Место под солнцем - Андрей Васильев

– Н-да, неприятный субъект, – вставил свое слово и Проф, Герман закивал, соглашаясь с ним. – Был.

– То есть в защиту покинувшего нас Трифона никто ничего говорить не будет? – уточнил я. – Ну, мало ли, может, есть несогласные с таким поворотом событий?

– Хотелось бы узнать непосредственно твою точку зрения, – внезапно сказала одна из женщин, если не ошибаюсь, Виктория, редактор сетевого журнала.

– Исключительно положительная, – сообщил я ей. – Более того, Ювелир сделал то, что нужно было сделать. Жить бы покойничек с нами после этого не смог, а отпускать его было опасно и неразумно. Трифон слишком много знал, уж простите за банальность фразы, и сдал бы нас первому попавшемуся окунеподобному громиле, встреченному на пути.

– А если бы Ювелир его не стал… Ну, в общем-то, что он сделал? – пытливо спросила Виктория, уставившись на меня своими круглыми голубыми глазами. – Что тогда?

– Тогда это сделал бы я. – А какой смысл скрывать подобную правду? Так и было бы. – Это вопрос безопасности не одного человека, это вопрос безопасности группы. Заметим, я еще молчу о том, что человек похитил вещь, относящуюся к самому ценному имуществу группы.

– За одно это его следовало прибить, – заявила Настя. – И, если ты не заметила, Вика, то он был готов пустить ружье в ход. А если бы оно заряжено было?

– Так я его и не защищаю, – всполошилась Виктория. – Это профессиональное любопытство.

– Излишнее любопытство есть грех. – Генриетта назидательно ткнула указательным пальцем руки в воздух. – Это есть был плохой человек, теперь его нет. Это хорошо.

– Что ж, закончим обсуждение этого события, – подытожил я. – Я считаю, что здесь больше говорить не о чем. Тем более есть масса других тем, более животрепещущих и необходимых. А именно – план работ на сегодня и распределение людей на них. Да, народ, надо трудиться, ничего не поделаешь.

Рэнди немедленно поднял руку и что-то сказал – судя по всему, Елена всю дорогу ему синхронно все переводила.

– Я понял, амиго, – отмахнулся я. – Ты дальше драконишь монитор. Святое дело, нет вопросов.

– Эмм, – поднял руку Герман, переглянулся с Профом и начал говорить: – У нас все-таки есть мысль о том, как можно было бы сделать нечто вроде подъемника, пусть и примитивного, но действующего. Среди вещей с монитора мы вчера приметили несколько деталей, которые могут пригодиться, плюс, может, что-то мы найдем на борту. Ну и веревка нам еще необходима, та, что ты у Окуня взял.

Подумав немного, я дал добро на эти работы, но решил для себя: если за сегодня они ничего путного не смастерят, то завтра погоню их в лес за дровами. Подъемник – вещь нужная, полезная, но знаю я этих умников-ученых. Сначала будут полгода чертить, потом – столько же спорить, и только после появится кривой и косой опытный образец. Мне такого не надо, мне нужен запас еды и дров. То есть подъемник необходим, бесспорно, но если у них не выйдет, то сами виноваты. Инициатива – дело такое… Она всегда тюкает инициативного.

– И еще, Сват, – помялся Герман. – Я вчера нахальнейшим образом, без вашего ведома, сунул нос в бумаги, которые вы принесли с собой, и должен признать, что они крайне небезынтересны. Вы не против, если мы с Ильей Ильичом их немного поизучаем? Без чтения нам тяжело, да и информация об этом мире лишней не будет.

– Только приветствую это благое дело. И – сразу поручение. Я догадываюсь, где мы сейчас находимся, но у этой догадки – огромный радиус. Попробуйте найти топографическую привязку, хорошо? Что до карты – она лежала там же, с бумагами.

– Да-да. – И умники заулыбались, явно довольные и собой, и жизнью.

– И вот еще что – на подсобные работы я передаю вам Гравера. Принести, подержать, сходить, привязать – ну, вы поняли. Гравер, тебе все ясно? Или у тебя есть другие планы?

Художник посмотрел на то место, где растворился в воздухе Трифон, и помотал головой, давая понять, что у него других планов нет.

– Поглядите. – И Владек показал рукой на реку. Я сразу же повернулся к ней. Это что же там такое произошло, коли поляк по-русски что-то сказал?

Вроде бы все как всегда: река течет, вода плещет, волны, вон, небольшие есть.

– To gra ryba[5]!!! – Владек подбежал к самой воде и ткнул пальцем в круги на поверхности реки.

– Он говорит, что это играет… – немедленно сказала Елена, но я ее перебил:

– Рыба. Лен, даже не зная языка, слово «рыба» понять можно.

Владек несколько раз подпрыгнул на месте, видимо выражая радость от происходящего, а после погрустнел.

– Что такое? – глянул я на Лену, та немедленно что-то спросила у Владека.

Оказывается, наш поляк опечалился из-за того, что все происходит точь-в-точь как в поговорке про локоть и желание его укусить. Играет рыба далеко от берега, на глубине. Там ее в «морду» не возьмешь, а снастей у нас нет.

Лена повздыхала, переводя это мне, а после еще и Рэнди.

Испанец выслушал ее и, подойдя к Владеку, с загадочным видом поманил его за собой. Тот не понял, в чем дело, но двинулся за приятелем.

Рэнди открыл тот ящик, где были сложены разные предметы с монитора, и загремел в нем каким-то железным хламом.

– Я так думаю, что в конце концов он этого ржавого монстра вообще на детали разберет, – негромко сказала мне Галка. – Винтики – в один мешок, гаечки – в другой…

– Да фиг тебе, – не стала молчать и Настя. – Полагаю, все наоборот будет. Рэнди эту галошу на воду спустит и плавать на ней станет. Сват, ты как думаешь, кто из нас прав?

– Это Рэнди, – не стал я усугублять спор. – Вы вот так думаете, а он из этой ерунды возьмет и самолет соберет. Кто знает, что у него в башке?

Рэнди с довольным лицом вынул из своих закромов какой-то мешочек, по виду брезентовый (вот куркуль, когда успел?) и с гордостью отдал его Владеку.

– Матка Бозка! – завопил поляк, только заглянув в него.

Он задрал голову вверх и проорал что-то такое, что даже Лена, по-моему, не поняла.

Оказывается, Рэнди вчера отыскал в одном из закутков трюма что-то вроде кладовки, где хранили разный хлам. Может, это была заначка тамошнего боцмана, может, экипаж монитора просто завел помещение для всякой всячины, кто его знает? Вот именно там испанец и нашел этот мешочек с заржавленными архаичными рыболовными крючками. Он хотел было нам про него сказать, но замотался, к тому же Владек заявил, что здесь рыбы нет.

Обретя крючки, поляк немедленно обеспокоился вопросом лески. Он немного побегал по пляжу, повертел в руках разные веревки, потерзал Рэнди, который только знай разводил руками, заверяя его, что у него такого нет, и в конце концов уселся рядом с нами, жадно поглядывая на толстую русую косу Валентины.

– Не дам, – догадалась, в чем дело, Валя и пододвинулась поближе ко мне. – Сват, скажи ему. Я эту косу себе специально в редакторе приделала! Не дам!!!