Сделка со зверем - Екатерина Каблукова

– Возьмите один из моих поясов, – Честер безошибочно уловил растерянность девушки.

Она вспыхнула:

– Вы подсматривали?

– Почти нет. – Он открыл один из сундуков, стоявших у стены, порылся и протянул жене пояс – тонкий ремень, щедро украшенный чеканными бляхами с изображением рыси. – Кажется, я задолжал вам утренний дар…

– Не думаю, что вы должны мне что-то, – осторожно возразила Ариадна.

Она знала, что муж после брачной ночи обязан одарить жену.

– Тогда позвольте мне сделать подарок просто так.

И он застегнул пряжку. Пояс оказался слишком большим и спадал на бедра, отчего Ариадна почувствовала себя одной из тех дев, которых искусные мастерицы прошлого вышивали на своих гобеленах.

Она оглянулась в поисках гребня, который обнаружился рядом с кувшином для умывания.

– Вы позволите?

– Разумеется, – кивнул герцог. – Помните, вы – хозяйка этого дома.

– Всего лишь на год, – по привычке возразила девушка.

Судя по тому, как Честер сверкнул глазами, эти слова его задели. Но он промолчал, не желая ссоры на пустом месте.

Молчала и Ариадна. Она старательно расчесала волосы и заплела в косу, потом нерешительно взглянула на герцога, гадая, злится ли он на ее неосторожные слова, но по его лицу трудно было прочитать мысли.

– Где вы желаете завтракать, миледи? – бесстрастно поинтересовался он.

– Какая разница? – пожала плечами девушка. – Не стоит ради меня менять свои привычки!

– Да вы просто идеальная жена! – хмыкнул Роберт, и Ариадна поняла, что он все еще злится.

Высокородный вельможа, некогда один из самых желанных женихов королевства, он не привык к равнодушию женщин, и теперь самолюбие было задето.

Он подошел к кровати и дернул витой шнур.

– Скажи, пусть накрывают в малой столовой! – отрывисто приказал Честер моментально появившемуся в дверях Паскуале. – И пошли кого-нибудь за вещами миледи!

– Не стоит, – вмешалась Ариадна. – Я приказала Дженни приехать сюда к полудню. Она должна захватить мои сундуки.

– Весьма предусмотрительно с вашей стороны! – поклонился герцог и обернулся к слуге. – Ты еще здесь?

– Прошу прощения, милорд. – Паскуале ничуть не обескуражил грозный тон хозяина. – Но я взял на себя смелость приказать подать завтрак сюда. Мне отменить это распоряжение?

Честер передернул плечами и повернулся к жене:

– Миледи?

– Я же сказала, что не хочу менять ваши привычки, – тихо отозвалась она. – Если вы привыкли завтракать в спальне…

– В последние три месяца я привык завтракать в тюремной камере, не думаю, что вам там понравится, – холодно отозвался он.

– Почему же, если это место нравится вам, оно должно быть ничуть не хуже других, – съязвила Ариадна и повернулась к слуге, все еще стоявшему на пороге. – Паскуале, так, кажется, тебя зовут? Скажи, чтобы гребцы незамедлительно спустились к реке! Мы с милордом едем завтракать в Сен-Антуан!

– Миледи… – ошеломленно пробормотал тот, а Честер разразился смехом.

– Не думаю, что лорд Таусенд будет рад нас видеть, – заметил он.

– Что ж, если он закроет ворота, расположимся на набережной. К тому же это прекрасный повод вернуть ему ту лодку, которую вы позаимствовали! – фыркнула Ариадна, не желая терять боевой настрой.

Честер покачал головой.

– Для этого нам придется отправиться к Маккон-хаузу. Кстати, почему вчера вы предпочли ехать по тракту, а не по реке?

– Потому что все гребцы уехали с вами, милорд! – уже спокойно пояснила Ариадна.

Честер нахмурился.

– Хотите сказать…

– Вы не оставили мне выбора.

– Вы могли переночевать и приехать сюда утром.

– Не думаю, что это существенно что-либо изменило! – Она повернулась к Паскуале, который все еще стоял в дверях и жадно прислушивался к разговору. – Поскольку его светлость переложил на меня решение о завтраке, то принесите еду сюда и желательно поскорее!

Слуга бросил быстрый взгляд на хозяина, убедился, что тот не возражает, и поспешил выйти.

Это не укрылось от Ариадны. Она скупо улыбнулась:

– Похоже, ваш слуга не разделяет мнение, что мои приказы стоит исполнять.

– Желаете, чтобы я наказал его за это?

– За верность следует только поощрять. Как я понимаю, Паскуале – единственный, кто остался в усадьбе после вашего ареста?

– Верно. – При воспоминаниях Честер недобро прищурился. – Но это не значит, что его верность нельзя купить. Возможно, ему просто не предложили подходящую цену.

– Неужели вы считаете, что все люди способны предать?! – воскликнула девушка.

Она изумленно смотрела на мужчину, словно видела его впервые.

– Я же был в Сен-Антуане, вы забыли?

– Вы так часто напоминаете мне об этом, что я начинаю думать, будто вы гордитесь своим заключением.

– Возможно. А возможно, я просто вынес урок, что никому нельзя верить, – Честер криво улыбнулся.

Ариадна не стала продолжать неприятный разговор, тем более что в этот момент Паскуале внес поднос с завтраком в комнату. Подчеркнуто вежливо осведомившись у жены хозяина, желает ли она что-то еще, он перевел взгляд на герцога, дождался его дозволения и вышел.

Во время завтрака никто не сказал ни слова.

– Паскуале покажет вам дом, – Честер первым нарушил затянувшееся молчание.

– В этом нет необходимости.

– Предпочитаете остаться здесь?

– Нет, но я вполне могу сама осмотреть особняк. Или вы не доверяете мне настолько, что готовы приставить соглядатая? – последняя фраза вырвалась сама.

Герцог хищно прищурился, и Ариадне показалось, он вот-вот обернется, чтобы вильнуть хвостом.

– Я не доверяю окружающим! – отчеканил он. – Арбалетчик сидел в засаде не просто так, он явно поджидал вас! А учитывая то, что ваше решение мчаться сюда в ночи было весьма спонтанным, у меня возникают подозрения, что в дело замешан кто-то из ваших слуг, которых сейчас полно в этом доме! – Честер усмехнулся, заметив ошеломленный взгляд девушки. – Как я понимаю, подобная мысль даже не пришла вам в голову?

Ариадна покачала головой. Она не стала признаваться, что долго размышляла, кто мог предать ее. Вчерашняя ночь словно подернулась дымкой забытья – память старательно оберегала хозяйку от потрясений. И вот теперь слова Честера всколыхнули воспоминания: темнота ночи, звон тетивы и арбалетный болт, пролетевший над головой так близко, что его оперение коснулось волос.

По спине повеяло холодом.