Корни гор. Железная голова - Елизавета Дворецкая

После кубков богам хирдманы Торбранда и окрестные хёльды принялись толковать о разных близких вещах: о последних квиттинских походах, о собранном урожае, о торгах и ценах, прикидывали будущий зимний путь по Фьялленланду.

– Этим летом конунг не посылал ратной стрелы*, – поговаривали хирдманы. – Значит, вполне пора собирать дань.

– Пора-то пора, но много ли мы соберем? В каждой усадьбе работников стало поменьше…

– Где как. Помнишь Торсвейна Задиру? Такой залысый, со шрамом возле уха? Он привез с Квиттинга рабов человек десять – все молодые крепкие ребята. И распахал на другое же лето вдвое больше прежнего. Даже еще один двор поставил и старшего сына поселил. У него теперь две усадьбы.

– Да возьмут меня великаны, если с него не полагается собрать вдвое больше, чем раньше!

Хьёрлейв Изморозь и Кари ярл посмотрели на Орма Великана, потом насмешливо переглянулись.

– Ради того, можно сказать, и затевалась эта война, – мягко заметил Кари ярл.

– Пожалуй, я пойду поговорю с ней! – Снеколль Китовое Ребро подталкивал локтем своего друга Хродмара и кивал на квиттинскую заложницу. – Девушке же скучно, никто из наших болванов не догадывается ней побеседовать!

– Сёльви и Слагви беседуют с ней целыми днями! – старался унять его Хродмар. – А когда твоя жена узнает…

– И что? – оживленно перебил Снеколль, всегда пропускавший мимо ушей напоминания о своей жене. – Кто из них хочет на ней жениться? Сёльви или Слагви? Пожалуй, Сёльви она больше подойдет – такая же серьезная. Как по-твоему, она уже научилась их различать?

– Я не думаю, чтобы хоть один собирался на ней жениться. Они ведь привыкли все делать вместе, а тут поневоле придется разделиться. Чтобы не нарушить душевного покоя, им придется искать себе в жены двух сестер-близнецов.

– Что-то я такое слышал! – забормотал неугомонный Снеколль и принялся вспоминать. – Вроде бы в округе у Хрейдара Гордого были две такие девушки, не помню, чьи дочери…

– А если… – опять начал Орм, но тут послышался густой голос Эрнольва Одноглазого:

– Конунг, если ты позволишь, я хотел бы сказать тебе и дружине несколько слов.

– Тише! – Кари ярл махнул рукой на Орма, и тот замер с открытым ртом.

Торбранд конунг приветливо кивнул Эрнольву, вынул изо рта соломинку и слегка повел ею в воздухе, что означало приглашение говорить. Эрнольв Одноглазый поднялся на ноги. Он всегда так делал, будто боялся, что его не услышат. Стоя за столом, он возвышался над гридницей, как живой ясень, высокий и мощный. Настоящий великан!

– Я хотел поговорить вот о чем, – начал он. – Я так понял, что это был не последний наш поход на Квиттинг.

– Далеко не последний! – крикнул кто-то из Асвальдовой дружины. – Ты же слышал, что Гримкель Черная Борода предлагает нам совместный поход?

– Да, да! – Эрнольв сделал рукой успокаивающий знак. – Но на Гримкеля плохая надежда. А у вандров очень много умелых воинов. Они ведь постоянно воюют друг с другом. Что ни год, каждый херсир ходит войной на соседа, а тот на него. Один собирает дань с другого и платит дань третьему. А я побывал у пяти херсиров, не считая мелких хёльдов. Все пять сказали, что будут рады принять участие в нашем походе, и предложили хоть сейчас принести жертвы и освятить копья на жертвенниках. И трое из них для закрепления союза предложили своих дочерей в жены Торбранду конунгу.

– А также другим доблестным ярлам, если у них есть такая нужда! – крикнул Снеколль Китовое Ребро, и все в гриднице расхохотались.

– После Квиттинга у нас нет недостатка в невестах! – сказал Асвальд ярл и метнул взгляд на Хродмара сына Кари. Тот сердито стиснул зубы.

– Да, пожалуй, – лениво согласился Торбранд конунг и посмотрел на Борглинду.

Она поёжилась: под холодным взглядом этого человека ей всегда становилось тревожно и неуютно.

– Я скажу, что это глупая затея! – отрезал Хродмар ярл и метнул злобный взгляд Асвальду обратно, как перехваченное в воздухе копье. – Зачем нам эти вандры? Конунг окажется связан на всю жизнь, а верить им можно недолго. Они коварны и вздорны, а если мы с ними поссоримся, то их морские конунги* будут грабить наши корабли, где только ни встретят! Если бы у них был один конунг, как у всех порядочных людей, чтобы с ним можно было договориться… Или хотя бы тинг…

– Во время войны никому нельзя особенно верить! – вставил Стейнар хёльд. – Но если вандры освятят копья на жертвеннике, то не изменят. У них каждый херсир сам себе и конунг, и тинг!

– Вот и сватай твоему сыну дочку кого-нибудь из них! – крикнула Стейнвёр хозяйка. – А то он не знает, с кем бы выпить из кубка!

– Я сам разберусь… – начал отвечать Стейнар, но его голос потонул в шуме спора.

– Сначала надо разобраться, я уже говорил! – доказывал Кари ярл, крепкий мужчина с красивой, гладкой русой бородой и умными живыми глазами. – Надо хорошенько разобраться, кто из вандров наиболее достоин доверия и нет ли у него кровной вражды с другими, равными ему по силе. Потому что если так случится, то один будет помогать нам, а другой, назло ему, освятит свое копье за Гримкеля и квиттов…

– Пока мы будем это выяснять, придет время новой дани, и квитты опять ничего не дадут!

– Как это – ничего? – возмущался Кольбейн ярл, усмотревший в этом обиду сыну. – А это что? – Он махнул в сторону железной головы.

– А это дань от ведьмы! – крикнул Гейрбранд Галка. – Этого, прямо скажем, немного, хотя я не знаю, кто взял бы там больше! Вот если бы она всех убитых квиттов превращала в железо…

– Но так, чтобы они шли во Фьялленланд своими ногами, а тут сами ложились в плавильные печи!

– Мы и кроме железа добыли немало! – убеждал и Модольв Золотая Пряжка, заподозривший, что тут хотят осрамить добычу его племянника Хродмара ярла. – Где бы мы еще взяли столько меда, рыбы, шкур?

– Разве мы ради этого ковали оружие? Что у нас своей рыбы нет?

Борглинда с трудом сдерживала желание зажать уши руками и спрятаться под стол. Фьялли орали и вопили, с пьяной горячностью и упрямством перебивая и не слушая друг друга. Они с таким упорством и готовностью цеплялись к словам и начинали спорить, что и треска догадалась бы – у них есть свои причины не любить друг друга. Как в тяжбах, что разбираются на тингах, тут было несколько сторон: родичи Хродмара и Кари – родичи Кольбейна и Асвальда – родичи Эрнольва и Хравна… И у всех друзья, хирдманы, сторонники!

– Зачем нашему конунгу искать жену так далеко? – кричал Кольбейн ярл, стоя над опрокинутым блюдом и свирепо размахивая в воздухе сжатым кулаком. Его лицо раскраснелось от пива и гнева, на лоб упал густой клок волос, объясняя его прозвище – Косматый. – Зачем? Разве у фьяллей нет подходящих девушек? Разве не мы вправе продолжить род наших конунгов?

– Конунгу давно пора жениться! – горячо гудели и за женским столом. – А то его убьют, а из Валхаллы он ведь не пришлет наследника. Жениться до похода, обязательно!