Эра Отмены - Лев Пучков

В целом конструкция была едва ли не идеальна.

Однако, если как следует «приглядеться», в ней присутствовал некий недочёт, крохотный сбой, который не давал конструкции войти в резонанс с Ключом и «зазвучать».

Лиза слушала скорбную песнь трио и чувствовала в ответных колебаниях проектора дребезжание и диссонанс, как при игре на гитаре, мало того что расстроенной, но ещё и с обмотанным мешковиной грифом.

Мелодии не было, она никак не могла родиться.

На последних тактах стартового кода Лиза обнаружила этот сбой, отчётливо «увидела» погрешность и бесцеремонно ухватилась за второй шарнир дальнего от себя кронштейна на левой стенке.

Ослабив поворотную рукоять, Лиза установила камень в правильную позицию, которую она «видела» и чувствовала, и вновь зафиксировала кронштейн.

Дарья резко умолкла, предоставив Сирене и Марине допеть осиротевшую терцию, и убитым голосом спросила:

– Ты хоть знаешь, что делаешь?! Это явный сбой, в сетке координат нет такой цифры!

– Эй, вы что там творите? – в сердцах воскликнул сир Леонард. – Вы пьяны, что ли?!

– Сейчас, сейчас, одну минуту, – успокоила его Лиза. – Настройка сбилась, уже поправили! Даша, ещё разок.

– Ну, Лизавета… Ну, я не знаю даже… – потерянно пробормотала Дарья и, наставив рупор на проектор, кивнула своим сиренам.

Трио Дарьи приступило к третьему чтению.

Очевидно, аудитория прониклась драматизмом бестолковых метаний вокруг проектора, все сидели тихо, почти без движения, никто не бросался репликами.

Лиза закрыла глаза и «прислушалась».

Да, сейчас всё было в порядке.

Оптическая конструкция звучно и мелодично «пела» в унисон со стартовым кодом, и от этого созвучия рождалась совершенно другая мелодия, как будто раньше играли аккомпанемент, а сейчас кто-то запел основную тему…

Это было настоящим чудом.

И это проявление Новых Законов, которое было спланировано несколько тысячелетий назад, вызвало в душе Лизы благоговейный трепет. Было такое чувство, что на неё непрошенно и незаслуженно снизошло некое чудесное откровение.

Прозвучал последний аккорд Ключа.

Тотчас же раздался мелодичный звон – похожий на пение хрустального бокала, который Дарья давеча стукала ножом, – и над проектором возникла правильная пирамида с длиной стороны основания примерно в тридцать сантиметров.

Кроваво-красная и одновременно прозрачная, с тускловато бликующими гранями, эта пирамида была словно бы выгранена из чистейшей воды рубина.

– Голограмма! – авторитетно заметил кто-то в первом ряду. – Опять фокусы…

– Молчать! – страшно прошипел Альфред. – Сидеть тихо, не шевелиться!

Пирамида издавала всё тот же мелодичный звон, похожий на пение хрустального бокала, и медленно вращалась вокруг своей оси по часовой стрелке.

На вершине её колыхалась красная бусинка размером с головку офисной булавки.

Она была словно создана из красной ртути, подрагивала, переливалась и, казалось, так и норовила соскочить с вершины и отправиться на прогулку.

Это была бусинка-хулиганка, никакого пиетета к собравшимся она не испытывала.

По крайней мере, Лизе так показалось.

Ещё ей показалось, что бусинка не просто сгусток материи или своеобразное проявление оптического эффекта, а некая живая и даже мыслящая сущность. Сущность своенравная и непоседливая, которой хочется немедля сотворить нечто экстраординарное.

Дарья отстегнула от рукава загодя приготовленную золотую булавку и протянула Лизе.

Лиза не сразу поняла, что от неё хотят, пожала плечами и вопросительно посмотрела на Дарью.

Дарья сымитировала действо: выставила средний палец, едва ли не в неприличном жесте, и обозначила укол булавкой.

Лиза хлопнула себя по лбу и взяла булавку.

В формуле чётко прописано, что в качестве медиатора между проекцией прототипа и резонансным контуром следует использовать кровь прямого потомка Первой Династии.

Она прямой потомок, и она ближе всех, поэтому Дарья и протягивает ей булавку.

Лиза поднесла булавку к подушечке среднего пальца, в нерешительности обернулась к отцу и заметила, что взоры всех присутствующих прикованы к ней.

Все дети Дома, которые могли видеть Лизу в эту минуту, застыли как изваяния и смотрели на неё, затаив дыхание.

Известно, что «Катарсис» создан на основе ДНК Первой Династии и безвреден для всех, в ком течёт кровь Правителей, независимо от степени родства.

Известно, что «Катарсис» – это вирус-фильтр, созданный для «очищения от скверны».

Более ничего не известно. В результате вечной войны между Орденом и Элитой две из трёх частей полной формулы утрачены, отчёты о результатах применения отсутствуют.

Осталась только формула прототипа и протокол запуска.

Иными словами, сегодня пилотный запуск вируса, и никто не знает, что здесь произойдёт через минуту.

Если обратиться к метафоре, можно сравнить это с первым кругосветным путешествием. Команда в сборе, корабль есть, маленький, плохонький, но не тонет. Нет карт, не с кем посоветоваться (до Гугла и Педевикии пока что далековато), есть только примерное представление о том, куда надо плыть. А что там будет в пути, какие штормы, рифы и морские чудовища, и есть ли вообще шанс добраться до предполагаемого конечного пункта, – совершенно неясно…

Отец тоже собирался с духом, с полминуты размышлял, прежде чем выдать кивок-благословление от лица всего Дома.

Как только он кивнул, Лиза, не раздумывая, уколола палец булавкой и напоила живую бусинку на вершине пирамиды кровью Правителей.

* * *

Приняв кровавую жертву, бусинка мгновенно впиталась в пирамиду, без следа и без остатка, как будто была её неотъемлемой частью и просто ненадолго вышла подышать воздухом.

А заодно попить кровушки.

Пирамида на секунду остановилась, замерла на месте, затем закрутилась в обратную сторону, набирая обороты и стремительно увеличиваясь в объёме.

Трио Дарьи и Лиза отпрянули от стола, Вольдемар с Альбертом вскочили, опрокидывая стулья, и тоже отбежали.

У Лизы возникло катастрофическое ощущение, что пирамида будет расти бесконечно и в итоге передавит всех присутствующих.

Однако этого не случилось. Превысив свой первоначальный размер примерно раз в пять, пирамида с оглушительным грохотом взорвалась, равномерно прыснув во все стороны кроваво-красным спреем.

Это совершенно точно был не оптический эффект.

Лиза почувствовала, как сквозь неё, навылет, прошла мощная волна, задевшая и всколыхнувшая каждую клеточку её естества и вызвавшая в организме странные вибрации, похожие на сильный зуд и щекотку.