Полудемон. Счастье короля - Галина Гончарова

Точнее. Прижатые моей беспощадной ногой, раденорские храмовники бросились к риолонским коллегам, ну те и решили поспособствовать. Даже много себе за это не выговаривали, тут же дело не выгоды, а принципа. Сейчас Александр Раденор их пихнет, потом Дарий Риолонский попробует… так Храм и кормить перестанут?!

Нет, это неправильно.

Убрать такого государя!

Абигейл?

Нет, та лично не приложилась, я ее хорошо законопатил, сразу связаться не удалось. А вот остатки ее семейки поспособствовали. Надо было им не просто конфискацию устроить, надо было сразу казнить. А я помилосердствовать решил, баран! Результат — налицо. Я дослушиваю все до конца, еще чуть — чуть кромсаю шурина и уточняю — не утаил ли товарищ чего важного?

Нет, не утаил. Он бы мне все рассказал, вплоть до белья у первой женщины, да мне вот слушать недосуг. Так что я беру его и волоку в пентаграмму.

Вот при виде ее Дарий принимается биться и орать так, что сосны дрожат.

— Ты же обещал!!! Ты обещал!!!

— Э, нет. Ничего я тебе не обещал, — обстоятельно разъясняю я. — Договор на легкую смерть у нас был бы, если бы я не пачкал руки. А теперь все равно уж….

Дарий в ответ поливает меня ругательствами. Я пожимаю плечами.

— Странные все же люди пошли. Вот убивать меня — это нормально. А когда получаешь в ответ — плохо? Очень, очень странные люди.

— Ты… ты…

— да, забыл сказать. Я — не человек.

Ухмыляюсь — и принимаю свое второе обличье.

Дарий опять теряет сознание. Ну и пес с тобой, все равно мне тебя мучить не надо. Нет в этом заклинании такого, просто нет. Но если бы было…

Ладно. Я еще найду на ком отвести душу.

Укладываю его, ориентируя по углам пентаграммы, привязываю руки и ноги. Вот так, вот и ладненько…

Дарий опять успевает прийти в себя, но на этот раз не орет. Просто молча плачет. Крупные слезы скатываются по окровавленным щекам, губы трясутся…

Жалко?

Нет, совершенно не жалко. Это хищная и ядовитая тварь. И меня он приговорил без колебаний. То, что я выжил — не его заслуга, а Иннис…

Так, не думать о ней… я же сказал — не думать!

Пристально смотрю на Дария.

— Ничего личного, шурин, мне просто нужна королевская кровь. Номинально — ты сейчас стал королем после смерти своего отца, а что пока не коронован — это не имеет значения. Ритуалы бывают и пустыми, но кровь не врет. Твоя кровь, моя кровь… королевская кровь. Но Дариолу я пока положить на алтарь не могу, до Теварра далеко, да и король там… пока еще первое поколение, овчинка выделки не стоит. А вот ты мне подошел. Так что…

И я начинаю читать заклинание.

Шипящие звуки срываются с моих губ. Первая часть проходит без заминки.

Выдох — и над головами, установленными по углам пентаграммы, взвивается веселенькое черное пламя. Оно горит живо, ярко, сильно…

Дарий пока еще скулит. Воняет от него так… видимо, содержимое желудка уже вылилось в штаны и за ним последовало содержимое мозга. Головы в отблесках черного пламени смотрятся инфернально, плоть выгорает с шипящим звуком, пахнет жареным мясом… Последней вспыхивает кровь в канавках. Вот теперь все правильно.

Вторая часть заклинания намного проще — вербально. Короче, отчетливее… А вот сил от меня требуется намного больше. Я надрезаю себе запястья и продолжаю читать.

Кровь падает крупными каплями на землю — и та начинает дымиться.

В темноте кажется, что от места падения капель моей крови разбегаются крошечные черные змейки. В воздухе начинает проявляться нечто…

Запах? Да, что‑то сладковато — гнилостное, так пахнут разложившиеся трупы.

Звук? Да, на пределе слышимости. То ли стон, то ли вой, он когтями царапает по нервам, снимая стружку с души.

Кому‑то более впечатлительному хватило бы этого зрелища, чтобы поседеть и до конца жизни своей мучиться недержанием. Мне же….

Я дочитываю заклинание — и последнее слово камнем падает в темноту.

Повисает тишина.

А потом она взрывается истошным воем Дария. И есть отчего…

Его живот выглядит так…

Он вспучивается изнутри, толкается, потом лопается с неописуемым звуком — и наружу лезет… лезут… Да, все же их несколько.

Человеку они напомнили бы струйки мрака. Я же видел крыс. Видел их маленькие головки, горящие алым глаза, длинные голые извивающиеся хвостики….

В животе у несчастного кишит целый крысиный клубок. Он растет, жрет, пищит — я молча жду, а когда, наконец, сердце Дария перестает биться, произношу только одно слово.

— Dedition!

На одном из древних языков, сейчас уже забытых, это означает — подчинение. И в клубок падает единственная капля моей крови.

Этого хватает.

Крысы словно бы свиваются воедино, скручиваются в толстый жгут — и спустя миг из живота бывшего короля вырастает Крысиный Король.

— Ты призвал меня, человек…

Смотрю спокойно. Меняю внешность еще пар раз, разглядываю когти на руке. Крыса меняет песенку.

— Такой же, как я. Выпусти?

— Отслужи, — я краток.

— Чего ты хочешь?

Крыса неагрессивна. Опознав во мне своего, прощупав мою ауру и убедившись, что воздействие не получается, она готова договариваться.

И то сказать — даже Ак — Квир в кустах поджимает хвост. Я же….

Мне все равно.

— Я выпущу тебя из круга и дам погулять. В обмен на службу.

Алые глаза вспыхивают интересом.

— Что я должен сделать?!

— Я выпущу тебя из круга. В обмен ты, со своим выводком, отправишься по землям двух королевств — Раденора и Риолона.

Крыса явно заинтересована.

Увы, сейчас в котлету добавится гвоздей.

— Жрать ты будешь только одну разновидность людей. Храмовников.

— Что это такое?

— Загляни в мою память.

Холодное липкое щупальце тянется к моей голове. Я осторожно приоткрываю воспоминания последних дней.

Храм.

Служители в белых рясах. Холопы и прочая шушера. Карающие.

— Опасная дичь.

— Ты тоже не зайчик беленький. Справишься.

Крысак взмахивает хвостом. Длинным, голым, чешуйчатым — как у настоящей крысы.

— Еще бы. Чем заплатишь?

— Их души уйдут к тебе.

— Мало…

— Если будешь стараться — добавлю еще пару сотен, — обещаю я.