Танец на раскаленных углях - Александр Сухов

За внешним периметром поселка беспечно паслись овцы. Тысячи, а может быть, десятки тысяч овец.

Каким-то необъяснимым образом Брюсу удалось подогнать «бээмдэшку» почти вплотную к заграждению из колючей проволоки, не задавив при этом ни одного барана. Роль этого заграждения была без объяснений понятна – не допустить внутрь оазиса цивилизации бестолковых животных, дабы своим видом и громким блеянием те не беспокоили уважаемых постояльцев отеля и коренных обитателей.

Оставив за дневального юного мага, весь экипаж машины дружной сплоченной толпой вывалил наружу. Брюс клятвенно пообещал Фарику не забыть о нем и обязательно обеспечить доброй порцией выпивки. В ответ юноша замахал руками и, сославшись на врожденное отвращение к спиртному, отказался. Но ветеран был неумолим:

– Не хочешь сам – отдашь другу!

При этом всем без объяснений было ясно, на какого такого друга намекал Брюс.

Не успели мы сделать и пяти шагов в сторону обмотанных стальной «колючкой» ворот, как с разных сторон к нам устремилось десятка полтора лохматых офирских овчарок. За всю свою жизнь я никогда не сталкивался нос к носу с представителями этой породы, но то, что мне было известно, заставило меня в срочном порядке извлечь из кармана безотказный «скорпион».

К счастью, применять оружие не пришлось. Щеголяя моднячим прикидом, на сцене появилось четвероногое существо угольно-черной масти и громко постучало по трибуне председательским молотком, призывая зрителей отнестись к докладчику с должным вниманием и уважением. Конечно же, никакого молотка и трибуны не было, но и без этих бюрократических атрибутов собравшаяся публика была готова внимать, широко распахнув пасти и вывалив набок языки, каждому слову заезжего столичного лектора.

Некоторые буяны попытались надавить на собравшихся и сорвать интереснейшее мероприятие. Видите ли, зачем нам какая-то скучная лекция?! Даешь сразу танцы!

Однако наш лохматый друг был стреляным воробьем и кроме хорошо подвешенного языка знал парочку приемов из арсенала боевых собачьих искусств.

Наметанным глазом опытного психолога он вычленил из толпы главного зачинщика беспорядков и без спешки направился прямо к нему. Когда расстояние между хулиганствующим элементом и докладчиком сократилось до пяти шагов, нервы у нарушителя порядка не выдержали, и он, поджав хвост, позорно ретировался. Остальные его дружки, не дожидаясь, когда на них обратят особое внимание, внезапно вспомнили о каких-то неотложных делах и также срочно покинули вечеринку.

Окинув благосклонным взглядом оставшуюся публику, состоящую исключительно из особ женского пола, наш герой негромко зарычал, как бы предлагая:

– К черту скучные лекции, мои милые красавицы! Едем к цыганам за реку в табор, веселиться, пить игристое вино, танцевать до упаду, без устали предаваться порочной страсти! – и первым что есть мочи рванул с места в карьер.

В мгновение ока кавалькада, возглавляемая Злыднем, скрылась из поля нашего зрения.

– Во дает зверюга! – всплеснул руками Брюс. – Это ж, какое обоняние нужно иметь, чтобы так ловко захомутать такую кучу баб, отшить мужиков и никому при этом не вмазать по скуле?!

– Ты имеешь в виду обаяние?

– Какая разница, Коршун! Вечно ты придираешься к моим словам! Обоняние, обаяние – не все ли равно, главное, все прекрасно поняли мою мысль.

– В таком случае, правильнее будет сказать «харизма», – уточнил Матео. – Только не произноси это слово на свой дурацкий манер – «харизьма». Ухо режет.

– Вы чего это сегодня на меня взъелись, грамотеи?! – возмутился ветеран. – Как хочу, так и говорю! Я академиев не заканчивал!..

– А стоило бы! – задорно сверкнул зубами Его Величество. – Учиться никогда не поздно. Может быть, по возвращении определить тебя в студенты какого-нибудь университета?

Брюс немного поостыл и шутку своего короля оценил вполне адекватно.

– Не… студентом не пойду! Академиком – пожалуйста!

– Ага, – с трудом пытаясь сохранить серьезное выражение лица, заметил я, – докторскую диссертацию на тему «Сравнительные характеристики алкогольных напитков разной крепости» ты напишешь и защитишь легко. А там и до почетного члена нордландской академии рукой подать.

– Поиздевались, и хватит! – махнул рукой компаньон. – Пойдем, пиво киснет! Солнце вот-вот за горизонт закатится.

Брюс был прав. Солнечный диск уже почти коснулся края земли. Несколько минут – и вокруг воцарится кромешная тьма. Действительно, стоило поторопиться, чтобы в потемках не пересчитать носом ступеньки местного торгово-развлекательно-оздоровительного комплекса. Оздоровительного в том плане, что усталые путники здесь могут выспаться в более или менее человеческих условиях, а крепкий, спокойный сон – лучшее из всех лекарств. Впрочем, заниматься оздоровлением своих организмов мы здесь не собирались. По кружечке пивка перед броском через пустыню – и снова в путь.

Часового у входа не оказалось, поэтому для того, чтобы проникнуть внутрь поселения, пришлось самим немного повозиться с неудобной колючей преградой. Местная цивилизация пока не додумалась приспособить дверную петлю к створке ворот. Брюс приподнял один ее конец, высвобождая из паза, и отодвинул на полметра, а когда мы проникли внутрь, «захлопнул калитку» за нашими спинами.

Внутри поселения было достаточно уютно. Травка подстрижена. Колодец в трех метрах от каменной стены фактории-ресторана-гостиницы накрыт сверху деревянным люком. С десяток кур под предводительством бравого петуха, несмотря на позднее время суток, гуляют по двору, остальные квохчут в курятнике – устраиваются на покой. Из-за закрытой двери одного из сараюшек доносится коровье мычание. Ни души. Идиллия.

Цокольный этаж фактории возвышается над поверхностью земли до уровня человеческого роста и выложен из необработанных валунов, скрепленных между собой цементным раствором. Стены первого и второго этажей кирпичные. Крыша из оцинкованного железа в багровых лучах закатного солнца горит, будто раскаленный металл в кузнечном горниле.

Рядом с колодцем, буквально уткнувшись бампером в стену здания, стоит «Ти-рекс» с размашистой надписью по бортам: «Нордландсая Национальная Телерадиовещательная Компания» и ниже на фоне стилизованной телевизионной тарелки поскромнее – «Второй Телевизионный Канал».

– Ух ты! – удивился я. – И где только земляков не встретишь! Удивительно, но факт – в офирскую Тмутаракань журналюги пожаловали! Сколько эта братия вылила на мою бедную головушку помоев – на всех поп-звезд Вундертауна хватило бы, но ни разу не имел чести быть представленным хотя бы одному из них лично! Не думал и не гадал, что столь радостное событие произойдет именно здесь.

– Теперь у тебя появился реальный шанс поквитаться, – король весело посмотрел на меня. – Только смотри, не переборщи!

– Стану с ними связываться! Пусть живут! Какая-никакая польза от них все-таки иногда бывает.