туда, — кивнула я на ринг.

Не убьют же, в конце концов?

А у меня была еще одна причина принять вызов. В моменты, когда я делала что-то, мне не свойственное, во мне просыпалась Элизабет. Словно перехватывала управление нашим общим телом. Вдруг новый бой станет для меня ключом к способностям Элси?

— Черная Мамба принимает вызов! — прокричал, увидев меня, Сполох.

Пригнувшись, я змеей проскользнула между канатами. Нужно же оправдывать прозвище?

Гонг прозвучал, а мы с Дикой Кошкой все еще стояли друг напротив друга. Если Гроза облегчила мне задачу, первой ринувшись в бой и тут же обнаружив свои слабые стороны, то нынешняя соперница, похоже, ждала этого от меня. Мы с Элси решили, что не стоит потакать подобным желаниям. Медленно, почти не отрывая ног от покрытия ринга, я сделала несколько шагов, обходя Кошку слева. Она, не отводя от меня взгляда, переместилась на пару футов вправо. Двигалась она легко и плавно, не шла — скользила. И вдруг бросилась вперед. Я успела уклониться. Даже перехватила руку Кошки в момент пришедшегося по воздуху удара, однако девица ловко выкрутилась, едва не сбив меня с ног. Пришлось отскочить подальше. Но роли уже распределились: Кошка нападала, я защищалась. Несколько раз пыталась перехватить инициативу, но безуспешно. Да, с Грозой драться было проще. Но с Кошкой — интереснее. Отразив очередную атаку, я с удивлением поняла, что в этот раз не вымещаю на противнице старые обиды, не испытываю даже подобия злости, но тем не менее получаю удовольствие от поединка. Или это эмоции Элизабет? Некогда было анализировать. Я прогнулась назад, и рука в черной перчатке рассекла воздух в дюйме от моего лица.

Удар, еще удар. Блок. Подсечка…

Да, теперь я разбиралась во всем этом. В нужный момент знания всплывали из недр заемной памяти. Однако или всплывали слишком медленно, или Дикая Кошка просто превосходила меня в скорости, но каждая моя атака заканчивалась вынужденным уходом в оборону. Наконец, поймав момент, я поднырнула под руку противницы и выпрямленными пальцами ударила девушку под ребра справа, по печени. Прием был не «академический», но и грязным в бойцовских кругах не считался. Боль должна была вывести Кошку из равновесия, сбив дыхание и согнув пополам, но то ли я ударила не так и не туда, то ли у этой девицы особая анатомия и высокий болевой порог. Нет, охнуть она охнула и за бок схватилась, сгибаясь, но тут же переместилась в сторону и, выбросив вперед ногу, достала меня пяткой в бедро.

Удар был такой силы, что на ногах я не удержалась. Падая, успела вспомнить все о четырехглавой мышце. Такие травмы существенно уменьшают амплитуду движений, но ног-то у меня две, и, если правильно распределить вес…

Подняться помешали чьи-то тяжелые ладони, придавившие мои плечи.

— Вам не стоит продолжать бой, мисс Аштон.

Шокированная тем, что кто-то тут знает меня по имени, я пропустила момент, когда Сполох ударил в гонг. Только когда он прокричал: «Победила Дикая Кошка!», рванулась из рук неведомого доброхота, но крепкие пальцы сдавили мою шею, затронув какие-то болевые точки и придушив в зародыше недовольный вопль.

— Хотите научиться побеждать — научитесь сначала проигрывать.

Обернувшись через плечо, я увидела стальную морду волка.

— Через десять минут в сквере у корпуса теормага, — шепнул чемпион, прежде чем затеряться в толпе.

Я поднялась на ноги и, прихрамывая, сошла с ринга, пусть не под овации, доставшиеся Кошке, но под вполне дружелюбный гомон.

— Как ты? — подхватил меня под руку Рысь.

— Нога болит, — выдавила я сквозь зубы.

— Лед нужно приложить.

— Угу, — промычала я. — Сосулек по пути насбиваем. Идем.

— Куда?

— Тут недалеко. Только давай помедленнее.

Рысь чувствовал себя виноватым в моей хромоте, а потому всю дорогу расхваливал мои бойцовские таланты, уверял, что нога заживет задолго до свадьбы, и даже грозился понести на руках. Спохватился, когда мы уже пришли в небольшой скверик:

— Зачем мы здесь?

— Мне назначили свидание. Стальной Волк.

— Тот самый? — опешил приятель.

Я решила, что его взволновала грядущая встреча с чемпионом, но были другие причины:

— Ты же не знаешь! Пока ты была на ринге, я выяснил, кому Стилет проиграл последний бой…

— Он проиграл мне, — вышел из тени человек.

Еще до того, как луна осветила его лицо, я узнала сейчас не искаженный маской голос и громко сглотнула, уставившись на своего бывшего куратора.

— Еще раз здравствуйте, мисс Аштон, — кивнул он. — И вам доброй ночи, мистер Эррол.

— Здравствуйте, мистер Вульф, — промямлила я. Вспомнила, как пялилась на него во время боя, и порадовалась, что в темноте не видно моих вспыхнувших щек. — Вы… Как вы меня узнали?

Боевик откашлялся в кулак, словно услышал нечто неприличное.

— Возможно, вы уже не помните, кто обучал вас приемам, что вы демонстрировали на ринге, но у меня проблем с памятью нет, — выговорил он мне и взялся за Норвуда: — Грубо работаете, мистер Эррол. «Огненный Череп» на уши поставили, пустив слух о возвращении Стилета.

— А вы не грубо? — обиделась я за не нашедшегося с ответом друга. — «Я был тут, когда вас не было! Буду, когда вас не будет!», — процитировала с чувством. — Не боитесь, что вас раскусят?

— Не боюсь. Стальной Волк сражался на турнирах в «Огненном Черепе» задолго до того, как я надел эту маску. Ночной Кошмар встречает новичков со дня основания клуба, а Сполох ведет поединки уже лет пятьдесят. Некоторые имена давно стали неотъемлемой частью истории общества. Но право носить их нужно заслужить.

Хвастун. И мальчишка.

А Вульф — это как раз «волк». Наверное, так я ему имя и придумывала. Или нет? Кажется, в книге вообще не указывалось имя куратора Элси…

— Вы там по заданию руководства? — пришла мне в голову новая мысль. — Присматриваете?

— Я там расслабляюсь, а не шпионю, — оскорбился боевик. — Клуб анонимный и…

— Анонимный, а как же, — перебил Рысь. — Небось всех там поименно знаете.

— Не всех. Некоторых получается вычислить, как Элизабет. Но специально ни за кем не слежу.

— Германа сразу вычислили? — спросила я. — Или, скажете, не знали, что один из пропавших был вашим соперником на прошлом турнире?

— Германа я сам привел в клуб, — ошарашил ответом Саймон. — Три года назад. А не сказал, потому что к делу это не относится.

— Или боялись стать главным подозреваемым, — выдвинула я другую версию.

— Именно, — кивнул боевик. — И поэтому сейчас решил вам открыться.

Да, нестыковка.

— Герман был моим другом, — сказал Саймон.