На пороге тьмы - Мария Круз

Адаптанты, или кто там в нас стрелял, скрылись за домами, хоть я и видел, как они бежали по улице, норовя сделать хотя бы еще один выстрел нам вослед, но зато сам самолет начал внушать опасения.

– Что случилось? – крикнул я.

– Обстрел, вот что!

– О, блин, новости! Обстрел я сам видел, с самолетом что?

– В винт угодили, кажется!

– Долетим?

– Если только это, то долетим. – Голос звучал озабоченно. – Мы много пуль поймали, так что…

– Что?

– Помолчи минуту, а?

Движок. Движок работал по-другому, «подтраивая», или как это сказать правильно применительно к пятицилиндровому двигателю. В его ровный цикл словно вплелось постоянное подчихивание – это как будто кто-то играет на фортепиано, и ты даже знаешь ту гамму, которую он намерен сыграть, и повторяет ее раз за разом, но одна клавиша не соединена молоточком, и в ровном ряду звуков получается провал, и этот провал каждый раз заставляет тебя морщиться.

– Цилиндр тоже накрылся! – объявила Настя.

– И как мы теперь? – еще больше обеспокоился я.

– Летим дальше, просто поаккуратней. Ну-ка глянь назад, призраки отстали? А то мне в зеркало не разглядеть, оно здесь так, одно название.

Пришлось отстегнуться, чтобы подняться в кабине. Обернувшись и встав на колени на сиденье, я пытался всмотреться туда, где у нас за килем поднимался великий торнадо Тьмы, на фоне него силясь разглядеть черные и смутные подвижные силуэты. И все же разглядел – идущих за нами, хотя уже и далеко, в нескольких сотнях метров.

– Отстали, но тянутся!

– Блин! Твари! – ругнулась девушка. – Ладно, скину немного обороты, а ты тогда поглядывай. Все равно до города за нами не полетят, отстанут.

– Точно?

– Точно.

В этом она оказалась права. Призраки преследовали нас минут десять, не догоняя, но и почти не отставая, затем вдруг словно потеряли охоту к погоне и резко спустились к самой земле, отвернув.

Становилось теплее и светлее, пелена Тьмы перестала заслонять тот намек на солнце, который пропускали к земле плотные серые облака. Самолет поднялся почти к ним, и я даже немного обалдел от зрелища проносящихся в каком-то десятке метров над головой туч.

– Запас по высоте нужен, если вдруг планировать придется, – объяснила Настя.

– Как скажешь, – поежился я и вернулся к расчерчиванию карты.

Как ни странно, но я все же успел запомнить основные ориентиры и сейчас достаточно точно оконтуривал пятно. Даже сам не понял, как получилось: вроде только за призраками следил, а тут на тебе.

Планировать не пришлось. Чихающий и дрожащий, словно в припадке малярии, самолет все же дотянул до города, хоть под конец Настя начала сетовать на подскочивший расход топлива, зашел на полосу и приземлился на нее, упруго и мягко коснувшись колесами. Мотор несколько раз взревел, пока Настя выруливала, высунувшись из кабины и силясь хоть что-то разглядеть перед задравшимся капотом, затем самолет остановился, и было слышно, как под капотом что-то громко щелкает.

– Что случилось? – крикнул подбежавший механик Серега.

– Возле Тьмы шли на бреющем и на адаптантов нарвались, вот и обстреляли, – устало сказала Настя, выбираясь из кабины на крыло. – Винт под замену, минус цилиндр, похоже.

– Верно, похоже, – сказал механик, подходя к машине спереди и придирчиво оглядывая открытый всем ветрам двигатель. – И вообще все латать надо. Вас что, из пулемета?

– Нет, из винтовок, – сказал уже я, стягивая с головы шлемофон и спрыгивая на землю. – Просто неожиданно и почти в упор, навстречу, много навтыкать успели.

– Время для меня есть? – вдруг неожиданно спросила Настя.

– Хм…– Я аж запнулся. – Сколько угодно – я сегодня выходной, собственно говоря.

– Отвезешь в НКВД? Карту сдам, чтобы сразу вылет закрыли в финчасти, ну и ремонт к оплате предъявлю, или пусть выделят запчасти.

Поскольку я как раз размышлял, как бы утащить Настю со службы, то только обрадовался. Спросил лишь:

– А пообедать потом никак?

Она лишь кивнула, затем обернулась к механику, стаскивая перчатки:

– Серег, я на сегодня отлеталась, так что возвращаться не буду. Если что по запчастям выясню, то по телефону сообщу.

– Давай, Настенька, отдыхай, – махнул ей рукой Серега, уже подставивший к самолету стремянку и снимающий дюралевый капот.

– Погоди, я комбез только сниму, – сказала она мне и побежала в ангар.

К сожалению, вместо комбеза она обязательно наденет что-нибудь другое, поэтому фраза эротичной не показалась. И я, дабы времени не терять, запустил мотор «харлея», чтобы дать ему прогреться.

Вышла она через минуту, одетая так, как в тот день, когда познакомились, – «турики», брюки милитари и кожаная куртка. Еще и причесаться успела – волосы по-прежнему убраны в хвост, но теперь лежат волосок к волоску.

Я откинул покрывало коляски, жестом пригласил садиться.

– Не, я за тобой! Можно? – спросила она.

– Можно-то можно, но грязью уляпает, – честно сказал я. – Я же не зря плащ-палатку натянул и в сапогах – по колено как минимум у тебя все в грязи будет.

– Хм… как скажешь.

Плюнув клубом дыма, «харлей» рванул на Краснопролетарскую под поднявшимся шлагбаумом. Объезжая лужи и избегая особенно выдающихся колдобин, я покатил в сторону центра.

– Куда даму обедать поведешь? – спросила Настя.

– Я так понимаю, что из достойных заведений здесь только шашлычная?

– Нет, это из роскошных! – засмеялась она. – А нормальными считают хинкальную и «Березку» – это трактир такой, с русской кухней. Там пирожки хорошие, блины и все такое. Вкусно, кстати.

Намек я понял, поэтому лишь спросил:

– А где эта самая «Березка»? Я пока не в курсе.

– Да на Крупе, почти за углом НКВД, у самой комендатуры. Пешком дойдем.

– Ну и отлично, новое место узнаю, – кивнул я, чуть ускоряясь на относительно ровном участке.

Расстояния в обжитом центре Углегорска были понятно какие, так что у НКВД мы оказались всего лишь минут через десять неторопливой езды. Приткнулись между двумя «виллисами», поднялись по лестнице. «Дежурный по шлюзу» Настю знал, пропустил легко, ну и меня с ней заодно, что-то у себя пометив в журнале.

– Нам куда?

– На третий этаж, к научникам, – сказала она, направляясь к лестнице.

– Так ты на науку работаешь? – удивился я.

– А чего странного?

– Ну… думал, что на разведку или что-то в таком духе, – высказал я свою версию.

– Информацию у Милославского собирают – и уже оттуда дальше дают. Вроде как вместе с аналитикой.