Искры истинной магии - Владимир Мясоедов

– Я действительно могу это сделать, – кивнул инквизитор, – но все же моя обязанность предостеречь вас и направить на путь истинный…

Никогда не любил демагогию. К тому моменту, когда эти двое наконец-то дошли до самого главного вопроса: «Сколько?», – я уже всерьез рассматривал возможность заплатить индульгенцию за награждение дежурного священника оплеухой. Или переломом.

– Вижу я, что не хотите вы свернуть с пути, в тьму безжизненную вас уводящего, – сдался наконец священник. – Но знайте же, что отныне за вами будут внимательно следить наши братья, и если они заметят применение вами греховных сил, то…

– Так мы же вроде бы разрешение на них и покупаем, – возмутился Ассасин, которого, видимо, тоже уже достало долгое ожидание.

– Вряд ли вы сможете себе это позволить, – гадко ухмыльнулся инквизитор. – Пожизненная индульгенция на темные чары, не нарушающие законов власти местной, стоит двадцать золотых!

– Сколько?!

Кажется, вопль принадлежал мне. Двадцать золотых! Да за эти деньги… за эти деньги… Деревенька на десяток дворов. Дом в столице. Отряд неплохих наемников на полгода службы!

– Не смею задерживать, – хмыкнул священник, – можете идти. Но помните, отныне за вами будут присматривать, и как только вы примените темные чары, тотчас же накажут. Вы все еще не хотите пойти на службу в орден Хранящих?

Так вот где мышеловка в этом сыре! Ну конечно! Темные маги, которые хотят официально работать, либо платят бешеные деньги, либо попадают под колпак соответствующей службы. А из-под него есть только две дороги. Или в ряды инквизиции, или в тюрьму. Блин, кажется, мы сейчас сильно обеднеем.

– Можете не утруждать себя слежкой, – вздохнул Алколит и полез за пазуху. – Дайте три.

– Что? – сбился инквизитор.

– Ну, нас здесь трое, так ведь? Так вот, на каждого по лицензии.

Шесть мешочков, в каждом из которых было по десять золотых, глухо звякая, опускались на круглый стол.

– Ну что ж, коллеги, что у нас дальше? – спросил Алколит, после того как двери воровского притона, то есть, пардон, собора, захлопнули за нами свои круглые створки, отсекая трех новолицензированных чернокнижников от святости сего места. Но эти инквизиторы те еще жучары. Интересно, как часто молодое дарование со способностями к темной магии идет от них в ряды Хранящих, устрашенное суммой налога и припугнутое обещанием устроить за ним неусыпный надзор? И еще один вопрос, зачем им столько малефиков на службе? Я не я буду, если отцы церкви не планируют использовать эту силу на какое-нибудь, несомненно, благое, другими они по определению не занимаются, деяние. К примеру, попытку построения царства божия в какой-нибудь отдельно взятой стране. В рекордно короткие сроки. Или, может, планируют миссионерскую деятельность в царстве Кин. А что? С такими тарифами они в ближайшем будущем наберут столько неофитов, что те им горный хребет насквозь продолбят.

– Ну, раз уж мы в центре цивилизации, – Ассасин подозрительно покосился на выдолбленную с краю площади канавку для стока нечистот, забитую отвратно пахнущим содержимым, – предлагаю заняться наконец дропом. Аллисандр мне столько рассказал про оружие гномьей ковки…

– Не уверен, что на него хватит оставшихся монет, – покачал головой я. – Во всяком случае, на хорошее и для всех.

– Ну, тогда хоть ассортимент посмотрим, – пожал плечами Артем. – Заодно попробуем добычу от гоблинов и тех бандитов сплавить. Хлам, конечно, но чего-то же он стоит? Или вы хотите финансы на какие-нибудь магические трактаты грохнуть?

– Вряд ли в продаже есть что-то действительно пригодное для самостоятельного изучения, – покачал головой Ярослав. – Иначе бы в этом мире волшебник сидел на колдуне и погонял чародея волхвом. Нет, какие-то пособия, конечно, мы найдем, но толку с них будет в лучшем случае как с атласа по карате ботанику, решившему стать мастером боевых искусств. А в худшем – не разбирающихся в товаре лохов нагреют на все имеющиеся деньги.

