Цветной Дозор - Карина Шаинян

Семен не шелохнулся, когда она подошла к нему сзади. Рука, сжимающая темную медь, показалась чужой; Тави равнодушно, будто со стороны, наблюдала, как пестик поднялся, а потом с тихим стуком опустился на голову мага, туда, где сквозь волосы просвечивала розоватая кожа. Невыносимо длинное мгновение казалось, что ничего не произошло: как будто Тави и вовсе не было в комнате, как будто движение руки было иллюзией, видением, навеянным взвинченными нервами. А потом маг чуть привстал; рука заскребла по столу, сминая исчерканный листок бумаги.

– Ой, – выразительно произнес Семен и мешком осел на пол.

Как-то слишком просто, неуверенно подумала Тави. Присела рядом с магом, пощупала пульс – ровный. Застыла от ужаса: ресницы Семена мелко задрожали, будто он подсматривал из-под полузакрытых век. Нет, показалось… Стиснув зубы и трясясь от отвращения к самой себе, Тави принялась обшаривать карманы мага.

В рубашке пусто – это и так видно, но надо было проверить. Шорты… черт, сколько же карманов! На Семене были грубые шорты до колен, сплошь обшитые карманами и карманчиками, какими-то молниями, кнопками, ремешками, тайными вместилищами: прекрасная вещь для путешествий, совершенно кошмарная – для обыска. И, конечно, набито было – от души. Кучка мусора рядом с поверженным магом росла, и Тави все больше нервничала. Гнутый гвоздь. Пачка бумажек, явно побывавших в стиральной машинке. Сигареты, зажигалка, бумажник, внутри – только деньги, кредитка и визитная карточка какого-то Колобова, менеджера ЗАО «Горсвет». Серебряное кольцо – может, оно? Вряд ли, надпись готическим шрифтом, похоже на старонемецкий… Фонарик, горсть монет, складной нож, флэшка, крестовая отвертка в чехольчике – боже, зачем ему отвертка?! Связка ключей, огрызок карандаша. Черт, неужели догадка неверна и артефакт хранит не Семен? Зря заехала по черепу… А казалось так логично: вещь не отдали бы местным дозорным, тлеющий конфликт между местными и приезжими Иными очевиден. Вещь важная – значит, хранить ее будет самый сильный и опытный. И хранить будет при себе: слишком напряжена ситуация, чтобы прятать ее далеко…

Россыпь грязных леденцов, облепленных табачной крошкой, какая-то цилиндрическая железка, рваный ботиночный шнурок… Стоп!

Трясущейся рукой Тави подобрала отброшенную сгоряча железку. Цилиндр размером с мизинец, запаянный с торцов. Узкая застекленная прорезь-окошечко. Внутри – свернутый в трубочку лист свинца, миниатюрный свиток, испещренный письменами. Тави приблизила цилиндр к глазам, вглядываясь в микроскопическую вязь значков. Санскрит. Или что-то очень похожее на санскрит… На каком еще языке мог говорить Сивапу?! Нашла!

Семен тихо вздохнул, и Тави испуганно вскочила на ноги. Нет, ничего. Лежит, дышит, в себя приходить не собирается. Тави подобрала карандашный огрызок, огляделась в поисках бумаги. Ее внимание привлек включенный ноутбук. Тави открыла страничку блокнота, быстро набрала: «Я забрала артефакт и пошла к Внимающим. Простите, но». Тут Тави зависла: оправдания и объяснения выходили слишком длинными. Она стерла «но», поставила точку. Хватит с него. Жаль, из скайпа маг вышел. Просмотреть бы историю сообщений… Ладно, и так везет невероятно.

