На стыке трех миров - Николай Степанов

– Что должен помнить каждый начинающий воин, взявший в руки плеть? – важно промолвил малорослик. И вдруг его тон резко изменился: – Ру, ги!

Повинуясь доведенному до автоматизма навыку, Фетров упал вперед и перекатился вправо. Над головой прозвучал хлопок бича, второй. За ними последовал чей-то недовольный рев. И снова возглас учителя:

– Гу, зи!

Кувырок вперед и прыжок из положения лежа, не поднимая головы выше чем на полметра, были довольно сложными в исполнении, но позволили парню оказаться рядом с пастухом.

– Встань мне за спину. Плеть убери, рано тебе еще.

В предрассветных сумерках разглядеть напавших было трудно. Андрей увидел только одно животное, развалившееся на том месте, откуда парень стартовал пару секунд назад. Однако шорохи на краю поляны явно указывали, что в лесу бродят и другие.

«На гиену похож, – решил фокусник, рассматривая очертания убитого зверя. – Только крупнее будет».

– Кто это? – спросил вождь.

– Гирганы. Охотятся стаями. Нам очень повезет, если их окажется меньше двадцати.

Фетров быстро вернул плеть в исходное состояние и вооружился метательными ножами. Пояс, найденный на краю болота в стане Граниш, оставался при нем – грех отказываться от того, чем владеешь мастерски.

Только теперь глаза фокусника настолько привыкли к сумраку, что он сумел различить среди деревьев на краю поляны мелькающие тени хищников.

– Сейчас кинутся… Опустись на одно колено и будь начеку.

Пастух прекрасно знал повадки диких тварей Кургстага. И действительно, гирганы словно ждали сигнала и набросились сразу со всех сторон. Маскировка у хищников была почти идеальной, на фоне травы животных выдавали лишь огоньки глаз – если бы не их голодный блеск, Андрею пришлось бы действовать почти вслепую.

Пять клинков, выпущенных один за другим, нашли свои цели. Андрей заметить не успел, как скоро опустел пояс, а хищники продолжали наседать. В это время фокусник услыхал, как запела плеть Нзога. Учитель раскрутил бич над головой и периодически наносил точные выстрелы по особо смелым хищникам. Плеть в опытных руках пастуха успевала действовать по всем направлениям. Ее хлесткие удары буквально косили зубастых тварей, будто у малорослика в руках был не кнут, а карабин с автоматическим наведением на цель.

Вооружившись подарком Базгура, фокусник решил воспользоваться моментом и вытащить метательный нож из ближайшего хищника. Как и говорил шаман, Андрей быстро лишился всего оружия. Кинжал с черной жемчужиной парень оставил при себе как последнее средство обороны.

Стоило отойти на пару шагов от учителя – и Фетрова заметили. К добыче устремились сразу три хищника.

– Ри! – донеслось сзади.

Землянин упал на правый бок как подкошенный. Нзог в тот же миг поймал плетью за лапы одного из гирганов и швырнул его навстречу нападавшей троице. Тушка пролетела настолько быстро, что сразу сбила с ног жаждущих полакомиться чужаком. Когда они начали вскакивать, гирька кнута угодила в череп первому, сломала хребет второму, а третьего настиг клинок Андрея – фокусник все-таки добрался до первой своей жертвы и, вытащив из нее метательный нож, пустил его в дело.

– Ученик, твое место у меня за спиной! – недовольно напомнил старик. Когда парень вернулся, наставник выкрикнул еще одну команду: – Шу!

Вождь присел на корточки.

Нзог продолжал работать. Плеть слушалась как нитка, следовавшая за иглой! Иногда казалось, что рука пастуха даже не шелохнулась, а бич уже змеиным прыжком направлялся в другую сторону. Нзог четко отслеживал каждого хищника, нанося удары по наиболее опасным. Он выбирал жертвы таким образом, что кнут поражал цели как при прямом ходе, так и при обратном, во время замаха. Оберегая в первую очередь Фетрова, учитель уничтожал животных, пытавшихся напасть сзади. Может, именно поэтому малорослик подпустил одного из гирганов слишком близко. Зверь кинулся на человека, целя зубами в горло, но откушать свежатинки ему было не суждено – острый наконечник древка плети вошел в пасть хищника и выскочил чуть ниже затылка.

– До чего же глупые твари! – вытирая рукоять кнута о шкуру последней жертвы, возмущался пастух. – Стоит им два дня поголодать – и остатки разума пропадают напрочь. До последнего будут нападать даже на самую опасную добычу. Собирай свои ножи. Пойдем отсюда, поищем для занятий другое место.

– У вас все в порядке? – На поляну вышел шаман. – Ого! Я смотрю, обучение идет полным ходом. Уже приступили к практическим занятиям?

– Остроокий, ты бы не мешал урокам. Я же просил.

– Мой посох немного забеспокоился. – Гзур словно оправдывался. – Вот я и пришел взглянуть на вождя.

– Посмотрел?

– Да.

– Тогда возвращайся. Тут и без тебя найдется масса желающих нам помешать.

Пока малорослики препирались между собой, Фетров остановился возле одного из убитых животных. Сумерки к этому времени отступили под натиском пробивающихся сквозь ветви деревьев лучей утреннего солнца.

«А зубки-то у него впечатляющие!»

Зверь испустил дух, не успев захлопнуть пасть, и даже сейчас внушал страх своим оскалом. Его удлиненная морда на конце слегка загибалась книзу. Между треугольными ушами, словно болотная кочка, торчал пучок волос, а вся темно-серая шерсть была испещрена бесчисленным количеством зеленых и коричневых пятен. Заметить такого среди травы, да еще в полумраке, было делом непростым. Четыре ножа Андрей отыскал сразу, а пятый бесследно исчез. Фокусник точно помнил, где он должен был остаться, но ни трупа, ни клинка на нужном месте не обнаружилось. В недоумении парень начал озираться по сторонам.

– Ра, ге!

Окрик пастуха заставил упасть на спину, но вторую команду, перекат влево, ученик выполнить не успел. Когти гиргана впились ему в плечи, клыкастая пасть оказалась в нескольких сантиметрах от лица. Казалось, озлобленному хищнику уже ничто не помешает вцепиться в ошеломленную добычу. Парень словно превратился в кролика под гипнотическим взглядом удава и не видел, как гирька плети учителя пулей влетела в открытую пасть зверя, пробила нижнюю челюсть, выскочив наружу. Затем, при обратном ходе, бич захлопнул рот зубастой твари и, обмотавшись вокруг морды, сбросил гиргана с несостоявшейся жертвы. А в следующую секунду хищник обратился в пепел.

– Гзур, ты что вытворяешь?! Эдак недолго и мою плеть спалить! А новую, между прочим, не один месяц делать надо.

– Хорошая штука – магия, но с искусством настоящего мастера ей никогда не сравниться! – не без восхищения произнес шаман. – Вирлен, ты как?

– Пока не знаю, – поднялся с земли вождь. Несмотря на глубокие царапины, боли он не чувствовал: шок еще не отпустил сознание. – Спасибо, учитель.

– Пока не за что, – пробурчал Нзог. – Имея оружие, ты не смог себя защитить один на один с не самым грозным противником. Позор на мои седые волосы!