Экипаж - Александр Рудазов

Косколито начал разворачивать корабль — скерхемозо атаковали и с другой стороны. Фрида часто задышала — в таких условиях управлять гиперкубом очень трудно. Но покидать гипер в столь критический момент было бы безумием — никто не знал, где «Вурдалак» мог приземлиться.

В задней части что-то затрещало — один из скерхемозо проник сквозь обшивку. Раздался еще один треск, а потом оглушительное шипение — Рудольф включил гравифон. Обшивка ужасно заискрилась, по ней пошла нитевидная трещина, но скерхемозо, проникшие внутрь, погибли. Еще несколько таких же снаружи разлетелись на обрывки молекул — где-то в недрах корабля сработал Сиреневый Бархат.

Снова завопили лазеры. Рванула еще одна ракета — на сей раз разрывная. На месте взрыва гипер всколебался, как океан в шторм. Бухнул скерхекатор в верхней части «Вурдалака» — за него уселся Соазссь. Стрелял он так себе, но в данном случае меткость и не имела значения — достаточно было просто выстрелить. Хоть куда-нибудь. От этой пушки во все стороны расходились помехи, лишающие скерхемозо ориентации в пространстве.

— Какая большая стая… — слабым голосом констатировала Фрида. Она держалась за голову — скерхемозо испускают собственные ментальные волны, крайне дурно влияющие на телепатов. Сейчас гиперпроводница чувствовала себя примерно так же, как человек, против собственной воли вынужденный сидеть в двух шагах от телевизора, орущего вдесятеро громче нормы. — По правому борту еще двое…

«Вурдалак» снова начал разворачиваться. Койфман поглядел в прицел и надавил на гашетку, поливая лазерным огнем ближайшего скерхемозо. Тот отшатнулся от звездолета, и его тоже накрыла волна гиперлуча. Остап выпустил еще одну разрывную ракету, гася второго.

— [Желто-синие полосы, белый прямоугольник] , — заметил Сиреневый Бархат, влетая на мостик.

— Точно, — согласилась Джина. — Не гипер, а британское гетто — шагу не пролетишь, чтобы эти уроды не напали! Понимают же, что ничего не получится, а все равно лезут!

— Ну, Джиночка, не скажи, — не согласился Койфман, утирая пот со лба. — Это мы нашпиговали корабль всякими стрелялками так, что места свободного не осталось, а другие жмотятся, надеются проскочить… и становятся кормом для скерхемозо. Помню, когда капитан покупал скерхекатор, Соазссь чуть концы не отдал — дорого показалось. А теперь сам из него стреляет и не жалуется…

— Капитан — умный человек, — неохотно признала Джина.

— Единственный умный человек, — прибавил Косколито. — Единственный человек, которого мошно поставить наравне с нами, серранами. Почти наравне. Ну, он уш точно выше остальных человеков!

На мостик вошел Остап, зачем-то несущий на плече еще одну ракету. Заметив удивленные глаза экипажа, он посмотрел на свою ношу, хлопнул себя по лбу и пошел обратно — возвращать снаряд на место.

— А был ли смысл трепыхаться? — равнодушно спросил Дельта, неподвижно сидящий в углу. — Оттягивать это бессмысленное существование…

— Единственной ошибкой капитана было то, что он купил этого робота, — приятно улыбнулся Койфман. — Может быть отправим его за борт, пока капитана нет?

— Я согласна! — загорелись глаза Джины. — Ребе Аарон, можно я?!

— А мне все равно… — вяло откликнулся Дельта. — Что хорошего в такой жизни?

Через пару часов «Вурдалак» вышел из гипера и влетел в «Перевал».

«Перевал» — это огромная космическая станция, находящаяся на оживленном перекрестке гипертоннелей. Большинство таких тоннелей находятся где-нибудь на границах звездных систем, но бывают и исключения, как в данном случае. Точнее говоря, исключений не бывает — эти тоннели возникают под действием звездной гравитации, и там, где нет звезд, не может быть и тоннелей. Но зато бывают случаи, когда сама звезда уже успела погаснуть, стать черной дырой, а затем и вовсе исчезнуть, а ее тоннели по-прежнему находятся на прежних местах. Так произошло и здесь.

Никто не знал, как выглядела звезда «Перевала», были ли у нее планеты и жил ли на них кто-нибудь. Сейчас на этом месте находился всего лишь еще один участок космического вакуума. И космическая станция огромных размеров — с маленькую планету. Там, внутри, размещался исполинский город, населенный представителями тысяч рас — «Перевал» не принадлежал ни одному государству. У него была собственная администрация, свой капитан (главнокомандующий космической станции также называется капитаном), свой свод законов и даже своя валюта.

Никто не знал, кто и когда построил эту станцию. Ни одна цивилизация не могла сказать, что помнит то время, когда «Перевала» еще не существовало. Среди его населения встречались существа, оставшиеся только здесь: большинство из них и сами не могли объяснить, с какой планеты произошел их вид.

Вокруг «Перевала» постоянно вращались сотни звездолетов — многие космические корабли вообще не предназначены для посадки на твердую поверхность. Однако «Вурдалак» мог это делать, и был достаточно мал, чтобы протиснуться в рукав станционного шлюза. Поэтому он получил разрешение на посадку и пришвартовался на одном из свободных причалов.

— Мне срочно надо выпить, — пробурчал Косколито, выходя наружу.

— Я с тобой! — догнала его Джина.

У «Перевала» не было космопортов. Были причалы. Очень много причалов. А вокруг них кипела самая обычная жизнь. Если, конечно, ее можно так назвать…

— Интейесно… — пробормотал Соазссь, изучая по информу местную сводку новостей. Раздел объявлений. — П’йедлагают доставить на Посейдон пайтию ойехов Г’йи-Г’йи. Может, возьмемся? Все йавно на Посейдон летим… А деньги хойошие.

— Моя не хоти ореха, — замотал плоской головой Дитирон. — Моя хоти жареный мясо… или вареный… или супу….

— А что это за орехи? — поразился Ежов, заглянув в голокуб и увидев цену, предлагаемую за перевозку всего-навсего одного центнера орехов.

— Справка, — тут же подсуетился VY-37. — Орех Гри-Гри — двудольное растение семейства ореховых. Произрастает исключительно на планете Вено, принадлежащей меласдарам. По невыясненным причинам не способно расти на других планетах. Обладает необычным специфическим вкусом, у некоторых рас считается деликатесом. Для твинодаков является наркотиком, вызывает быстрое привыкание, на их планетах запрещен.

— На Посейдоне твинодаков нет, — тут же уточнил в информе Соазссь. — И вообще планета п’йинадлежит человекам.

— А если это окажется очередная ловушка? — ласково посмотрел на него Койфман. — Соазссь, дружок, хватит уже жадничать, хорошо? Мишенька, как дела с расследованием?

— Движется, — неопределенно повертел рукой Ежов. — Аарон Лазаревич, хватит меня дергать! Я уже кое-что раскопал и накопаю еще больше, если меня не будут ежеминутно спрашивать!

— Ай-яй-яй, Мишенька, как не стыдно хамить старому человеку? — укоризненно покачал головой бывший раввин. В его ехидных глазках плясали веселые огоньки.

— Мне нужно кое-что уточнить, Аарон Лазаревич, — примирительно сказал Михаил. — Но могу вас успокоить — если моя версия верна, капитан Моручи жив и здоров.