А вот интересно: Чандра говорил, что связь с внешним миром перекрыта, а Семен спокойно разговаривает с Гесером. Иные… у них всегда дела лучше, чем у людей. И почему же имя шефа кажется таким знакомым? Тави нервно покосилась на Семена, открыла страничку Гугла. Первая же ссылка – на страничку Википедии. Тот еще источник информации, но за неимением лучшего…

Ого! Монгольский эпос, тибетский эпос… Безобразный сопливый ребенок Джору…

Тави икнула и тихо закрыла браузер. «А самый яростный и жадный из асуров – Джору, остерегайся его…» Правда, тот, кто предупреждал ее, сам оказался убийцей-психопатом. По имени Красный… Тави замотала головой, чувствуя, что мозг вот-вот взорвется.

– Потом, – тихо сказала она в пространство.

Будто в ответ жалобно застонал Семен, и Тави резво выскочила из-за стола. Так. Артефакт в кармане, на экране – открытая страничка с запиской. Нормально. Ходу, пока не оказалось, что Семен заработал сотрясение мозга без всякой пользы и смысла.

Снова мелькнула мысль, что все прошло как-то слишком просто, но Тави поспешно отбросила ее.

* * *

В отличие от «Сансамая» палаточный городок Внимающих ночью охранялся. Стража прозевала семенящую женщину в сари, но идущую широким шагом светловолосую девушку не заметить не могла. Стоило Тави приблизиться к лагерю, и перед ней соткались из мокрой темноты две сутуловатые фигуры. Не вооружены. Еще недавно это успокоило бы Тави, но теперь она понимала: отсутствие человеческого оружия означает, что перед ней маги. Людей бы она заморочила… Эффектно появиться прямо перед главарем – как там его – Хранителем Голоса Ратной не получится. Ну и ладно, обойдемся без театральных эффектов. Тави вздернула подбородок и сделала еще пару шагов вперед. В ладони одного из охранников засветился нехорошей зеленью какой-то круглый предмет, и она поняла, что лучше бы объясниться прямо сейчас.

– Вы говорите по-английски? – заговорила она.

Вместо ответа в лицо ударил свет, и Тави невольно зажмурилась, загородилась рукой.

– Мне надо поговорить с Хранителем Голоса! – выкрикнула она. Выглянула из-под ладони, отчаянно щурясь. Видимо, освещение было магическим: его источник висел где-то над головами, позволяя разглядеть охранников. В их лицах Тави разглядела дикую, исступленную радость – и невероятную растерянность.

– Мне нужно поговорить с Ратной, – повторила она. – Ратна. Говорить. Ваш босс, ну же?

Маги ошарашенно переглянулись; потом один из них, видимо, старший, махнул рукой:

– Идем.

Путь к центру пустыря сопровождался шепотками и возгласами. Он показался Тави бесконечным. Она не оглядывалась, но чувствовала, как за спиной растет толпа: Внимающие Сивапу шли следом. Сандалии скользили по размокшей глине, влажные травинки застревали между пальцами. Кожа между лопатками съежилась и заледенела, и Тави приходилось следить за собой, чтобы не сорваться на суетливый, трусливенький галоп. Спокойно. Она отдаст несчастную железку, и все закончится. Пусть Иные разбираются друг с другом – но только после того, как она спасет людей. Никто ее не тронет. Отдаст артефакт и уйдет.

Задраенный на ночь фургончик Чандра. Лампы на столиках погашены. Палатки, на окраине лагеря разбросанные как попало, упорядочиваются, выстраиваются кольцами. Шатер в центре. Красный… Сухопарый смуглый мужчина в огненной рубашке, с выбритым до зеркального блеска скальпом, неприятно напоминает Дэнга. Такие же умные, немного грустные глаза. Такой же, наверное, псих…

Тави выдернула из кармана артефакт, подняла перед собой. Металлический цилиндр закрутился на цепочке, отбрасывая тусклые блики, и по лицу Ратны скользнуло легкое удивление.

– Вот вещь, которую вы хотели, – звонко выкрикнула Тави. – Оставьте Слоновый остров в покое!

Она едва не поморщилась – вышло как-то слишком старательно, по-книжному. «Вот ваши люди…» Да и черт с ним. Почему так тихо? Почему главарь не бросается с радостным криком на артефакт, которого так добивался? Парализовало от радости?