Средневековая история. Первые уроки - Галина Гончарова

– Я знала. Ты у меня самый лучший! И замечательный!

Лейф обнял женщину.

– Знаешь, она какая-то странная.

– Да?

Проблемы Лилиан Иртон волновали женщину намного меньше, чем теплая мужская рука, обнявшая ее за талию.

– Почему она странная?

– Она со всеми обращается одинаково, – сформулировал Лейф то, что его беспокоило.

– Одинаково?

– Я слышал, как она разговаривает со своими крестьянами. Со мной. С мэром. С ювелиром из эввиров. Понимаешь, мы для нее все равны. Она со всеми разговаривала уважительно.

– Даже с эввиром?

Нельзя сказать, что вирмане и эввиры не любили друг друга. Но Ингрид знала, как к ним относятся.

– Ее это не волновало. Для нее он прежде всего был человеком. И… ко всем она относится словно бы с опаской.

– Странно…

– Очень странно. Радость моя, она хотела с тобой познакомиться…

– Со мной?

– Я ей сказал, что вирмане не слуги…

– А что она ответила?

– Что душа у всех одинакова.

– Душа одинакова. Но она – графиня.

– Я думаю, через десять минут разговора ты об этом забудешь. Она умеет быть очень обаятельной, когда пожелает.

– И для тебя?

Лейф только фыркнул.

– Свет мой, для меня в этом мире есть только одна женщина. Ты. А Лилиан Иртон… она помогла нам. Нам служить ей, жить в ее доме, есть ее хлеб… Почему бы вам не попробовать найти общий язык?

Ингрид кивнула. Но как-то неуверенно.

Если эта толстая стерва положит глаз на ее мужа – она ей все косы выдерет!!!

Его величество Эдоард Восьмой посмотрел на сына.

– Проходи. Садись.

Рик одарил отца белозубой улыбкой и присел на стул.

– Что случилось, отец?

– Тебе через пару дней отправляться в Уэльстер.

– Да. Кстати, Джес пробил в посольстве место…

– Об этом потом. Рик, я очень тебя прошу, не торопись с выбором.

Рик поднял брови.

– Даже если тебе понравится девушка, даже если ты потеряешь от нее голову, не спеши делать ей предложение. Пообещай мне.

Рик пожал плечами.

– Обещаю. А почему…

– Ты знаешь, как мы познакомились с Джесси?

– Да. На твоей свадьбе.

– Я не хочу, чтобы ты повторил мою судьбу. Присматривайся к девушкам, выбирай, если понадобится – мы пригласим их приехать сюда, может, даже так будет и лучше…

– Почему бы сразу этого не сделать?

– Потому что на месте ты можешь узнать много того, что не узнаешь здесь. Присмотрись к девушкам у них дома, а потом посмотришь на них здесь. Где все чужое и незнакомое.

– Ты так серьезен…

– Имоджин так и не стала мне женой. А когда поняла, что я ее не полюблю, стала моим врагом. У нас обошлось без серьезных последствий. Но смерть твоего старшего брата, смерть Джайса…

Оговорка многое сказала Рику.

Эдмона отец даже не назвал по имени. А Джайса…

– Ты был очень близок с графом.

– Они с Джесс были одним целым. А я ее любил. Джайс стал мне почти братом. Как, надеюсь, тебе – Джерисон?

– Мне жалко, что мы не родные по крови.

– Довольствуйся тем, что есть, – Эдоард погрозил сыну пальцем.

Эту тайну он унесет с собой в могилу. Лучше Джесу не знать, что в его жилах есть королевская кровь. Да и Рику тоже.

Целее будут.

Нет, Эдоард не боялся, что Джес затеет что-то против брата. Или Рик…

Но что знает один – не знает никто. А вот если рассказать мальчикам… Неизвестно, где и когда всплывет эта тайна. А при дворе хватает подонков, любящих играть чужой жизнью.

Мальчишки же еще…

Дал бы Альдонай ему еще лет десять жизни, хотя бы десять лет…

Джесс подождет его. И Джессимин, и Джайс – они оба там, за порогом.

– Пап, я обещаю присмотреться. – Рик порывисто скользнул на колени к креслу отца, и Эдоард, совсем как в детстве, потрепал густые светлые вихры.

– Не соверши моей ошибки, сынок. Что там у Джеса с этой вдовушкой?

– Кажется, все серьезно.

– Плохо.

– Отец…

– Ты не забыл, что Джес женат? И ему нужен наследник от Лилиан?

– Забудешь такое… бочка с салом!

– Цыц! Ты знаешь, что верфи Августа одни из лучших в стране?

– Знаю. Ради такого на свинье женишься. Но делать ей наследника… брр…

– А необходимость? С Джесом я еще поговорю. Пусть сначала сделает законного ребенка, а потом гуляет на стороне. Иначе сам понимаешь, закон суров.

Рик понимал.

Если Лилиан умрет, не оставив Джесу наследника, ее приданое останется у Джеса. Да. Но это деньги. Много, но только деньги.

А верфи, которыми до сих пор заправляет старый Август, не достанутся никому.

Август завещает их той же церкви. Он человек религиозный. А этого Эдоард не хотел.

Его величество, хоть и верил в Альдоная, но искренне считал, что после Бога на земле король. А потом уже и церковь. И лучше не давать ей слишком много воли. А то вон, в Уэльстере Гард до сих пор с ними ругается.

Наглость какая – короля судить!

– Я напомню ему. Но мне кажется, что там любовь.

– Если кажется – молись Альдонаю. Иди уж, шалопай. Ты, надеюсь, с собой никого не тащишь?

Рик замотал головой.

Последняя его пассия оставалась дома, весьма недовольная. Но Рик сначала был принцем Ативерны, а потом уже мужчиной и рыцарем. Если ты, дорогая, можешь расстроить мое сватовство, а заодно и союз с соседями, сиди лучше дома.

А что дуешься… так баб много. Найдем, кому юбку задрать. Еще как найдем.

Эдоард улыбнулся.

– Ладно. Иди. И поговори с Джесом.

– А ты с ним не поговоришь?

– Поговорю. Только я в кабинете, а ты за бутылкой вина. Авось не я, так ты ему втолкуешь.

Рик только головой покачал.

– Ваше величество, вы – интриган.

– Учись, пока я жив.

– Буду учиться.

Рик раскланялся и вылетел из кабинета.

Эдоард улыбнулся ему вслед.

Уэльстер. Ивернея. Кого бы ни выбрал сын – это будет неплохо. Главное, пусть будет счастлив.