Не зная пощады - Марьяна Сурикова

Мужчина дернулся вперед, но чары не пустили.

– Кто ты такая, почему выбрала именно меня?

– Потому что ты убийца, а убийц нет смысла жалеть.

– Я никого не убивал, о чем ты?

– А как же моя сестра? – шепотом спросила я, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы.

– Кто?

– Арика.

– Арика? – повторил Реналь, побледнев. – Твоя сестра? Так вот на кого ты похожа… Вот почему я узнал тебя, словно видел когда-то!

– Мерзавец! Зачем ты отдал ее инквизиторам, зачем убил?

– Алира, – простонал мужчина, протянув ко мне руки, но не имея возможности сдвинуться с места. – Зачем ты мучаешь меня? Я ведь искренне полюбил и желаю тебя, я словно сумасшедший. Поверь, я не имею никакого отношения к гибели твоей сестры. Ты поэтому не подпускаешь меня к себе?

– Я презираю тебя! Зачем ты лжешь?

– Не лгу! Я открыл инквизиторам ее убежище, но сделал это не по своей воле. Однажды ночью ко мне пришла женщина, очень красивая, у нее были черные длинные волосы и пронзительные зеленые глаза, они слегка светились красноватым светом. Это было завораживающе и пугающе опасно. Она соблазнила меня, мы провели вместе ночь, а едва небо посветлело, ведьма ушла, но прежде велела открыть инквизиторам убежище Арики, чтобы после ее гибели она смогла забрать себе медальон.

– Медальон? – прошептала я, ощущая мучительную пустоту в груди.

– Да. Потом, после смерти твоей сестры, она вернулась и кричала, что на Арике не оказалось медальона, что я глупец, но я ничего не мог ответить ей. Никто из нас не догадывался о твоем существовании.

– Кто эта женщина?

– Не знаю. Даже воспоминания о ней подернуты туманом, и я смог рассказать все только потому, что ты приказала. Что произошло сейчас? Ты наложила на меня чары? Почему я не могу прикоснуться к тебе?

– Да, это чары.

– Пойми, Алира, когда станешь моей, то перестанешь бояться. Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо.

– Сделаешь, – вздохнула я. – Ты отправишься сейчас в свою спальню и проспишь до утра. Спокойной ночи, Реналь.

Мужчина опять дернулся, но не смог противиться приказу. Он медленно направился к двери и вышел в коридор, притворив за собой дверь.

Я обессиленно упала на подушки. Все, не могу пошевелиться. Совсем не могу! Как теперь выбраться отсюда?

Отдав Реналю все силы, я словно впала в забытье. Пролежав на кровати до самого утра как будто в полудреме, на следующий день я не смогла раскрыть глаз, хотя ощущала, что утро уже наступило. Грудь сдавливало все сильнее, дышать было очень трудно. До меня донесся скрип ключа в замочной скважине, а затем дверь отворилась и раздался шепот:

– Он ее не закрыл, зря только ключ доставали.

– Смотри, госпожа спит.

– А не померла? Что-то слишком бледная.

– Дышит, не видишь разве? Что он с ней сделал?

– Почем мне знать?

– Бедняжка!

– Жалеешь ведьму?

– А ты веришь хозяину на слово? Он же нарочно это придумал, чтобы все слуги на нее ополчились и не вздумали защищать от него. Ты видел, как он вчера схватил бедняжку?

– Видел.

– Мы должны помочь ей. Она спасла нашего сына.

– Если нас застанут здесь, то накажут.

– Тогда давай скорее разбудим ее.

Я услышала, как чьи-то осторожные шаги приблизились к кровати, и меня тронули за плечо.

– Госпожа, – позвал голос нашей кухарки, – госпожа Алира, очнитесь.

Я не могла пошевелиться, лишь слегка открыла губы, чтобы прошептать ей одно слово.

– Что? – склонилась вниз кухарка. – Я совсем вас не слышу.

С трудом раскрыв губы еще раз, попыталась ответить чуть громче.

– Что она говорит? – спросил мужской голос.

– Кажется, она сказала: «Лес».

– Лес?

– Да.

– Что это значит?

– Может, ей нужно в лес? Может, нужно траву какую собрать, напоить ее, тогда полегчает?

– Как мы хозяйку в лес отнесем?

– Давай на тележке. Будто бы отправились дров заготовить для кухонной печки, поленьев наколоть. Тележку прикроем тряпьем, а ее под ним спрячем.

– Влетит нам от хозяина, если прознает.

– Так надо быстро все сделать, пока он не поднялся.

– Ладно, пойду за тележкой. Оставлю ее у черного входа, а потом снесем хозяйку вниз по той лестнице, что ведет в кухню.

– Поживее давай!

Меня привезли в лес и, откинув покрывало, бережно вытащили из повозки.

– Марта, что теперь делать?

– Госпожа, – обратилась ко мне служанка, – что нужно сделать?

– Опустите, – прошептала я.

Слуги осторожно уложили меня на землю и отступили в сторону. Я прикоснулась ладонями к прохладной рыхлой почве, вдыхая аромат прелой земли и лесных трав.

Очень медленно сила проникала внутрь, становилось легче дышать, я смогла пошевелиться и легла удобнее, прижавшись к прохладной поверхности щекой.

Спустя довольно долгое время смогла опереться ладонями и сесть. Повернув голову в сторону замерших людей, внимательно взглянула в их побледневшие лица.

– Не бойтесь, пожалуйста, – попросила я, заметив, как они отступили, столкнувшись со мной взглядом. – Я не причиню вам вреда.

– Вы и правда ведьма, госпожа, – промолвила служанка.

– Да, правда, – ответила я немного раздраженно, поднимаясь на ноги и отряхивая платье.

– Вы это, если сына нашего зачаровали… – начал мужчина.

– Да помолчи ты! – оборвала его Марта.

– Я никого не зачаровывала, в моих эликсирах только одна магия – природная сила трав. По-вашему, траву стоит сжечь за это?

– Госпожа, вы спасли нашего ребенка, вам нет нужды оправдываться.

– Я не оправдываюсь. Я не выбирала родиться ведьмой, но не все ведьмы плохие.

– Да вы даже не знаете, о чем говорите, – возразил вдруг мужчина. – Эти ведьмы – сущее зло, убивают людей, почем зря.

– А вы нас не убиваете? – громко спросила я, может, даже слишком громко, потому что он чуть вздрогнул. – У меня убили мать просто за то, что одна ревнивая жена оклеветала ее, сестру толкнули на губительный путь, и она умерла в конце концов. Вот теперь и мне придется бежать, снова скрываться. Я даже не знаю, каково это – жить в обычной простой семье, каково это – просто быть счастливой. Меня преследуют и ненавидят только потому, что я ведьма!

Мужчина отвернулся, возможно, так и оставшись при своем мнении.