Темные времена - Дем Михайлов

Когда суматоха несколько улеглась, я собрал всех людей под низкими сводами пещеры, представил им Койна и остальных гномов и пояснил, что они будут жить с нами на равных правах. Коротко рассказал о произошедших с нами событиях и на этом велел приготовить столы для торжества — отпраздновать наше возвращение и в честь новых жителей Подковы. Взбудораженные люди не хотели расходиться, жадно выспрашивали подробности путешествия, с искренним любопытством рассматривали бородатых коротышек. Рикар хотел было разогнать толпу, но я остановил его — большую часть времени мои люди проводили в четырех стенах, и любое изменение в монотонных буднях ими воспринималось как настоящий праздник. Это была еще одна причина, по которой я, невзирая на горестные причитания прижимистого Тезки, велел готовить праздничные столы с обильной едой. Старшая кухарка Нилиена пообещала расстараться и не ударить лицом в грязь перед гномами, но попросила отсрочить празднование на несколько часов. Обратившись к озирающемуся по сторонам Койну, я пригласил и остальных гномов на пиршество, но он тактично отказался, а я не настаивал, прекрасно понимая причины отказа. Преодолеть две отвесные стены и пройти по длинному разлому по колено в воде только ради ужина — не самая привлекательная идея. Мы порешили на том, что сразу после ужина гномы отправятся в обратный путь, нагруженные несколькими мешками с копченым мясом и грибами.

Велев позаботиться о гномах и показать им поселение, первым делом я направился к отцу Флатису, который уже занимался Стефием в отдаленном углу пещеры. Священника я заметил сразу же, как только поднялся — отец Флатис стоял в первом ряду встречающих и внимательно вглядывался в каждого прибывшего. Как только поднялся Литас, священник развернулся и поспешил в отгороженный шкурами угол, отведенный под лечебницу. Я успел перекинуться с ним лишь парой слов, как старик уже исчез. Гномам отец Флатис уделил не больше внимания, чем обычным людям, и не выказал ни малейшего удивления, увидев столь редких гостей. Вот ведь непрошибаемый старик. Думаю, он сохранит спокойное выражение лица, даже если небеса разверзнутся и на землю спустится сам Создатель.

Стефий лежал на застеленной шкурами кровати, а седой священник торопливо перебирал висящие под потолком пучки трав. Травяной запах был настолько сильный и ароматный, что у меня закружилась голова, и я был вынужден присесть на деревянную лавку у входа. Сразу видно, что старик со Стефием времени даром не теряли — пучками лекарственных трав, кореньев и гирляндами со сморщенными почерневшими грибами были увешаны все стены, причем так плотно, что саму стену и не видать было.

— Как он? — спросил я, озабоченно смотря на осунувшееся лицо паренька. Стефий и раньше не отличался плотным телосложением, а теперь и вовсе напоминал обтянутый кожей скелет.

— Плохо, — буркнул священник, собирая в миску только ему известные стебли трав и коренья. — Сколько он уже без сознания?

— Почитай целый день, — ответил за меня здоровяк и уселся рядом со мной. — Как с последнего водопада упали, так он в себя и не приходил. — И уже обращаясь ко мне, Рикар успокаивающе добавил: — Да вы не переживайте, господин. Наш друид справится.

— Священник! — поправил здоровяка отец Флатис. — Какой я тебе друид? На вот, лучше делом займись. — Священник протянул здоровяку миску и велел размять травы до однородной массы.

— Священник так священник, — покладисто согласился здоровяк, приступая к делу. — Вы и господина гляньте, святой отец, плечо ему разворотило будь здоров. Такая дыра, что и кулак пролезет.

— Я в порядке, — заверил я насторожившегося священника. — Моей раной и позже заняться успеем. Стефий поправится?

— А куда он денется? — неожиданно улыбнулся отец Флатис. — Разве Создатель допустит, чтобы столь юная жизнь оборвалась? Поправится. Сейчас травами его напою, потеплей укрою и пусть спит.

— И бульоном бы его напоить, — неожиданно заботливо вставил Рикар. — Больно отощал — кожа да кости.

— Без тебя разберусь, — фыркнул священник, и я неожиданно понял, что отец Флатис рад нашему возвращению, хоть и тщательно скрывает чувства за каменной маской.

Забрав у здоровяка миску с травяным месивом, священник залил его водой и, накрыв чистой тряпицей, буркнул:

— Пусть настоится. А ты снимай давай доспехи и рубаху. Глянем твое плечо.

Я молча подчинился и с помощью Рикара начал снимать надоевшие доспехи.

— Тебе уже сказали о гостях? — словно мимоходом спросил священник.

— Какие еще гости? — насторожился я, замерев с поднятыми руками.

— Незваные, — ответил отец Флатис. — Намедни шурды к нам наведывались. Да ты доспехи-то снимай, чего застыл, словно истукан каменный?

— Да какие тут доспехи! Когда приходили шурды? Сколько их было? Сгархи или пауки были?

— Не знаю, сын мой. Я сам шурдов не видел — пока на стену поднялся, они уже ушли по ущелью. Стража их заметила и тревогу подняла. Слава Создателю, дело к вечеру клонилось, и все люди уже в форте были.

— Рикар, беги за Тезкой и братьями-каменщиками, — приказал я. — Пусть немедленно идут сюда.

— Уже бегу, — отозвался здоровяк, поспешно вскакивая на ноги.

Пока я нервно дожидался хозяйственника, священник бесцеремонно вытряхнул меня из кожаных доспехов и рубахи. Следом пришла очередь повязки, и здесь мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не заорать в голос — нарезанные из одежды бинты присохли к ране и отлипать не хотели. Последовать моему робкому предложению и отмочить бинты теплой водой священник отказался, буркнув, что нечего, мол, хныкать, словно ребенку — мужчина должен уметь терпеть боль и страдания. Себя я считал мужчиной (несмотря на глубокие сомнения Рикара в моем «орелике») и поэтому терпел как мог, пока священник снимал бинты и с задумчивым видом ковырялся в ране длинными пальцами. Наконец он оставил мое многострадальное плечо в покое и, глядя на вытекающую из потревоженной раны кровь, произнес:

— Дело плохо. Сильно поврежден плечевой сустав. Внутри раны идет заражение. Стефий лечил тебя наложением рук?

— Да, — несколько заторможено кивнул я. Такого сокрушительного диагноза я не ожидал.

— Глупый мальчишка… — вздохнул священник. — Он не заметил раздробленной кости и просто залечил всю рану сразу. Теперь внутри кости идет воспаление.

— И что теперь?!

— Теперь придется отнять руку по плечо, — развел руками отец Флатис.

— Что?! Как отнять?! Вы что?!

— А что я?! — благодушно удивился отец Флатис, затем его лицо разительным образом посуровело, он продолжил уже холодным тоном, чеканя каждое слово: — Разве это я бросил всех и отправился за десятком мешков зерна?! Я?! Разве это я оставил людей гадать, вернется их предводитель или нет?! Думаешь, несколько лишних мешков еды смогут заменить твою потерю?! Только милость Создателя позволила тебе уцелеть и вернуться обратно! На месте Тифия мог оказаться ты сам! И лежал бы сейчас со свернутой шеей в ожидании похоронного обряда! Глупец! Мальчишка, посчитавший себя бессмертным!