– Да и монеты до баронств приберечь стоит, – согласился с ним я. – Нам на новом месте еще жилище покупать и обустраивать. Куда именно, кстати, путь держим? А то мы Аллисандра уже задолбали просьбами уточнить маршрут, а он все никак не может дать толкового пояснения.

Беседа ничуть не мешала нам двигаться к родной телеге, на которой бдительным стражем соломы, скрывающей ценную поклажу, восседал лучник – его этот вопрос уже очень волновал. Парню хотелось как можно скорее получить обещанное вознаграждение.

– Да, – поддержал он меня. – Баронства, они большие. Даже больше княжества, если сложить все их земли вместе.

– А с оружием там как? – уточнил у него Артем.

– Как везде, – подумав, решил лучник. – Поделок криворуких подмастерий хватает, если поискать, найдешь клинок, выполненный опытным кузнецом, иногда везет наткнуться на творение мастера, но оно стоит столько, что дух захватывает не хуже, чем от кружки гномьего самогона.

– Значит, везти наши трофеи черт-те куда смысла нет, – подытожил вышесказанное Ассасин, просто жаждущий добраться до лавки с колюще-режущими предметами.

– Ну, если мы собираемся вооружить небольшую толпу, – задумался Ярослав.

– Крестьян, что ли? – не понял Артем.

– Ну, можно и крестьян. Но я вообще-то имел в виду зомби.

– Потише говори, ты, небритый завоеватель мира! – шикнул на него Ассасин. – Конечно, документы у нас теперь есть, но мало ли что…

– Кстати, по-моему, этот отряд стражи идет к нам, – вдруг перебил его лучник и показал рукой на группку облаченных в железо людей, целеустремленно шагающую в нашем направлении. Состояла она из двух десятков воинов в видавших виды, но, несомненно, неплохих вороненых кольчугах. По центру каждой был нашит блестящий щиток круглой формы. Предводитель отряда оказался облачен в самые настоящие латы, толстое железо не прикрывало только его лицо. Это был человек невероятно высокого роста, наверное, не меньше двух метров, а уж в сочетании с массивными доспехами он вообще казался исполином. В качестве оружия воин таскал на плече громадную двуручную секиру. Ее лезвие образовывало собой почти правильный круг и заканчивалось рукоятью цилиндрической формы.

– По-моему, это паладин, – задумчиво пробормотал Алколит, всматриваясь в него. – Не делайте резких движений. Левел у юнита высокий, и функция первого удара, похоже, присутствует.

Я активировал магическое зрение и мысленно согласился. Аура идущего к нам существа – человеком его назвать язык не поворачивался – внушала. Если у нас сквозь инородные добавки еще просвечивал кое-где природный красный цвет, то у хозяина секиры духовное тело казалось отлитым из потока расплавленного до белизны металла. Причем оно явно не было таким хаотическим, как у трех А, в нем присутствовали ясно видимые уплотнения, закрывающие, должно быть, особо уязвимые места, и имелись даже какие-то цепочки рун, отчетливо выделяющихся на общем фоне слегка иным оттенком. Интересно, что символы, их составляющие, вовсе не выглядели обычной, пусть и магической, письменностью, скорее уж они напоминали живых существ. Во всяком случае, я был готов поклясться, что они время от времени подрагивают. На фоне предводителя марширующие следом солдаты совсем не смотрелись. Подумаешь, какая-то белая повязка на лбу, а тело укрыто едва видимым фосфоресцирующим контуром. Их защита отличалась от той, что была у паладина, как бронежилет – от листа танковой брони. Неожиданно к воину света подскочила фигура откровенно темного вида, весьма похожая аурой на меня самого или, к примеру, Артема с Ярославом. Вот только в ее ауре имелись не то что цепочки неведомых символов, казалось, вся ее поверхность служит холстом для непонятных знаков. Неожиданно стража дружно сделала поворот и потопала в противоположном направлении.