Сбежать от судьбы - Анастасия Левковская

Чем дольше шел этот треп, тем больше мне хотелось задать один наболевший вопрос.

Собственно, а почему бы и нет? Может, пойму наконец, за что он со мной так…

– Алекс, почему ты не сказал правду? – перебила я очередную историю предтечи. – Ладно, с любовью я еще понимаю… Кто же в таком сознается? Но почему ты скрывал то, насколько я могу тебя усилить? Да я бы с радостью согласилась помочь!

Поняла, что сейчас сорвусь на крик и очередные оскорбления, потому резко умолкла. Чтобы хоть как-то взять себя в руки, принялась яростно обрывать траву вокруг пледа.

– Трудно изжить некоторые привычки, особенно если свято уверен в их правильности. – В голосе Алекса слышалась горькая усмешка. – А я всегда считал, что женщины – существа нежные, ранимые, совершенно нелогичные, которые нуждаются в опеке и заботе. И которым неинтересно, каким образом это будет достигаться.

– Но я же не такая…

– Да, но я поздно это понял, – вздохнул он. – К тому же не забывай, что восемь лет назад, когда мы только познакомились, ты все же отчасти соответствовала этому образу. Откуда мне было знать, что ты так изменишься?

– Потому что не хотел этого знать, – фыркнула и сердито поджала губы. – Я столько раз пыталась до тебя достучаться… а что ты? Считал все мои стремления и мысли блажью!

– Мне повторить извинения? – нейтрально поинтересовался Алекс.

– А толку? – буркнула и нахохлилась.

М-да, большой привет хорошему настроению. Как говорится, будете в наших краях – заходите…

– Я вот только одного понять не могу, – опять не сдержалась я, – откуда у тебя такой женский образ в голове сидит? Вроде в Соединенных мирах роль женщины не сводится к украшению интерьера. Да и твоя сестра, кстати, тоже кисейной барышней не выглядела, значит, у тебя в семье тоже было по-другому!

– А вот тут ты промахнулась, – негромко рассмеялся ди Квир. – Моя мама, наверное, и повлияла на то, каким я сложил для себя образ идеальной женщины. Она действительно жила отцом, занималась домом и нами. Это притом что у матушки были вполне неплохие задатки к магии природы, которые она просто не стала развивать. А Джоана… была совсем другой. Я ее даже воспринимал скорее как старшего брата, чем сестру. И, к слову, очень удивился, когда у нее появился Ирвин.

– Почему? – недоуменно подняла брови, попутно пытаясь переварить вываленную на меня информацию.

– Потому что был свято уверен – с таким характером Джоана либо останется одна, либо найдет тряпку, которая будет способна только на «да, дорогая». – Алекс рывком сел и грустно улыбнулся. – Я ошибся. Они были на удивление гармоничной парой, даже несмотря на то что постоянно спорили.

– А потом ты встретил Эллину и только утвердился в своем идеале, – склонила голову и внимательно на него посмотрела.

– Именно.

– Расскажи мне о ней, – попросила, отводя глаза.

Не знаю, действительно ли хочу слушать дифирамбы о погибшей невесте. Но хочется знать, какой была единственная любовь Алекса ди Квира.

– Нежная, трепетная, утонченная, послушная, – хмыкнул он. – В общем, была просто мечтой для меня тогдашнего.

Глубоко внутри царапнула обида. Ну да, это тебе не я. Постоянно спорю, гну свою линию, подчиняться не хочу. Да и в красоте, скажем прямо, я погибшей Эллине проигрываю. Да какое там проигрываю! Даже сравнивать нельзя эту трепетную красотку и меня…

– А знаешь, что самое смешное? – вырвал меня из самоуничижительных мыслей голос Алекса.

Подняла голову и вопросительно вскинула брови.

– Уже тогда мне было с ней скучно. – Он был задумчив, будто только сейчас осознавал то, о чем говорил. – Я появлялся в замке в лучшем случае раз в неделю и считал, что все хорошо. Да и Эллина тоже так считала.

– Уверен? – недоверчиво прищурилась. – А ты у нее спрашивал? Вообще-то женщинам свойственно желание видеть любимых постоянно. Значит, либо она тебя не любила, либо просто молчала, считая, что не имеет права отвлекать от дел.

– Второе, Вики, – криво усмехнулся предтеча. – Наша любовь была подтверждена и освящена в храме на помолвке.

Помимо воли посочувствовала погибшей девушке. Может, ошибаюсь. Но сдается мне, Эллина не была счастлива. Нехорошо, наверное, но от этой мысли мне стало легче.

– Раз уж пошел такой разговор, – Алекс поднялся и подошел вплотную, – я хочу тебе кое-что отдать.

Близость ди Квира моментально уничтожила остатки расслабленности и покоя, я подобралась и бросила на него настороженный взгляд.

– Когда Эллина погибла, – то ли он не заметил перемены моего настроения, то ли просто сделал вид, – я был вне себя от горя настолько, что несколько недель просто выпали у меня из памяти. Потом отец рассказал, что я закрылся в лаборатории и даже не выходил. В результате появилась вот эта вещица.

Алекс достал из кармана небольшое яйцо из голубоватых нитей вулканического серебра, внутри которого ярко светился алый огонек. Казалось, будто тонкая серебряная проволока замотала эту искру в плотный кокон, а ей так хочется на волю… Тряхнула головой, отгоняя странные мысли.

– Именно этот артефакт, Вики, и не дает мне любить.

Сначала я подумала, что просто ослышалась. Потом – что мне таким изысканным способом вешают лапшу на уши. Придумал тоже – артефакт, который не дает любить!

– Вижу, ты мне не веришь, – усмехнулся Алекс.

– А сам бы поверил? – хмыкнула я и отодвинулась подальше. – Мне всегда казалось, что любовь такая штука, которая не спрашивает, хочешь ты, чтобы она пришла, или нет.

– По большому счету, так и есть, – склонил он голову и задумчиво нахмурился. – Но тогда… я ведь сам не знаю, как это сделал. Видимо, было слишком больно. У этой вещицы, – он легко подбросил яйцо, отчего искра засверкала еще ярче, – свойства примерно такие же, как у холода, который оберегает Келроя. Но ее действие распространяется исключительно на любовь.

Кажется, начинаю понимать, в чем дело. Насколько помню из рассказов ди Шелли, холод окутывает его ментальный рисунок плотным коконом, который приглушает все эмоции.

– Судя по твоему сосредоточенному, но уже не недоверчивому личику, ты мыслишь в верном направлении, – ворвался в мои размышления голос Алекса.

– Да поняла я, – устало вздохнула и потерла виски. – Но вот чего я понять не могу – зачем артефакт мне? Чтобы я тоже любить перестала? Логики не вижу…

– А вот тут ты сделала неверные выводы. – Он пристально посмотрел на бьющуюся в силках серебра искру и криво усмехнулся. – Артефакт завязан на меня, и для того чтобы он действовал, даже не обязательно носить его с собой.

И вот зачем Алекс мне это рассказывает? Вулканическое серебро, напитанное магией, нельзя уничтожить! Он что, пытается показать, что надежды нет и любить не сможет никогда? Мол, смирись и принимай таким, каков есть? Ну уж нет!