Дальняя застава - Константин Муравьев

Слышу, как подходит кто-то ещё. И этот кто-то отстраняет от меня девочку.

– Дея, не нужно, – раздаётся очень тихий и грустный голос Рении.

– Почему? – рыдая, произносит девочка. – Вы ведь тоже все этого хотите. Почему вы не попросите его вернуться? Он должен это сделать!

«Маленькая моя глупышка», – думаю я.

Девочка стоит рядом с вампиршей, и слёзы ручьём бегут по её щекам.

Я вновь глажу её по щеке и по волосам, а потом посмотрел ей прямо в глаза.

– А кто тебе сказал, что я не собирался вернуться? – улыбнувшись, подмигиваю ей и спускаюсь к отряду.

Девушки изумлённо смотрят вслед спускающемуся по лестнице северянину. В такие моменты не дают обещаний, которые не смогут выполнить.

– Знаешь, – тихо говорит Рения, обращаясь к Дее, – хоть в это и невозможно поверить, но я почему-то доверяю словам твоего брата.

– И я тоже, – быстро кивает девочка и бежит обратно в комнату, к окну.

Но двор уже пуст.

Тогда Дея вновь выбегает в коридор и практически мгновенно проносится вниз по лестнице. Пролетает мимо отрешённого капитана, пустым взглядом проводившего промелькнувшую перед ним фигурку. За ней пролетают ещё несколько. Но уже повыше.

«Похоже, только сейчас осознали случившееся», – всё так же отстранённо думает он, глядя вслед бегущим девушкам.

Вот и стена. Дея взлетает на неё на одном дыхании.

«Успела», – осознаёт девочка.

За воротами заставы как раз виден хвост колонны удаляющихся мужчин.

– Степан! – кричит девочка. – Степан! Я запомнила твоё обещание!

От колонны отстаёт одна из фигур. Останавливается и поворачивается в сторону стены.

– Я запомнила твоё обещание, – со слезами на лице произносит уже гораздо тише девочка, – только попробуй его не сдержать.

И только сейчас на стену выбегают остальные девушки.

Фигура мужчины на дороге стоит несколько мгновений и смотрит на них. Потом разворачивается и бежит, догоняя уже достаточно далеко ушедшую колонну.

Как он может не вернуться к таким, как они. Конечно, вернётся. Особенно если его возвращения ждут все.

Пустоши

Спустя сутки

Мы шли пехотным шагом, как его называли тролли. Сто шагов бежишь, пятьдесят шагов идёшь. И так без остановок. Ели на ходу. Останавливались только пару раз, первый по нужде, а второй нужен был нам для того, чтобы всем проверить амуницию, подогнать её и убедиться, что она не скрипит и не звенит.

По дороге я всё же выспросил, что это за ледяные драконы такие? Вернее, даже не так. Я просто поинтересовался, как с ними лучше воевать и у кого какие мысли на этот счёт? И на меня вывалился целый ворох фактов и историй, а также различных теорий о том, что же это за монстры.

И из того, что я услышал, получалось, что мы идём воевать с ледяной сутью этих самых Ледяных пустошей. Территория, где селятся ледяные драконы, через некоторое время и сама превращается в эти самые Пустоши. Они будто заражают её, появляясь там. Но никто точно этого сказать не мог. Тех, кто пережил встречу с ледяными драконами, не было в принципе. Ни о тех свойствах, ни о тех способностях, которыми они обладают, достоверных фактов не было. Были лишь догадки и предположения.

Никто даже точно не мог утверждать, летают они или нет. Или каким типом магии обладают. Вроде как и ледяные, но точно известно, что несколько раз эти самые ледяные драконы пользовались огненной магией. Как такое возможно, никто ответить не мог.

Однако вот что было известно о них наверняка, это то, что открывать порталы в самое сердце Пустоши эти монстры умели. Ну, или наоборот, они их открывали с той стороны и перебирались сюда. Ведь именно через подобные порталы они и появлялись здесь.

В общем, все их боялись, было много красивых и умных слов, но факты были настолько противоречивы, что доверять им совершенно не стоило.

А потому я молча бежал вместе со всеми. За мной остались девочки. И за них я готов разорвать даже этих непонятных ледяных драконов. Ну, или запихнуть их туда, откуда они и вылезли.

Мы бежим-идём уже больше суток.

Как, интересно, мы будем сражаться, я не понимаю. Вампиры и тролли ещё ладно. По ним видно, что этот режим нагрузок для них не особо страшен.

Но что будет со всеми остальными часов через десять, я могу сказать точно. Они свалятся мёртвыми тушками.

Мы практически прибыли на место. Это последний наш привал. Все молча сидят. Вперёд уползли разведчики, тролль-проводник и Экос. Я сижу рядом с Громом и смотрю на хмурое небо.

Впереди раздаётся шорох. Это возвращаются наши, посланные на разведку. Все подползаем ближе.

– Драконов всего четыре, – говорит нам Экос, – это хорошая новость.

Люди усмехаются. Чёрный юмор и здесь котируется.

– Но вот портал за ними всё ещё открыт, и сквозь него могут прийти другие.

Специалистов по порталам у нас нет. Поэтому, как его закрыть, сказать никто не может. Зато я могу сказать, когда он закроется сам.

– Я посмотрю? – тихо спрашиваю я у Экоса.

Он пожимает плечами:

– Только осторожнее.

Ползу вперёд. Со мной огры и тролль.

– Туда, – шепчет Кед.

Я киваю и медленно подползаю к самому краю. Угу. Вижу портал. Большой. Но нестабильный. Это я научился определять уже на глаз. Признаки одинаковы, что у больших порталов, что у микропорталов.

Аккуратно достаю артефакт древних. Активирую его и фокусирую на портале. Странно. Полностью безопасен.

Но кое-что непонятно. Наши сказали, что он из центра Ледяных пустошей. Однако артефакт утверждает, что этот портал ведёт в другой мир. Но не это сейчас важно, а то, что открытым он пробудет ещё около часа. Это мне и требовалось узнать.

Возвращаемся назад. Подползаю к Экосу и остальным.

– Нужно подождать. Примерно через час портал сам закроется, – говорю я.

Люди удивлённо смотрят в мою сторону.

– Кое-какой артефакт достался в наследство, – отвечаю я на их немой вопрос.

– Понял, – не очень поверив в мои слова, говорит эльф.

И мы ждём. У нас ещё есть целый час жизни.

Отползаю за небольшой валун. Тут не так дует. И, прикрыв глаза, вспоминаю лица девушек. Моих девушек.

Зверь внутри меня начал шевелиться. Моё. Не отдам.

Но ничего о нашем противнике я понять не смог, кроме того, что это очень огромные существа.

Однако ему нет никакого дела до их размеров. Ему всё равно, кого убивать. И сейчас он будет делать то, что умеет лучше всего…